Янтарный свет: ...Имеет..
Шрифт:
— О чем мы не знаем? — с усмешкой спросил Гюш.
— Небольшое пари, — хмыкнул Руди. — И я в нем победил.
— Пари? А подробнее?
— Пари в спальне остаются в спальне, — гордо ответил воришка и подмигнул. — Но выиграл я его без уловок.
— Я сваливаю, — твердо произнёс Гош, глядя на свиток с перечнем правил поведения студентов.
Компания сидела за столом, доедая ужин.
К слову, кормили в огромном помещении, разделенном по цветам. Каменный пол под первым курсом был покрыт белым
— В чем дело, Гош? — спросил Снек, отвлекшись от куриной ножки, которую с удовольствием обгрызал.
— Седьмой пункт, — грустно произнёс паладин. — Они запрещают пронос алкоголя на территорию оплота!
— А выходить в город тебя не устраивает? — спросил Нами.
— А первому курсу запрещено покидать стены оплота, — ответил паладин. — Шестой пункт.
— Вообще-то множество настоек на факультете зельеварения делается на крепком спирте, — заметил Ларс. — Если тут постулат оплота железен, то… Там производят спирт самостоятельно.
— Спирт? — хмурясь, переспросил Гош, услышав незнакомое слово.
— Прозрачное вино, — пояснил Снек. — Или как его еще говорят «Слезы богини воды».
Гош замер и округлил глаза.
— Они тут готовят Слезы Сувады… — сглотнул паладин.
Руди поперхнулся напитком из ягод и уставился на паладина.
— Что? — возмутился Гош. — Я, может, всю жизнь мечтал зелья варить!
— Цель, — с довольной миной улыбнулся Ларс. — Главное в движении вперёд — это цель!
Глава 18
— Это трудно, я согласен, — произнес Гюш, глядя на Ларса. — Но это факт. Мы просто студенты.
Старичок глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул и взглянул на преподавателя.
— Вы хотите, чтобы мы выпустили всю силу?
— Да, — кивнул сухой старичок с длинной рыжей бородой и сверкающей лысиной. — Медитация — очень важный элемент нашего обучения. Вы не сможете почувствовать силу по-настоящему, если внутри вас её будет полно. Только пустое тело сможет уловить малейшее дуновение, легчайший порыв вашей стихии. Именно поэтому мы и проводим эти методики.
— И вас не смущает, что тут полноценные маги и достаточно сильные ученики? — уточнил Ларс.
— Боитесь разнесёте тут всё? — хмыкнул преподаватель. — Посмотрите внимательно на стены. Рунная вязь составлена столетия назад, и ни один студент не смог её нарушить. А если уж быть честным, то и ни один преподаватель.
— Свет, тьма и жизнь, — задумчиво пробормотал Гюш и взглянул на коллегу.
— Мы ведь просто студенты, — ехидно хмыкнул тот и спокойно уселся на пол в специально отведенное место, пробормотав: — Отбросить предрассудки и попробовать вникнуть в материал…
Нами уселась на соседние место с Ари, с другой стороны разместился Руди. Снек и Гош также заняли отведенные рунами места.
— Итак. Для начала выпускаем всю силу в каменный пол под вами до начала головокружения. Как только закружится голова,
— И всё же я спрошу, — заняв позу лотоса, произнёс Ларс. — А что будет, если силы окажется слишком много?
— Я же говорил, что…
— Если ее окажется настолько много, что она перевалит коэффициенты Редрихта?
— Если она достигнет такого уровня, то рунная система сбросит излишки в небо. На моей памяти такое мог провернуть всего один студент. Он смог настолько наполнить силой огня это помещение, что в небо ударил луч огня толщиной в палец. Но поверьте, это был действительно выдающийся ученик.
— Предусмотрели, — хмыкнул Гюш.
— Ей, Эксиль, а можно я просто посижу? — недовольно спросил Гош, все время поправлявший мантию.
Паладин жутко бесился от того, что ему запретили носить доспехи и обязали надевать студенческую мантию. Предложение напялить доспехи поверх мантии тоже отмели.
— Задание обязательно для всех, — надавил преподаватель. — И не Эксиль, а господин преподаватель.
— Да ладно тебе, старый, — хохотнул Руди. — Давай уже начинать, а то ноги затекут сидеть в такой позе.
Старичок гневно зыркнул на воришку и заметил довольную улыбку на лице Ларса.
— Приступайте, — буркнул он, сложив руки на груди.
Поначалу ничего не происходило. Сила медленно выходила от каждого студента и текла по рунной вязи, распределяясь по общему плетению.
— Вполне достойный уровень, — поджав губы, произнёс преподаватель, наблюдая за потоком силы. — Думаю, первая группа выдала не хуже.
— Эй, вы двое! — рыкнул Гош. — Хватит халтурить!
Ари взглянул на паладина, затем на Нами и пожал плечами.
— Я же как лучше хотел, — сказал он и кивнул девушке.
В этот момент руны вспыхнули, Эксиль шарахнулся в сторону, а затем в залитом ослепительным светом зале раздался голос Руди:
— Ломать не строить! Давай жару!
Сила ударила во все стороны, она рвалась из рун и заполняла весь зал. Тьма и свет, не смешиваясь, закружились водоворотом и ударили в потолок, где находилось большое стекло, закрытое пластинами из специального камня. Вниз полетели осколки дорогого минерала, обломки свода зала, а вверх ударил свет, тьма и жизнь. Туда же рвались сгустки теней и огромные полупрозрачные шары, бьющие в стороны разрядами чистой силы.
Грохот стоял такой, что заложило уши. Сквозь грохочущий гул света, сквозь вибрацию потоков тьмы, от которых дрожали легкие в груди, сквозь свист жизни и треск чистой силы доносился рев Гоша:
— Дави, твою мать! Развалим эту хреновину!
— У-У-У-УА-ХА-ХА-ХА! — орал Руди, медленно, но уверенно превращаясь в нежить. — ЖАРУ! ЕЩЕ!
Буря стихий продлилась еще несколько минут. Стены крошились, рвались цепочки рун, но в итоге всё начало стихать. Свет угасал, тьма чёрным туманом оседала вниз. С неба, через дыру в потолке, падали янтарные искорки под вой растворяющихся теней.