Ягодный мусс
Шрифт:
— И пива тоже, — усмехнулась Адель.
— Маленький ещё. Я ему, вон, сок купила.
Девушка прошла по коридору и тихонько постучала по деревянному наличнику двери.
— Заходи, — раздался приглушённый голос младшего брата.
— Чем занимаешься? — Адель немного приоткрыла дверь и оценила обстановку в комнате.
— Составляю кроссворд по биологии. Это муть полная! Зачем она мне вообще нужна? — Лёша сидел за столом, обложившись со всех сторон учебниками и энциклопедиями.
— А почему бы тебе не залезть в интернет и не посмотреть там определения? —
— Я тебе больше скажу — там куча этих тупых кроссвордов. Можно взять и переписать, но наша грымза сказала, что все их наизусть знает. Так что можем не пытаться облегчить себе жизнь.
— Понимаю тебя, братишка, но тебе нужно собраться. Осталось только девятый закончить и пойдёшь в колледж.
— Жду не дождусь, — мрачно ответил юноша.
— Помочь?
— Да нет, я почти закончил.
— Тогда встретимся на кухне.
Адель прошла в свою комнату, и переодевшись в спортивное, стала наводить порядок и в без того чистой комнате. Девушка сложила стопками книги и конспекты на столе, убрала в ящик письменные принадлежности, смахнула с полок невидимые пылинки, и оглядев помещение, села на диван с чувством выполненного долга.
Аделина любила порядок и систематизацию во всём, что касалось её личного пространства. Это не было навязчивым пунктиком, просто девушка создавала удобство и комфортную среду, в которой ей было хорошо существовать. При этом Адель никогда не осуждала и не пыталась донести свою точку зрения до людей, творивших у себя в домах хаос и творческий беспорядок. Ей даже нравилось, заходя в комнату к брату, наблюдать разбросанные вещи, которые никак не мешали Лёше учиться и отдыхать.
***
Хлопнула входная дверь, и в коридоре раздался басовитый голос отца, которого девушка просто обожала. Адель тут же бросилась встречать его. Она кинулась мужчине на шею и расцеловала в обе щеки ровно пять раз — этот ритуал у них не менялся уже много лет, с тех пор, как Адель научилась ходить.
Геннадий Петрович отвечал дочери взаимностью. Он души не чаял в своей девочке, которая могла вить из него верёвки, если б только захотела.
— Как дела, малышка? — спросил он, вешая куртку на крючок.
— Хорошо, а у тебя?
— Просто прекрасно. Это, что, креветки?
— У мамы время кулинарных изысков.
— Серьёзно? — удивился Геннадий Петрович.
— Пользуйся моментом. Такое не каждый день бывает, — подмигнула Адель.
— Так! Хватит шушукаться. Я всё слышу. Ну, не люблю я готовить и что теперь?
— Ничего, милая. Хотя мне жаль — у тебя самые вкусные котлеты на свете, — Геннадий Петрович поцеловал жену и нежно приобнял её за талию, — скоро, скоро, совсем скоро, — игриво пропел он.
— Ты ждёшь, не дождёшься? — Лидия Алексеевна кокетливо подмигнула мужу.
— Вы о годовщине? — спросила Адель, любуясь родителями.
— Ага. Твой отец решил пригласить меня на свидание. Так что на следующую субботу ничего не планируй. Мне будет нужна твоя помощь в выборе платья.
— Нет проблем! Хорошо,
— Вот и славно! А теперь, быстро за стол! Позовите Лёшу кто-нибудь, а то он бедный уже устал корпеть над своим кроссвордом.
Глава 2
— Расскажи мне, что у вас с Костей? — Лидия Алексеевна расхаживала по магазину и придирчиво рассматривала разноцветную ткань.
Они уже второй час находились в магазине. Женщина перемерила кучу нарядных платьев и брючных костюмов, но никак не могла определиться с выбором.
— Никак, — равнодушно пожала плечами Адель.
— Я не понимаю, что происходит. Мне недавно звонила Ольга Николаевна. Она очень переживает за вас.
— А что переживать? Разберёмся как-нибудь.
— Я ей тоже сказала, что вы уже взрослые и не стоит лезть, куда не надо. Но ты же понимаешь — Костя у неё единственный сын, с которым она всю жизнь носится и будет носиться дальше.
— Она мне тоже постоянно звонит. Я не знаю, что отвечать.
— Адель, ты его любишь?
— Не знаю, мам. Теперь уже не знаю. Такое ощущение, что Костя стал чужим для меня, — грустно вздохнула Аделина.
— Эх, детка! Такое бывает. Но ты ещё молода и свободна. Может и не стоит зацикливаться на первой любви?
— Это страшно. Страшно терять человека, с которым не первый год вместе.
— Ещё страшнее, малыш, держаться за человека, в котором не уверена.
— Возможно. Посмотрим, что будет дальше.
— Конечно. Посмотри, подумай. Главное, не торопись. Расстаться всегда успеешь, а вот попытаться сохранить то, что есть, гораздо сложнее. Может это? — Лидия Алексеевна продемонстрировала дочери длинное платье с широким поясом.
— Мам, тебе не идёт коралловый, — Адель села на мягкий кожаный диван и посмотрела на ряды платьев, — как на счёт синего?
— Слишком тёмное. Мне хочется что-то светленькое. Понимаешь?
— Понимаю, — девушка тяжело вздохнула, — посмотри нежно-голубое. Цвет идеально подходит.
— Ты права, — женщина пощупала лёгкую материю и оценила покрой платья, — пожалуй, то, что надо! Если хорошо сядет, возьму его. И цена не сильно кусается.
Лидия Алексеевна удалилась в примерочную. Адель откинулась на спинку дивана и подумала о том, что её мать и Наташа непременно нашли бы общий язык. Обе следили за собой и проводили несколько часов в неделю в торговых центрах в поисках обновок.
— Ну как тебе? — Лидия Алексеевна отодвинула шторку и показала наряд дочери, покрутившись перед зеркалом.
— Отлично! Предлагаю тебе его взять. Чем больше выбор у человека, тем дольше он его делает. А в твоём случае есть шанс, что мы отсюда никогда не уйдём.
— Доча, не будь занудой! Но ты права — это то, что надо, — кивнула женщина и решительно направилась в сторону касс.
***
Они оплатили покупку и вышли на улицу. Небо затянули серые тучи. Ветер трепал волосы и завывал в переулках центрального района города. Лидия Алексеевна положила пакет в багажник своей малолитражки и обняла Аделину.