Я, Рейван
Шрифт:
Дело в том, что иллюзий на свой счёт я особо не питал: ну какие у меня шансы против профессиональных бойцов? Да никаких. До сих пор выручало знание событий игры, везение, ну и Сила. Всё-таки в этом мире я какой-никакой, а Рейван. А даже контрафактный Рейван – это потенциально гораздо круче, чем обыкновенный никто. Жаль, что скрытые возможности, в наличии которых сомнений уже не оставалось, проявлялись у меня как-то малопредсказуемо.
Если здесь всё сложится удачно, доберёмся до Анклава дзингаев на Дуине. Надо будет всерьёз отнестись к тамошним тренировкам… а не так, как я учился в институте. Потому что в институте как ни надрывайся, но без связей после диплома путь всё равно один – «свободная касса!..».
Нет, изобретение всяких забавных, нестандартных, иногда даже подлых боевых приёмов – это очень интересное занятие. И приёмы эти выручали меня регулярно. Если без брони. А вот в броне… Она не позволяла ничего из моих милых фокусов. Переть на врага по прямой, постреливая из бластера, – пожалуйста. Изображать мобильную огневую точку – запросто, на локтях доспеха даже имелись специальные упоры для тяжёлых видов вооружения. Стоять на месте, удерживая позицию и принимая грудью шквал огня, – сколько угодно. Но, например, выкатиться из-за угла под ноги вражескому «пулемётчику» и зарубить его из слепой зоны доспех не позволял. Или на бегу оттолкнуться ногой от скошенной стены и атаковать противника тяжёлым ударом сверху, как я видел в одном фильме, – ни в коем случае. Сколько бы мы с Гарром ни экспериментировали, результат был один: сочленения брони словно застревали, подвижность резко снижалась… и я шмякался на пол, сдавленно ругая поганую хисскую «магию».
Но разумеется, ничего волшебного в доспехе не было. Просто набор грамотных конструктивных решений, тонкости реализации которых я, если честно, понимал довольно слабо.
Броня создавалась под обыкновенного, среднего рекрута: вчерашнего фермера, шахтёра или работяги с захудалой планетки Внешнего кольца. Именно в нищих периферийных мирах хиссы вербовали пушечное мясо для своей армии.
Глупо рассчитывать, что нередко голодный и очень часто малограмотный провинциальный босяк окажется умелым солдатом: ведь в гражданской жизни он особых талантов не продемонстрировал, так откуда же им взяться в жизни военной? Конечно, бывают исключения: находит человек себя именно на службе. Но такие прирождённые солдаты очень быстро выбиваются наверх, а жёсткие доспехи тут же заполняются новой порцией тупого и слабо мотивированного пушечного мяса.
Себя я тупым не считал, да и с мотивацией у меня был полный порядок. Даже более чем. Поэтому твёрдо решил, что использую этот чёртов самовольный «скафандр» только для того, чтобы получить доступ к лифту, ведущему в Нижний город. А там, на нижних ярусах, вернусь к форме одежды нормального форсера.
Но в лифт нас с Гарром не пропустили. Я то ли не знал, то ли совершенно забыл, что мало нацепить доспех и назваться хиссом. Необходима ещё соответствующая авторизация: подписанный оккупационным командованием документ, декларирующий цель прохода. Ну правда не помнил. Что нужны документы для прохода в Подгород, который лежал ещё ниже Нижнего, помнил. А вот тут… И ведь было это совершенно логично: везде и всегда оккупационные власти ограничивают свободу перемещения между районами. Понятно, что ограничения эти направлены на местных жителей, а самих захватчиков касаются в несравнимо меньшей степени. Но даже у нас, чтобы сойти за полицейского, недостаточно нацепить форму. Потребуется удостоверение, нагрудный знак с индивидуальным номером, документы на патрулирование… Хорошо, что постовой у лифта не полез копать глубоко.
– Привет, приятель, пропустишь нас в Нижний город?
– Проходите, какие проблемы. Только дай считать авторизацию.
– Ах ты! Забыл взять на базе.
– Извини, приятель,
Вот и весь разговор. Понимаю, конечно.
Мы с Гарром стояли на мосту через пропасть и задумчиво наблюдали за трафиком. Дело было вечером, делать было нечего. Достать авторизацию? Нет проблем: надо всего лишь посреди шумной площади перебить и ограбить хисский патруль, направленный в Нижний город. Или ещё лучше – напасть на военную базу, которая располагалась буквально в полукилометре от лифта. Что мне стоит? Я же Рейван.
Гарр предложил просто атаковать постового, но я предполагал, что в таком случае лифт окажется заблокирован где-нибудь в шахте. И заполнен ядовитым газом, например. Самому мне импонировал вариант с подкупом, но если каждый рейс подъёмника фиксировался где-нибудь в недрах компьютерной системы, а по-другому и быть не могло, то постовой не станет рисковать трибуналом. Взломать компьютеры военной базы? Для этого сперва надо раздобыть робота-взломщика модели 23–44, но легально купить его до встречи с Данерусом было невозможно, а ограбить магазинчик местной хакерши по имени Н’Джолл… Нет. Ни силой, ни Силой я с хорошими людьми обращаться не стану. Без крайней необходимости. Да и Гарр, мягко говоря, не поддержит.
Наси перегнулся через парапет и с досадой сплюнул. Слюна тут же сгинула в темноте, разделявшей ярусы Сартума. Вряд ли капля влаги даже долетит до земли. Я смотрел на машинки, легковые и грузовые, мельтешившие в грязном воздухе города-планеты. Где местные жители берут продукты? С таким населением они просто вынуждены полагаться на импорт. Если на верхнем ярусе хотя бы можно видеть небо и солнечный свет, то жители низов…
Но как они доставляют еду в Нижний город? В игре утверждалось, что единственная возможность сообщения между ярусами – это лифт. Но ведь это бред: никакой лифт не справится с такими объёмами поставок!
Я перегнулся вслед за Гарром и внимательно посмотрел в темноту. Там, под огромной широкой эстакадой, на которой мы грустили, смутно угадывались контуры каких-то построек, купола, дороги, многочисленные проблески тусклых огней. Сразу несколько городов, один над другим, как детская пирамидка, нанизанная на стержень из бесконечных маргастиловых и перпетоновых конструкций, мостов, эстакад, поддерживаемых левитаторами и чёрт знает чем ещё.
– Помнишь, как мы сбросили тех хиссов? – спросил я Гарра. – Интересно, что стало с телами.
– Гулы сожрали, – не задумываясь ответил напарник, – или убрали роботы-дворники. Нашёл о чём волноваться.
– Я и не волнуюсь. Мне просто кажется, что мы с тобой поддались инерции мышления.
– Это как? – с подозрением спросил Гарр.
Я ткнул пальцем в темноту:
– Вон он, Нижний город. Совсем рядом. И нас от него не отделяют никакие патрули. Мы упёрлись в этот несчастный лифт, потому что так было сказано… – «в сюжете игры», чуть не ляпнул я, но вовремя сдержался, – в хисских правилах. Но что нам те правила!..
– Предлагаешь спрыгнуть? – с иронией спросил Гарр.
– Нет. Предлагаю угнать грузовой спидер.
Глава 3. Нижний город
10
Нам даже не пришлось угонять грузовик. Мы просто пошли к доске объявлений у местной биржи труда и после недолгих поисков нашли подходящую вакансию. Похожий на раскормленного супер-Марио усатый владелец небольшого склада занимался поставками продуктов в кантины Нижнего города. Робот-пилот на одном из его грузовиков как раз сломался, хозяину срочно требовался живой водитель. Мы пришли к усатому, и я, лязгая вокодером брони, поручился за благонадёжность Наси, «друга хиссов, случайно оказавшегося в сложной жизненной ситуации».