Я родилась пятидесятилетней...

Веселая Мария

Ждет чистосердечного признания, что меня толкнули, ревнуя к нему?

Да счаззз…

— Волейбол — контактная игра, в которой возможны и не такие травмы, ты не знал?

Мы уже шли по коридорам больницы, Эдварда пропустили, как своего. На меня ещё немного пялились. Да, в больнице Форкса я не была ни разу…

— Белла, скажи честно, тебя толкнули? — вампир шёл рядом, готовый подхватить мою ослабшую тушку в любой момент.

А то ты не видел… Я закатила глаза:

— Эдвард, скажи честно, тебе есть разница?

На

Каллена было страшно смотреть. Такое чувство, что его сейчас разорвет от возмущения и любопытства.

— Белла, скажи честно, у Рене есть еврейские корни?

Вот же жук! Он, наверняка, слышал разговор с Майком!

Подняв бровь, я строго поинтересовалась, пародируя родную с прошлой жизни бабушку с Одессы:

— А тебе-таки всё надо знать, шейгец? * (Устаревшее, немного фольклорное еврейское слово, имеет множество оттенков. Оно может означать — «грубиян», «хам». Может иметь снисходительно-беззлобную окраску и переводиться как — «ловкий плут». А иногда его употребляют в значении — «проницательный тип, от которого трудно что-либо утаить»)

Эдвард рассмеялся, поднимая руки в знак поражения:

— Больше вопросов не имею…

Н-да, хорошо, когда твои шутки понимают. Я поймала себя на мысли, что не смотря на боль в плече, иду и весело улыбаюсь. С этим парнем приятно разговаривать. Если он и дальше будет вести себя примерно, мы можем даже стать приятелями… В памяти тут же мелькнули черные глаза монстра, и я столь же быстро передумала. Нет, уж лучше Элис.

Дойдя до нужного кабинета, Эдвард распахнул передо мной двери.

Обернувшийся мужчина в белом халате врача вызвал во мне непроизвольный смешок.

Сашенька Малинин, ты ли это?!

— Добрый день, мисс Свон. Мой сын сказал, что у Вас вывих. Не волнуйтесь, я вправлю Вам руку под общим наркозом, — мягкий голос лишь издевательски дополнил картинку.

Мой мозг позорно начал крутить песенку, стоявшую на звонке моей коллеги, которая не пропускала ни одного концерта этого певца… Ти ж мене підманула… Ти ж мене підвела… Ти ж мене, молодого, З ума-розуму звела! Поймав себя на том, что постукиваю носком в такт песне, я еще раз хихикнула и выдавила, стараясь выглядеть серьезно или хотя бы чуть-чуть адекватно:

— Здравствуйте, доктор Каллен! Предлагаю наркоз не использовать, а после рентгена сразу вправлять, кажется, в медпункте Эдварду со страху дали двойную дозу анальгина, реакцию организма на общий наркоз предсказывать не берусь, это будет первый опыт…

— Смелое решение, мисс Свон, эта процедура весьма болезненна.

— Иррадиирующая боль в предплечье и кисть мне об этом тонко намекает. Но повреждение Банкарта — не самое страшное, что может случиться в жизни активного подростка.

Кажется, я убедила доктора, что знаю, о чём говорю. После пальпации мне быстро сделали рентген, диагноз я себе поставила верный, мистер Каллен только мягко улыбался, глядя на такую осведомленность.

Вправил

он мне руку, как боженька. Даже помощников не звал. Настолько все точно и выверено, что я не пожалела, что отказалась от наркоза. Во-первых, не так и больно для человека, который пережил рождение и роды, как говорится, вы же женщина, потерпите… А во-вторых, само наблюдение за этим опытным врачом было невероятно приятным. Сразу видно, что человек, пардон, вампир, любит свою работу и по-настоящему увлечён своим делом. Я даже перестала сравнивать его с Малининым. Слишком серьезный взгляд, в котором таилась мудрость нескольких столетий, заставлял забыть о таком смешном совпадении, как внешность. Этого мужчину невозможно было не уважать.

Эдвард всё это время был всегда поблизости. Внимательно смотрел за каждым движением отца. Мне вдруг пришло в голову, что будь у Эдварда такой же самоконтроль, как у Карлайла, они бы блестяще работали в связке. Его дар чтения мыслей, скорость, отточенность движений, вампирское зрение могло послужить на благо людям. Во время операции, когда счёт идет на секунды и очень важно понимание в команде, такой тандем был бы просто идеален… Потенциал Эдварда, как врача, благодаря его способностям, мог быть даже выше, чем у отца.

— Мисс Свон, отдавая должное вашим знаниям, не могу не поинтересоваться, что вы выбираете: гипс или слинг-повязка? — мягкий голос Карлайла вывел меня из задумчивости.

— Думаю, первую неделю лучше с гипсом, не хотелось бы случайно повредить руку во время сна, а потом отправиться на операцию.

— Разумно, — улыбаясь, кивнул доктор, выписывая мне направление и освобождение от физкультуры. — Через неделю приходите на перевязку, обезболивающие я вам выписал. Куда планируете поступать, мисс Свон?

— Гарвард, сэр…

— Хороший выбор, уверен, что легко поступите. Давно мечтаете стать врачом?

Я усмехнулась… Последние лет шестьдесят точно, доктор…

— Очень давно, доктор Каллен.

— Называйте меня Карлайл, мисс Свон.

— Белла, в таком случае…

Нас прервал Эдвард, который напомнил, что меня еще нужно закатывать в гипс. Вот же… Но прав, конечно. Тепло распрощавшись с доктором, я отправилась за вампиром, который прекрасно ориентировался в больнице.

— Не беги так, я за тобой не успеваю, — попросила я шустрого парня. Цапля длинноногая… Куда так несётся?

— Белла, почему ты прекрасно общаешься со всеми, а меня только терпишь? — вопрос Каллена стал для меня неожиданностью.

Нахмурившись, я пыталась понять, кого он имеет в виду под «всеми».

— Эм… С чего ты взял? — по опасно сверкнувшим глазам Эдварда, я поняла, что еврейские корни пора выключать, а дурочку строить уже тоже не получится.

— Ладно-ладно, не злись, вопрос понят, принят, обработан… Наверное, потому что я тебя побаиваюсь ещё с прошлого понедельника, Эдвард, — честно призналась я.