Я, снайпер
Шрифт:
Но водитель, хороший парень из федеральной службы охраны, лишь рассмеялся, не теряя хладнокровия, и вскоре машина уже въехала в центральную часть Вашингтона. По обеим краям федеральной реки тянулись берега автостоянок, над которыми тут и там возвышались величественные мраморные монументы. Через реку были перекинуты изогнутые арки белых мостов, а сияющие белым мрамором здания в древнегреческом стиле провозглашали торжество демократии. «Ну да, только тот, кто придумал демократию, никогда не слышал о „Нью-Йорк Таймс“», — подумал Ник.
Водитель доставил его на место чуть раньше назначенного срока, к непримечательной боковой двери, выходящей на Эйч-стрит, поэтому Ник, скрываясь
Наконец его заметил Филдс.
— Ребята, к нам Ник пожаловал! — радостно воскликнул великан, и тут же дюжина голов повернулась к дверям.
Ник явился не из долгого плена, его неофициальная ссылка продолжалась всего неделю, и все же в комнате воцарилась атмосфера радушной встречи. Все повскакивали с мест и устремились к Нику, спеша пожелать ему всего наилучшего.
— Мы рады снова видеть вас, Ник, — с теплотой в голосе произнес Филдс, и его глаза сверкнули, правда не силой ума. — Я верил, что вы справитесь со всем этим дерьмом. Мы знаем, кто за ним стоит.
Старлинг улыбнулась. Ник улыбнулся в ответ, но тут его окружили со всех сторон, и он ограничился лишь такими банальностями, как: «О, ребята, счастлив вас видеть. Эй, как у вас дела? Отличная прическа. У тебя новый галстук? Как поживает Мери?»
Наконец Ник спросил:
— Ну а теперь кто-нибудь введет меня в курс дела? Что тут у вас?
— Ну… — начала Старлинг. — Я работаю над подготовкой отчета, еще мы перебрали большинство фамилий из нового списка и пытаемся разобраться, что к чему. Может, кто-либо из оставшихся даст толчок, но даже это кажется…
Старлинг замолчала, потому что как раз в этот момент из кабинета вышел Робот. Остановившись в дверях, он сказал:
— Ник, если хочешь заглянуть к себе, я не буду мешать. Схожу прогуляюсь. Я постарался ничего не трогать; все мое барахло сложено в углу.
— Спасибо за предложение, но мне там ничего не надо, — отказался Ник.
Это квазивоссоединение, омраченное необходимостью избегать прямых упоминаний о фото в «Таймс» и о том, что привело сюда Ника, продолжалось какое-то время, затем Ник взглянул на часы и понял: осталось всего пять минут, надо закругляться. Постояв
Ник удивился, увидев в коридоре человека, который, несомненно, ждал его, чтобы проводить к лифту. Это был Рей Кейс, сотрудник отдела по расследованию поджогов и ограблений, легендарный оперативник, вместе с Ником состоящий в наблюдательном совете комиссии по выбору новой снайперской винтовки. Однако в отличие от Ника Рей относился к своему членству в комиссии серьезно. Что здесь делает Рей? Или это чистая случайность?
Но нет, это была не случайность, потому что Рей агрессивно посмотрел Нику в лицо, после чего кивнул, приглашая на короткую беседу с глазу на глаз.
Обернувшись, Ник еще раз попрощался со своей группой, гордый тем, что они проделали такую большую работу и сохранили профессиональный подход к делу, несмотря на весь этот политический вздор и красочный сценарий падения, исполненный их руководителем. Затем Ник зашагал по коридору, к лифту, к своей судьбе.
Рей Кейс быстро догнал его.
— Малыш, нам надо поговорить, — сообщил он.
Поэтому Ник опоздал на собственную казнь на несколько минут. Однако директор был не из тех, кто придает значение подобным пустякам, и встретил его достаточно тепло, учитывая ситуацию. В дверях они обменялись пустыми фразами, после чего директор повел Ника в свой личный зал совещаний.
— Ник, я попросил заглянуть Джеффа Нили и Роба Харриса из отдела профессиональной этики. Их отчет еще не готов, но они поделятся с нами предварительными результатами, дадут понять, что к чему, и у меня будет что сказать на пресс-конференции, на которой я выступаю… — директор сверился с часами, — через пятьдесят одну минуту.
— Конечно, — отозвался Ник, кивнув двум охотникам за головами.
Те кивнули в ответ, скрываясь за неестественно равнодушными профессиональными улыбками.
Все сели, директор во главе стола, Джефф и Роб по одну сторону от него, Ник по другую.
— Итак, ребята, — начал директор, — вы занимались экспертизой документа, напечатанного в «Таймс».
— Совершенно верно, сэр.
— А теперь, Ник, хоть ты и не под присягой, эта встреча записывается на магнитофон, и я хочу удостовериться, что ты до сих пор отказывался от юридической помощи и находишься здесь, не получив разрешения своего адвоката.
— Да, сэр, — громко произнес Ник, словно стараясь облегчить магнитофонам их задачу.
— И хотя мне больно задавать такой вопрос агенту с блестящим послужным списком, ты сознаешь, что любые искажения фактов по решению обвинения станут считать ложью и тебе могут выставить счет по статьям такой-то и такой-то, если докажут, что ты искажал факты умышленно?
— Да, сэр, — подтвердил Ник.
— Итак, для протокола: ты отрицаешь, что когда-либо ездил в Колумбию, штат Южная Каролина, за свой или за чужой счет и бывал в штаб-квартире американского филиала ФН?
— Отрицаю, сэр.
— И ты утверждаешь, что документы, добытые и опубликованные «Таймс», — фальшивка?
— Да, сэр. По-другому и быть не может.
— Мы попросили службу профессиональной этики провести криминалистическую экспертизу этих документов с целью установить их подлинность. Напоминаю, документы якобы представляют собой внутренний меморандум американского филиала ФН о пребывании Ника в Колумбии. Их сопоставили с уже имеющимся в нашем архиве заявлением о принятии участия в тендере на поставку снайперской винтовки, напечатанным на официальном бланке. Сотрудники сравнили эти бумаги, исходя из того, что заявление является подлинным. Все понятно, Ник?