Я сам
Шрифт:
Под протоколом подпись: Владимир Маяковский.
В тот же день полиция произвела обыск на квартире — 3-й Тверской-Ямской, дом 28, кв. 52, где жили Маяковские, но благодаря находчивости О. В. Маяковской ничего не нашли.
«Пока шел разговор с полицейскими в передней части квартиры (в крайнюю комнату надо было пройти длинным, узким коридором), сестра Оля, находившаяся в угловой комнате, спустила из окна через форточку на соседнюю крышу в снег несколько пачек нелегальной литературы. Поэтому в квартире у нас ничего компрометирующего Володю не нашли.
После обыска я отправилась на поиски брата в ближайший полицейский участок, в Оружейном переулке. Я чувствовала
Володи там не оказалось. Мне сказали, что его уже перевели в Пресненскую часть, возле Кудринской площади (ныне площадь Восстания), а затем — в Сущевскую, куда я получила пропуск на свидание для всей семьи» («О Владимире Маяковском», стр. 127–128).
29 марта 1908 года московский градоначальник Адрианов вынес следующее решение об аресте: «…получив сведения, дающие основания признать потомственного дворянина Владимира Владимирова Маяковского вредным для общественного порядка и спокойствия, руководствуясь § 21 высочайше утвержденного в 31<-й> день августа 1881 года Положения об усиленной охране, постановил: означенного Маяковского, впредь до выяснения обстоятельств дела, заключить под стражу при Сущевском полиц<ейском> доме с содержанием согласно ст<атье> 1043 Уст<ава> угол<овного> судопр<оизводства>…
«Дело с освобождением Володи осложнилось тем, что при аресте он сказал, будто ему семнадцать лет, тогда как ему не было еще полных пятнадцати, — писала Л. Маяковская, — пришлось со всеми документами доказывать истину, но в охранном отделении нам не верили…
Володя не хотел, чтобы при аресте с ним поступили как с мальчишкой и потому умышленно выдал себя за семнадцатилетнего. Он требовал отношения к себе, как к взрослому… Но при официальном допросе, должно быть, предвидя возможность опровержения его данных о возрасте, сказал правду.
Володю оставили под стражей в первом участке Сущевской части. Его допрашивал следователь по особо важным делам. Вел Володя себя на допросе как опытный подпольщик» («О Владимире Маяковском», стр. 128–129).
Следователь Вольтановский Р. Р. — следователь по особо важным делам, ярый защитник престола. В газете «Утро России» 15 января 1917 года о нем говорится: «…занимал очень видное место в судебном мире Москвы. Все крупнейшие дела последних 10–12 лет, прошедшие в московских судах, были подготовлены им… Это был… службист, полагающий в основу своей бюрократической карьеры беспощадное применение самых суровых велений закона…»
6 апреля 1908 года дело четырнадцатилетнего Маяковского было передано в ведение Вольтановского.
Ознакомившись с документами о В. Маяковском, Вольтановский выносит следующее решение:
«Маяковского привлечь по настоящему делу в качестве обвиняемого в преступлении, предусмотренном 1<-й> ч<астью> 102 ст<атьи> Угол<овного> улож<ения>».
В 1-й части статьи 102 говорилось: «Виновный в участии в сообществе, составившемся для учинения тяжкого преступления, статьею 100 предусмотренного, наказывается: каторгой на срок не свыше 8 лет» А статья 100 предусматривала: «Виновный в насильственном посягательстве на изменение в России или в какой-либо ее части установленных законами основными образа правления или порядка наследия Престола или отторжение от России какой-либо ее части, наказывается: смертной казнью» (Уголовное уложение. СПб., изд. Н. С. Таганцева, 1904 г., стр. 181).
Показания тщательно проверялись. Жандармское охранное отделение
Сохранились расписка А. В. Маяковской «О принятии на жительство своего брата» и подписка Маяковского о невыезде:
«1908 г. апреля 9 дня, я, нижеподписавшийся, Владимир Владимирович Маяковский, дал сию подписку приставу I<-го> уч<астка> Сущевской ч<асти> в том, что без ведома полиции обязуюсь никуда не отлучаться.
Маяковский вышел на свободу, но подпольной политической работы не прервал. Следствие же по делу тайной типографии продолжалось.
С недоумением прочел «Санина». — «Санин» — роман реакционного писателя М. А. Арцыбашева (1878–1927), опубликованный после поражения первой русской революции (1907). Герои «Санина», как и других произведений Арцыбашева, отрицают общественные идеалы, мораль, труд, науку и прославляют паразитические наслаждения жизнью, эгоизм, половую распущенность, животные инстинкты. «Санин» имел скандальный успех в годы столыпинской реакции. После революции, которую Арцыбашев встретил враждебно, эмигрировал из России и стал одним из злейших врагов Советской власти.
18 января 1909 года В. Маяковский был снова задержан полицией. «У нас в квартире произвели обыск, но ничего не нашли предосудительного, хотя перерыли всю квартиру. Мы торжествовали. Но вдруг взор сыщиков упал на сундук, стоявший незапертым в коридоре. Сверху лежал револьвер, о котором мы и не знали. Полицейские так обрадовались, что больше уже не рылись и немедленно приступили к составлению протокола» («О Владимире Маяковском», стр. 137).
«И опять кратковременная сидка. Взяли револьвер. Махмудбеков, друг отца, тогда помощник начальника Крестов, арестованный случайно у меня в засаде, заявил, что револьвер его, и меня выпустили», — писал Маяковский («Боковая редакция» В. Маяковского в очерке «Я сам», не вошедшая в прижизненные публикации. — ГММ).
ТРЕТИЙ АРЕСТ. Жившие у нас ведут подкоп под Таганку. — Исидор Иванович Морчадзе (1887–1956), конспиративное имя Сергей Семенович Коридзе, принимавший активное участие в политических демонстрациях в Кутаиси (1905), в покушении на генерала Алиханова, в декабрьском вооруженном восстании 1905 года в составе кавказской дружины, в своих воспоминаниях рассказывает: «В 1908 году я с ним — моим товарищем (имеется в виду И. М. Сцепуро, подпольная кличка Герулайтис. — В. М.) готовил массовый побег из Таганской тюрьмы…