Яблоко

Лайдинен Наталья

Наперекор з'oву и зв'oну, Не написав другим завещанья, Ты навсегда уходишь на зону Истинного молчанья. Я и теперь мысленно рядом, Выпустив страх голубями из вены, В сердце взорвусь горящим снарядом Искреннего забвенья. Это твоя последняя ходка, Злая дуэль часов, километров. Сверху повеял отчаянный холод Выстраданного бессмертья.

«Может, правда, мир творчества прян…»

Может, правда, мир творчества прян, За душой — лишь сны у меня, Только твой загадочный ян Ничего

не хочет менять. Может, ты кочевник пустынь, И в глазах черны небеса, Но моя капризная инь Сквозь тебя листвой проросла. Может, мы не пара совсем, И виной всему злая страсть. Наплевать на сто теорем, Если в нас — монада сошлась.

«C перебором, с перехлестом…»

C перебором, с перехлестом, — Сильный, дикий, мне под стать! Нам вдвоем совсем не просто, Мы не можем перестать Спорить, путать север с югом, Вспоминать все языки, Радостно любить друг друга Всем разлукам вопреки!

«Тобой сто раз нарушены запреты…»

Тобой сто раз нарушены запреты, Заждался за окном железный конь. Прощаясь, я целую эполеты, А не твою горячую ладонь. Куда отвага вдруг запропастилась? Ты снова медлишь, в бурю уходя. Моя судьба — проклятье или милость: На ратный подвиг провожать тебя. Давно не жду ни орденов, ни славы, Ни громких слов победоносной лжи. В такой войне все правы — и не правы, — А я хочу, чтоб ты остался жив! На всех постах и боевых маршрутах Тебя с небес вели и берегли! Опять звонки — из Табы и Бейрута, Дженина и Джибути, Сомали. Мне голову кружит не смена званий, А черное предчувствие беды. Ведь по утрам так сильно губы ранит Невыносимый холод от звезды.

«Как будто в модном ресторане…»

Как будто в модном ресторане Нам долгий ужин подают, А я слежу за сменой званий — И сменой блюд. Прошу тебя, не нужно водки, Мы без того обожжены: Я даже в снах читаю сводки С чужой войны! Давай уйдем, начнем сначала! Не выношу кровавый суп! Ты сам в погонах генерала — Ходячий труп, Мишень и мраморное мясо, Все жертвы — в огненном кольце. Ведь каждый снайпер — это ясно — Живая цель! Скорей бежим! Пока нас двое, Мы сможем пересилить смерть! Я не хочу твоей вдовою Стать на десерт.

«Долгой разлуки холодный страх…»

Долгой разлуки холодный страх — Рваная тетива. Мы с ним встречаемся только в снах Вот уже года два. Я так устала — надеяться, ждать, Слухам вести отсчет. И каждый раз, ложась на кровать, Думать: а вдруг придет? Он был, наверно, рожден стрельцом. За круговертью дней Я забываю его лицо. Что может быть страшней? Дар полнолунья новой весне — Вечный покой в Весах. Если не встретимся на земле — Встретимся в небесах.

«C древним таинством схожа…»

C древним таинством схожа Роковая

судьба: Не рисунок по коже — По сердцу резьба. Не сверкание лезвий — Дальних бликов игра: И бежать — бесполезно, Завтра — только вчера. В небо выплеснут зори Горькой крови алей Линий жизни узоры — Твоей и моей.

«Я могу правду тебе рассказать…»

Я могу правду тебе рассказать. Только ты уже не гляди назад И не прячь с тоской от меня глаза. Ничего не бойся, души не трави. Тебе скажет священник и скажет раввин: Правда жизни — только в этой любви. Нам был с неба дан сверкающий перст, Ты меня, как Пан, украл из невест, Подарил мне Южный мерцающий Крест. Никогда не ведала середин. И теперь лишь ты — на моей груди, Откровенья звездные впереди. За спиной остались друзья и семья. Сердце рвет горячей страсти струя. Так давно ты — мой, я — твоя…

«Ночью голос дрожит…»

Ночью голос дрожит. Тень свечи на стене. Может, ты еще жив На безвестной войне. В небо тянется мост От груди до груди. Не утешит погост: Духу долго бродить. Через сотню часов В неизвестном году Я услышу твой зов, Поднимусь и приду. Чайкой носится весть В серых струях дождя. Март был выплакан весь. До сих пор жду тебя.

«Через потери мы снова пришли к обретенью…»

Через потери мы снова пришли к обретенью. Нет ничего. Долгожданные свет и свобода! В призрачном прошлом чужие растаяли тени. Мы опять рождены друг для друга сегодня. Кровь расплескалась кругом, горький вкус бересклета. Смерть овладела душой, заморозила в камень. Я пробуждаю в тебе позабытое лето И прикасаюсь к груди огненными губами. Ты исцелен! Прояснились желанья и мысли. Голос ожил и теплом расплескался в гортани. В Книге Судьбы ты заглавной строкою прописан, Чтобы любить и прощать, а не мучить и ранить. Я не сдалась, я осталась упрямой и гордой. Мне без тебя никогда не вернуться обратно. Пусть под крылом засыпает хранивший нас город: Мы ему вместе наплакали дождь благодатный. Так поспешим, небо ждет! Над темнеющей крышей Заново пишем великий закон мирозданья. Солнечным ветром уносимся дальше и выше! Так же как ты, я совсем не боюсь наказанья. Помнишь ли ты, что нас ждет за сияющей твердью?.. Вечные льды растопила молитва земная. В нашу любовь и в тебя с непреклонностью верю И потому на земле никогда не бываю одна я.

Кайчи

Вселенской музыки родник Возник в сияющей ночи. На краткий бесконечный миг Мне померещился кайчи. Из приоткрытых горловин Истоков — пение судьбы. Вопль разобщенных половин, Сказаний, что хранит Сибирь. Высотами обертонов Звенит и говорит тапшур. Живая истина богов, Движенье звуков и фигур. И в расширенье диафрагм Родится богатырь, герой. Финал моих душевных драм: Шаманская любовь с тобой.