Янтарный свет: ...Имеет..
Шрифт:
Паладин бесцеремонно растолкал людей и вышел вперед. Оглянувшись на Снека, стоявшего в первых рядах, он пожал плечами и поднялся к трибуне.
— Оголи клинок! — громко провозгласил глава ордена и достал свиток, который закрепил на трибуне.
Паладин неуверенно вытащил оружие и взглянул на начальство. Цэк достал из кармана парадной мантии небольшой флакончик и сжал в кулаке.
— Выполнишь ли ты, Гош из отряда Дубовой лозы, любой мой приказ? — спросил он, сжимая зубы от боли.
— Выполню, — ответил
Цэк резко скинул мантию и вытянул руку в сторону. На предплечье руки находилась зияющая рана в форме тайного знака инквизиции. У самого плеча была тугая перевязь, которая пережимала артерию. Зал замер, а глава ордена во всю глотку заорал:
— РУБИ!
Паладин на секунду замер, но тут же взял себя в руки и взмахнул клинком, обрубая конечность у самой повязки.
Цэк упал на колени, взревел на весь зал, где висела гробовая тишина, но взяв себя в руки, опрокинул содержимое склянки в рот. После этого он на коленях подполз к трибуне, и вымазав руку в собственной крови, положил е"e на подготовленный документ.
Главу ордена затрясло, он забился в судорогах и упал на пол, оставив на бумаге кровавые следы.
Сама же бумага вспыхнула т"eплым оранжевым светом.
— Читай… — сквозь крепко сжатые зубы процедил Снек. — Единым молю… читай…
По телу Цэка потекли тонкие белоснежные полоски. Сначала они прошли в проекции костей, и его выгнуло дугой, затем белые убийцы пошли по сосудам, окрашивая тело. Глава ордена захрипел.
Гош поднял взгляд на зал, находившийся в полном шоке и подош"eл к трибуне.
— Я Цэк, глава ордена Янтарный свет, — начал читать вслух Гош. — Под давлением и угрозой расправы над всем орденом получил тайную печать инквизиции…
Паладин сглотнул и умолк, заметив, что главный человек в ордене замолчал и перестал хрипеть.
—…Получив ее, у меня потребовали предоставить в инквизицию реликвию ордена и полные списки е"e членов, проступков и жалоб на е"e членов от народа Свадии. Так же от меня потребовали изменения устава и подписания хартии, в которой орден Янтарный свет признаётся подразделением и неотъемлемой частью инквизиции.
Гош сглотнул поднял опешивший взгляд на зал и остановил его на Снеке, который одними губами прошептал: «Читай!».
— В связи с этим предательством ордена и всей церкви считаю хартию о службе Синоду и всей официальной церкви Единого Свадии нарушенной. Отныне орден вне церкви Единого Свадии, — Гош вытер испарину со лба и продолжил чтение: — Своей смертью и этим приказом я обрекаю вас на гибель, как членов ордена. Чтобы дать вам хоть какой-то шанс, я объявляю о том, что орден распущен…
По залу пошли шепотки. Слышались возгласы «Предатели!», где-то была отборная ругань, но вс"e утихло, когда с потолка зала, где находился огромный янтарный камень, обрамленный
Они медленно падали вниз.
Витая, словно светлячки, плавно двигаясь из стороны в сторону, они неумолимо опускались вниз.
Зал наполнялся вс"e сильнее, янтарь испускал вс"e больше искр, что таяли, а зал превращался в последнее чудо Янтарного ордена.
Гош опустил ошарашенный взгляд на бумагу и в тишине закончил речь:
— Вас будут преследовать, братья. Берегите себя… — прочитав последнюю строчку, у Гоша встал ком в горле. Произнести он е"e не смог.
Янтарные искорки опускались вс"e ниже, ложились на плечи братьев, на волосы. Постепенно они создали настоящий ков"eр, который изумительно красиво окутал вс"e и всех в этом зале.
— Ордена больше нет, — закончил Гош.
— Итак, — раздался голос Руди над ухом Ларса. — Старикашка! Проснись!
ХЛЯСТЬ!
Маг открыл глаза и попытался дернуться, но не смог пошевелить даже рукой.
— Сраные ублюдки! Да я вас…
Перед его лицом сформировалось сразу три прозрачных снаряда, искривляющих пространство, но тут же сработал ошейник на шее.
— СУКИ! — взревел Ларс и выгнулся дугой.
От его шеи пош"eл дым, запахло паленой кожей, и маг начал кататься из стороны в сторону.
— Как тебе такое пробуждение, Ари? — спросил воришка, оглянувшись назад.
— По-моему, для него отлично, — буркнул парень, держа запасную рубаху у лица.
Ткань в его руках была пропитана кровью, как и лицо. Перенапряжение не прошло для него бесследно.
— Деда, не шали! — с улыбкой попросил воришка. — Нет, если ты любишь боль, то дело тво"e. Я про таких слышал. Они прямо…
— Мрази, — прошипел маг, скрепя зубами. — Да как вы посмели! Я, Ларс! Ларс «Т"eмный мастер»! Я вас всех…
Старика снова выгнуло, отчего Руди расплылся в улыбке.
— Нет, я точно знал, что ты из этих! Ты только не переусердствуй. Мы убивать тебя не планировали…
Нами вс"e это время смотрела на старика хмурым взглядом. Когда тот в третий раз попытался освободиться, а Руди взглянул на не"e, то она объяснила:
— Ошейник его не убьёт.
— Точно?
— Точно. Я пыталась, — пояснила она. — Сам на себя он тоже руки наложить не сможет.
Руди хмыкнул и снова взглянул на старика.
— Вот будет забавно, если эти ошейники он делал сам, — улыбнулся воришка.
— Ари, — позвала Нами возлюбленного и кивнула в сторону дороги, где остановился отряд с караваном. От них к троице шёл Макс.
— Вижу, — кивнул он и поднялся на ноги.
— М-м-м-м… на"eмнички, — хмыкнул Руди и сел рядом со стариком, который пытался перевести дух. — Слушай, старый. Ты ведь не дурак? Правда ведь? Ты ведь прекрасно знаешь, что такое магический ошейник?