Яхтсмен

Степанов Андрей Валерьевич

– Чего желаете? – обнажив белоснежные зубы, спросил он.

– Яичницу и кофе, – ответил я, не раздумывая и, заметив утвердительный кивок, добавил – Две порции.

– Сахар? – Оксана отрицательно мотнула головой и я добавил: – Мне два.

Парень так же легко, как он добрался к нам, ушел, не задев ни единого столика, хотя стояли они довольно плотно. Должно быть, мое лицо выражало явное удивление, потому что, когда я повернулся к Оксане, она сразу же сказала:

– Это Джо. На самом деле его зовут Жора.

А по паспорту – Георгий.

В ответ я лишь растерянно похлопал глазами, опасаясь сказать чего-то лишнего, но девушка продолжила.

– Он местный, живет здесь с самого рождения.

– Во всяком случае, к названию заведения у меня вопросов нет, – сказал я.

– Здесь готовят лучший кофе. На мой взгляд, конечно, – поправилась Оксана и откинула назад локон с лица.

– Надеюсь, что и яичница тоже хороша. Нормальной еды я не видел уже дня три.

– Отмечал покупку яхты? – хихикнула девушка.

– Не то чтобы, пропустил по коктейлю вместе с ее старым хозяином.

– Не подскажешь, с кем именно?

– Я снова попал на допрос? – добродушно спросил я. – Шучу, шучу, мне скрывать нечего. Его зовут Арам, такой солидный армянин в возрасте. Фамилия… – и тут я понял, что не знаю его фамилии, а все, что есть – только номер его телефона. Правда, тут же спохватился – в документах на яхту его фамилия точно должна быть указана.

– Я знаю его. Его все здесь знают, он входит в городское собрание. Хороший человек. Но не советую пить с ним на спор.

Джо, он же Жора, принес нам кофе и яичницу. Я сразу же попросил счет и мы приступили к поглощению пищи. Кофе действительно был отличным и отменно сладким.

– Не понимаю, как можно пить такой кофе, – сказали мы одновременно.

– Я имела в виду сладкий! – рассмеялась Оксана. Если бы все полицейские были, как она, нарушителей бы не было вовсе.

– А я имел в виду горький, – добавил я и, фыркнув, отправил в рот последний кусок яичницы.

Неудобное молчание разбавил Джо, который принес счет.

– Нечасто вижу, как ты улыбаешься, – обратился он к Оксане, а затем повернулся ко мне и притворно, шепотом, произнес, – не упускай свой шанс.

– Так, Джо! – со всей строгостью произнесла девушка.

– Молчу, молчу!

Он принял оплату и мы вышли на улицу, провожаемые взглядами немногочисленных гостей Большого Брата.

– Надеюсь, что ты не воспринимаешь его слова всерьез?

– Нет, не воспринимаю, конечно. Просто… – я вздохнул, не зная, стоит ли поведать ей историю, которую я никому не собирался рассказывать, но, тем не менее, уже рассказал прошлым вечером Араму.

– Так ты женат? – Оксана снова прищурила левый глаз.

– Я…

– Слушай, если это так, то честное слово, я тебя арестую! – снова эта напускная строго! – Но сперва выслушаю.

Интересные игры в полицейского, но я бы предпочел, чтобы

это происходило несколько в другой обстановке. И, поскольку у меня не оставалось выбора, я второй раз пересказал свою историю прибытия сюда. Оксана слушала внимательно и не перебивала. Если мне повезет и я продолжу общение с этой красоткой, придется пересмотреть все стереотипы. Еще больше меня смутило, что она рассмеялась в конце моего рассказа.

– Ты на полном серьезе считаешь, что она бросила тебя из-за того, что ты притащил в дом собаку? – заявила Оксана. – Похоже, женщин ты знаешь очень плохо.

Я едва раскрыл рот, чтобы опровергнуть это, но решил, что лучше не стоит совершать опрометчивых поступков. Тем временем, мадам полицейская продолжила.

– Только не ищи каких-то глубоких мотивов. Скорее всего, там уже давно кто-то был на стороне, более привлекательный по какому-то параметру. Чего вам не хватало в семье? Денег, секса? Времени вместе?

Я немного опешил от настолько прямых вопросов, поэтому не торопился давать ответ.

– Слушай, я не собиралась лезть в твою жизнь, – извиняющимся тоном произнесла Оксана, завидев мою нерешительность, – но просто так ничего не бывает. Считай, что собака была лишь формальным поводом.

– Я и сам до конца не разобрался. Не было ни времени, ни желания что-то решать.

– И поэтому перебрался сюда?

– Да. Подальше от всего, что может напомнить мне об этом человеке.

– А еще говорят, что женщины ранимые, – подмигнула мне Оксана. – Не обижайся только.

– И не думал даже. Все нормально. Просто я здесь еще не обвык. Притрусь со временем.

– Есть ее фото?

Я достал телефон, пролистал галерею и показал фотографию, на которой Марина стоит с букетом цветов. Длинные русые волосы собраны в причудливой укладке. Последний букет я ей дарил еще год назад, как раз на ее участие в выставке искусств. Но почему-то не укорял себя за отсутствие цветов в последние месяцы. Оксана не сказала ни слова.

Мы двинулись вниз по улице обратно в направлении набережной. И почему-то я ощущал себя уже немного другим человеком, не связанным со своей прошлой жизнью. Здесь у меня все начиналось заново. Иначе. Лучше. Надо было лишь решительно хватать все возможности и не упускать ни одного шанса.

– А ты часто патрулируешь набережную? – попытался я продолжить беседу на тему, не касающуюся моей личной жизни.

– Каждый день, – последовал короткий ответ и мы остановились возле газетного киоска. Оксана начала с любопытством рассматривать заголовки.

– Надеюсь, что увидимся завтра, – утвердительно сказал я.

– Завтра нет. Во всяком случае, днем.

Я почувствовал, как моя бравада опускается куда-то до самых пят. Неприятно, когда ситуация внезапно разворачивается на сто восемьдесят градусов.