Я родилась пятидесятилетней...
Шрифт:
— Старик Муэта умирает, Белла…
Я подошла к индейцу, чтобы твердо посмотреть ему в глаза:
— А я сейчас и не про него говорю, Билли, а про себя. Найдите людей для работы на пасеке. Расширьте теплицу. Главное, не дать пчёлам погибнуть. Продавать обычный мед бесполезно, согласна, сейчас всем нравится в основном мёд-крем. Так он дольше сохраняет вкус, полезные свойства и что-то там ещё. Нам на экскурсии рассказывали. Но чтобы его таким сделать, его нужно взбивать при определённой температуре. Я найду вам рецепт… Но вот то, что мне пришло в голову, пока я расписывала вам тут про ягоды и орехи… Их ведь реально добавлять в мёд… Мёд с
— Сомнительно, что кто-то будет покупать у нас этот мёд, Белла…
— Не у вас, Билли, — смеясь, поправила я индейца. — Но у моих старых знакомых есть замечательная лавочка кукол…
Да, думаю, сестра Светы будет не против расширить ассортимент оригинальной сладостью… В конце концов, куклы Таи произвели фурор, и недавно Анастасия просила меня придумать что-нибудь такое же интересное для открытия второго магазина. Я свела её с одноклассницей, которая умела шить шикарные декоративные галстуки-бабочки из ярких тканей и парой рукодельниц, с которыми случайно подружилась во время очередных «поисков себя» у Рене. Что только мама не пробовала делать: гончарное дело, ковка, бисероплетение, даже кулоны из смолы… Но в итоге эти связи пригодились только мне. Теперь мама была влюблена в своего мужа и бейсбол.
Вложений это дело, наверняка, потребует немалых, но при должной раскрутке… В перспективе…
О, дедушка будет в восторге…
========== Каменные джунгли: мы с вами одной крови, господа… ==========
Если бы я была Жанной Д’Арк, я была бы смелой.
Если бы я была матерью Терезой, я была бы
милосердной. Если бы я была Софи Лорен, я
была бы красивой. Если бы я была Ирен Жолио-
Кюри, я была бы умной. Но я всего лишь простая
русская женщина, поэтому вынуждена быть смелой,
милосердной, красивой, умной и скромной…
— Даже не вздумай лезть в это дело, Белла! — если честно, я не успела даже толком объяснить ситуацию дедушке.
Едва он понял, что я собираюсь помогать индейцам, он всполошился и начал кричать, сотрясая воздух ругательствами в сторону глупости и романтизма молодёжи с их утопическими идеями всеобщего благоденствия. Сотрудники его компании, по коридорам которой мы шли быстрым шагом, рассыпались в стороны, чтобы не попасть под удар его любимой трости из дуба с позолоченной рукояткой. Резкий взмах руки — и набалдашник врезается в дверь, за которой кто-то испуганно пискнул. Не обращая внимания на рабочий люд, Роб стремительно оборачивается ко мне и почти с угрозой спрашивает:
— Ты совсем не понимаешь, как это может на тебе отразиться, милосердная моя дорогуша? — лицо деда, такое холёное и моложавое, исказилось в издевательской ухмылке. Обычно такими взглядами он пугал конкурентов.
Я невозмутимо улыбнулась, кивая на его закрытый кабинет:
— Давай я объясню тебе с начала и подробнее. А потом ты будешь оценивать мои интеллектуальные способности и моральные качества…
Фыркнув, дед махнул рукой и позволил себе выслушать «неразумную внучку» в моём лице.
Чётко и по существу я объяснила, что использовать индейцев собираюсь неофициально. Для большинства это будет выглядеть, как производство мёда для резервации, но на самом деле удачные составы будут отправляться в Аризону, в лавку эксклюзивного хенд-мейда от
Недавно она нашла девушку, которая прекрасно смешивает чай и делает вкуснейшее имбирное печенье. Так что решила продавать наш будущий мёд целыми подарочными наборами. Красиво, удобно, ну и стоит дороже, на самом деле. Ибо единственно в своем роде. Но подруга пообещала, что если сладость понравится покупателям, а наши поставки будут возможны в более крупных партиях, она не против продавать мёд отдельно. В принципе, я была с ней согласна. Сначала пусть распробуют и захотят, если товар будет просто пылиться на полках, на него обратят внимание лишь подлинные экспериментаторы.
Мне же необходим эффект тех самых кукол. Восторг простоты, когда все видят, понимают, что идея лежала на поверхности… Но повторить или сделать лучше оригинала — почти нереально. Да, я собиралась не день и не два провести за рецептурой после основного сбора, прежде чем отправлю в магазин первую пробную партию.
К слову, после расширения маленькая лавка превратилась в настоящий магазин, похожий на кукольный домик, где царила уютная атмосфера в стиле Прованс: лоскутные одеяла, наволочки «пэчворк», ажурные скатерти, элегантные фартуки, винтажная мебель с эффектом «облупившейся краски», рамки для фото, шкатулки, оформленные в технике декупаж, ароматные саше, фирменные куколки и многие приятные мелочи для дома и интерьера, полюбившиеся и снискавшие популярность в Финиксе.
Дело процветало.
И я имела с него неплохой процент. А этот процент я решила пустить для улучшения жизни своих индейцев. Но об этом я благоразумно умолчала, раскладывая Робу свой бизнес-план по полочкам. Дед поначалу смотрел на меня с подозрением и нескрываемым скептицизмом. Но когда речь зашла непосредственно о деньгах, которые я собиралась позже вложить в открытие подобной лавочке в Сиэтле, он успокоился и перестал недовольно постукивать тростью, нервируя меня своим острым взглядом.
— Значит, ты хочешь расширить дело Светланы? — дедушка поднял левую бровь, вольготно располагаясь в кожаном кресле.
Я в это время усердно стирала с пластиковой доски набросанный план проекта второго магазина и собирала маркеры, стараясь не смотреть на проницательного родственника.
— Мы и так официальные партнеры, дедушка. Дело окупаемое, не сильно пыльное. Да, я не собираюсь стоять у прилавка и продавать эти вещи, но талантливые люди, руки которых заточены на творчество, а не на хирургию, попадаются мне очень часто. Думаю, что мастеров я найду. Поставщики тканей и фурнитуры у нас будут общими. Сиэтл, конечно, в два раза меньше Финикса, но зато конкуренция в сфере интерьера там нулевая, — я подошла к креслу, разминая плечи мужчине, губы которого сжались в тонкую линию.
Не сомневаюсь, он нутром чувствовал, что я не договариваю. Но это не значит, что я не смогу переубедить старика, который, по сути, даже не был моим ровесником. Робу было всего лишь пятьдесят восемь…
— Дело ведь не в мёде, а в том, что у меня есть деньги, есть идея, и есть ресурсы для неё. И на этот товар есть спрос. Даже такие трудоголики, как ты, удивительно привязчивы к уютным мелочам, особенно если они подарены близкими. — я многозначительно посмотрела на выбивающийся из общего строгого офисного интерьера цветочный горшок в виде большого заварника с зайчиками, из которого гордо росло колючее алоэ, лично посаженное туда мною лет восемь назад.