Я так хочу
Шрифт:
Она была довольно высокой и слишком худощавой для своего роста, казалась хрупкой, но не была такой. Ее можно было согнуть, но не сломать. Мудрая бабушка научила ее сохранять чувство собственного достоинства, а также всегда следить за своей внешностью. Чармиан носила облегавшую тело одежду, выгодно подчеркивавшую ее точеную фигуру. Таким был и ее сегодняшний костюм. Она производила впечатление сильной, уверенной в себе женщины.
Многим мужчинам Чармиан нравилась, и они не прочь были пофлиртовать. Но флиртовать с женщиной, которая на каблуках была не ниже шести футов, да к тому же обладала неуступчивым
Когда Чармиан подошла к секретарю шефа, оказалось, что она на целый дюйм выше его. Секретарю это явно не понравилось. Он предпочел бы маленькую пухленькую блондинку, от которой можно было ожидать массу радостей.
Последняя претендентка на должность домоправительницы перехватила его взгляд, брошенный на вырез ее блузки, и сладко пропела:
– Не правда ли, неплохо для моего роста? Кстати, информация о размерах есть в моей анкете вместе с фотографией.
Еще когда она заполняла анкету, у нее возникли легкие подозрения по поводу хозяина, которого интересуют такие подробности. Но работа была ей просто необходима, поэтому она постаралась выбросить все это из головы.
Из гостиной они прошли в узкий коридор без единого окна. Чармиан ощутила странное недомогание сродни клаустрофобии и постаралась ускорить шаг.
Секретарь распахнул дверь в кабинет, секунду помедлил, ожидая, пока она войдет, и произнес:
– Мисс Риверс.
Мужчина, сидевший за письменным столом, поднялся навстречу, и Чармиан едва удержалась, чтобы не раскрыть рот. Он совершенно не походил на тех деловых людей, с которыми ей доводилось встречаться до сих пор. Скорее он напоминал благородного, мужественного киногероя. И был, как с неудовольствием отметила про себя Чармиан, на редкость привлекателен.
На протяжении нескольких лет работы она общалась со многими преуспевающими бизнесменами. Но ни один из них не обладал и десятой долей его сексуальной притягательности.
Чармиан насторожилась, почувствовав опасность. Ей не понравилось, что, помимо воли, пульс ее участился, как бы отвечая на невидимые сигналы его тела.
На Джеффри Хокинзе были темный костюм, безусловно, сшитый на заказ кем-то из самых модных портных и стоящий огромных денег, белоснежная рубашка и строгий галстук.
На руке он носил золотые часы на кожаном ремешке, и больше никаких колец или других украшений.
У него были ухоженные ногти, но без маникюра. Густые черные волосы коротко подстрижены.
Чармиан показалось, что он не отдает себе отчета в своей необыкновенной привлекательности и не слишком заботится о том, какое производит впечатление. Она только не могла разобраться, была ли это поза, или же он на самом деле не старался пустить в ход свое бесспорное обаяние.
– Садитесь, пожалуйста.
Чармиан почувствовала непонятное облегчение, усевшись в кресло, стоявшее недалеко от письменного стола, за который он вернулся.
– Чармиан? Довольно необычное имя.
– Это фамильное имя, – спокойно объяснила Чармиан.
– Из вашей анкеты я узнал, что вы считаете себя независимым человеком. И что у вас единственный родственник – бабушка.
– Да, мои родители умерли, – ответила девушка.
Он слегка опустил голову, изучая какие-то бумаги на столе. И в этот момент что-то мелькнуло в
Чармиан нахмурилась, стараясь сосредоточиться на образах, которые кружили в ее памяти. Но они никак не складывались во что-то определенное. Тогда она просто тряхнула головой, стремясь прекратить этот водоворот мыслей. Невозможно сразу вспомнить, где и когда она его видела раньше. Он мог останавливаться в одном из отелей, где она работала. Но, несомненно, они не встречались лицом к лицу, потому что забыть его было невозможно.
– И у вас нет братьев… или сестер?..
Чармиан заметила, что он слегка замешкался, перед тем как произнести последнее слово.
– Нет, – спокойно ответила она, – у моих родителей не было других детей.
Это, по крайней мере, было правдой… А что до остального… Она считала, что имеет право не упоминать о двоюродной сестре, дочери опекуна. Между ними никогда не было близких отношений. Рейчел от души ненавидела и третировала Чармиан. А та попросту боялась сестру.
Когда Чармиан стала старше, страх ушел. А, покинув дом опекуна, она наряду с чувством облегчения вдруг ощутила себя виноватой перед кузиной. Виноватой в том, что у нее была бабушка, к которой она могла убежать. А у Рейчел нет.
Чармиан попала в дом опекуна маленьким ребенком, только что потерявшим мать. Дядя давно овдовел и жил вдвоем с дочерью. С самого начала Рейчел угрожала Чармиан тем, что велит отцу выгнать племянницу из дома, если та не будет ей подчиняться. А Чармиан очень скоро узнала, что отец редко отказывает Рейчел. Лишь гораздо позже девочка поняла, что отношения отца с дочерью носили не совсем обычный характер: он проводил ночи в постели Рейчел.
Чармиан до сих пор содрогалась при мысли, что легко могла попасть в ту же ловушку, в которой оказалась ее двоюродная сестра. К счастью, Чармиан всегда неосознанно боялась опекуна и не поддавалась на его уговоры позволить ему вечером зайти к ней в комнату.
– Ты и Рейчел должны любить друг друга. Я бы очень этого хотел, – нежно настаивал он. – Тогда я смогу любить вас обеих. Рейчел старше тебя, и ты должна слушаться ее советов.
У кузины был несносный характер, превративший детство девочки в нескончаемую цепь унижений. В то время Чармиан не понимала, что происходит в доме. Лишь став взрослой и сопоставив свои детские переживания, она пришла к выводу, что Рейчел рано подверглась сексуальному насилию со стороны отца.
– Надеюсь, вы понимаете, что ваша квалификация слишком высока для той работы, которую я могу предложить.
– Мне нужны деньги, чтобы жить…
– Да, но вы можете заработать деньги, работая, например, продавцом в магазине. Хотя, конечно, их будет недостаточно для того, чтобы так одеваться. Ваш костюм ведь из Парижа, не правда ли?
– Я сшила его сама, – вынужденно призналась Чармиан. – Гостиничный бизнес – не та сфера, где платят столько, что можно одеваться у известных модельеров.
Чармиан проговорила это довольно агрессивным тоном, желая внушить Джеффри Хокинзу, что его вопросы и замечания ей неприятны. Он окинул ее долгим тяжелым взглядом, но промолчал. Чармиан подумала, что вряд ли получит у него работу.