Яблоневый цвет
Шрифт:
Подкаменная Тунгуска
Девушка — Подкаменная Тунгуска
С такой любовью, не бывает грустно,
как с прошлым, что забралось в эту даль,
застывшим во мне, затаившим печаль -
воспоминаниями о Подкаменной Тунгуске.
С такою красотою, в бысть девчонкой,
Катангой покатилась, по таёжному пути;
по каменным порогам, удавалось пройти,
резвясь
С характером порожисто-шиверным,
способным, каждого, на нервы извести,
и к гробу, если что? уж, точно довести;
с чем все, считались здесь, наверное.
Прекрасная; в доллеритовом сарафанище;
с саранкою, приколотой к зеленым волосам,
под каменными, исполинскими колоссами;
спешила к нам, к охотничьему пристанищу.
А познакомились мы с нею на 235 километре,
там поселились наверху, на горной макушке,
в кернохранилище, в просторной избушке,
под кедрами, перешептывающимися с ветром.
17-23. 12. 2020
Во время пирушки
Пятистенок гудел. Пили брагу.
За столом не смолкал гулкий смех.
Сам хозяин, Митяй, был в отваге:
Хохотал и шумел больше всех!
Остановился в него, вроде гостя.
Древних слов, не могу разобрать.
Подсадили мужика, чтобы просто,
И доходчиво мог толковать.
В это время, к кержацкой пирушке,
Прибился мужичок. Кто-то позвал?
Зашумел и Митяй, плеснул в кружку:
— Ты пошто, нам, Гитлера, не помал?
Мужичок улыбнулся, виновато.
Выпил брагу, видать не впервой,
Терпеть колкости сходки, быдлатой.
Он смирился с судьбиной, такой.
— Он в войну побывал в штрафбате!
В Рокоссовского, он воевал.
Сплоховал, был в бою. Вот те, нате!
Вот, Митяй его, шуткой, достал!
От толмача своего, услыхав о таком;
Об эмпатию споткнувшись, не впервой;
Постеснявшись испанским стыдом -
Я ушел с той пирушки, хмельной.
23/04/21
Таежная Джульетта
Припоминается, как в Бурном мы стояли,
Старухи на крыльце, — заканчивался день, –
Они еще, о Никоне вещали (им внимали).
Закат лизал, на пол реки, вытянутую тень.
От той скалы, что над Вельмо нависала.
Я, видно, что-то пропустив от тех старух.
Ты увлекла
О том, что поразило твой, девичий, слух.
Легенду о той скале, с которой как-то раз
Девчонка бросилась, разбившись на камнях.
И каждый с нас в себе, представил: этот час
Поэзией — и выбор смерти, на исходе дня.
Она любила парня (вспоминали) молодого.
Ну, что ж? Не ново: любовь, как видно зла,
Что не пожелаешь и своему врагу, такого,
Чтоб замуж выдавали за старого козла.
Я посмотрел в твои глаза, чтобы узнать?
(Все женщины, в чем одинаковы на свете?)
Им жизнь свою хотя бы, мысленно, отдать,
Чтоб слыть похожими на юную Джульетту.
24 апреля 2021 г.
Эвенкийские тропы
Тропа, как нить судьбы,
Она сшивает Случаи.
С картинами борьбы,
За долю жизни лучшей.
Версты там вплетены,
И бревна буреломов.
От радужной мечты,
Там много чего, кроме.
И: снова жизнь в избе,
Секс на медвежьих шкурах,
Иллюзий спор в себе;
Стаи хариусов в курьях.
Хрусталь прозрачных вод,
Ты ножкой разбиваешь.
Звезд дальний хоровод,
Глазами обнимаешь.
Турмалин! Вот, что: да!
Не зря топтали стопы!
Случайно не ведут сюда
Эвенкийские тропы.
26/04/21
Со святынь небесных…
Маршрут окончен, в тот же день;
Уже началась полуденная жара.
(Мы покидаем, Бурный, в полдень).
Достали нас: и пауты, и мошкара.
Попрощались с кержаками (унося в уме).
Плывущих облаков по небу образа.
В окладах их неистовый Аввакум.
Со святынь небесных, льется бирюза.
И время, опередив лет, этак, на триста,
Спасаемся, мы, от призраков старины.
Где Духу протопопа молятся неистово.
(Исконной вере здесь все подвержены).
Мы возвращаемся на свой Хакдасис.
Ждет нас еще не пройденный маршрут.
Нас ожидает какой-то условный базис.
И кедров шум, — под окнами растут.
24/04/2021
Рыбалка на таёжной речке
Верлибр
1
Одеялом, — лоскутным, -
Осень, -
Словно бабушка внучку, -
Тайгу накрыла.
В просинь, -
лежат
Горы, — издали -
Груди земли, -
под покрывалом,
что бабушка,