Янычар
Шрифт:
– Значит, вот так просто? И тебе не трудно будет…
– Наоборот – легко. Выполнять приказы легко и приятно. Выполнил десяток-другой приказов – и отдыхай. Нет? А на гражданке – думай, принимай решения, ломай голову… Так по какому вопросу вы ко мне, Сергей Иванович?
Полковник пристально смотрел в лицо Петрова, но ничего на нем не было, кроме усталости. И тоски в глазах. Майор шутит, а похоже, ему выть хочется. Не может же он не понимать, что ждет и его, и его семью…
– Я не хочу уводить людей с объекта, – сказал полковник.
– О как! – восхитился Петров. – И
– Только тебе пока.
– Польщен. Еще что?
– Хочу доставить сюда семьи личного состава и укрыть в бункере. – Полковник еле удержался от соблазна понизить голос до шепота. – Я хочу взять на себя ответственность…
– Вопрос выживания, понимаю… Но чем я вам могу помочь? Бункер открыть я не сумею, караул расстреливать не стану, – снова попытался улыбнуться Петров, и снова только гримаса боли появилась на его лице. – Хотите моего благословения?
– Хочу, чтобы ты не мешал, – сказал полковник. – Чтобы не стуканул наверх…
– Всего-то?.. – приподнял брови Петров, изображая удивление. – Зачем просить? Я ведь в вашем распоряжении. У меня даже приказ об этом есть. Прикажете – буду молчать.
– Перестань ерничать, майор! – Полковник хлопнул ладонью по столу. – Ты сам выжить хочешь? Семью свою спасти хочешь?
– Хочу, – кивнул майор. – Только не знаю – смогу ли. Жена у меня в больнице, там и дочка с ней.
– Ну, заберешь, съездишь и заберешь…
– Туда почти шестьсот километров, обратно. Либо в объезд Москвы, либо через город. Думаете, успею? – Майор скрипнул зубами. – Даже если вот прямо сейчас все брошу – успею?
– Мне сказали – максимум десять часов, – тихо произнес полковник. – Жителей в бункер привезут через десять часов.
– Вот и ответ на ваш вопрос, Сергей Иванович. Четкий ответ, однозначный. – Майор захлопнул крышку ноутбука и встал из-за стола. – В Москве пока паники нет. Поток на выезд не увеличился, но внутренние войска и спецчасти получили приказ готовиться к выдвижению. Организация блок-постов, оцепление. Химзащита и все такое. Как полагаете, наши комплекты ОЗК защитят? Противогазы поймают заразу? Не знаете? А я вам скажу – хрен там поймают. В Израиле ни хрена не защитили, в Америке… Думаете, у них там оборудование хуже, чем у нас? Хрена вам по всей морде, уважаемый Сергей Иванович! Они не смогли остановить инфекцию, и у нас ничего не получится. Только прятаться. Только прятаться, товарищ полковник! Я так полагаю, что в Раменках уже переселение идет в полный рост. И в кремлевский бункер, и в остальные убежища. А народу рассказывают, что все под контролем! Все, мать вашу, под контролем! Нужно только закрыться в домах и ждать подхода спасателей. И всех спасут! Лично Президент будет ходить от квартиры к квартире и делать прививки волшебного антивируса…
Вот сейчас он сорвется в крик, подумал полковник. Сорвется особист и впадет в истерику. И что делать дальше?
Майор захлопнул фрамугу окна, повернулся к полковнику Иванченко. Как ни странно, но Петров выглядел спокойным. Только кожа на желваках подрагивала.
– Вы внимательно смотрели ролики и трансляции, полковник? У вас было время анализировать? – Петров подошел к сейфу, стоявшему
Петров повернулся, и полковник вздрогнул – в правой руке тот держал пистолет.
– Бросьте, полковник, не дергайтесь. – Майор положил пистолет на стол и бросил пластиковую папку. – В папке – список моих стукачей на объекте. Большинство – простые испуганные ребята, попались на ерунде, стучат лично мне и доносят обычно всякую ерунду. А вот отдельным списком люди посерьезнее. Первые два – кадровые работники, имеют свои каналы связи. Остальные в принципе замкнуты на меня, но тут всякое возможно. Сами придумаете, что с ними делать?
Полковник взял папку, открыл, посмотрел на список. Черт, один из кадровых – старлей с узла связи.
– Мухаметшин ничего не докладывал тебе? – спросил полковник.
– Нет пока. А что? Узел связи уже в курсе? Ну да, откуда же у вас приказ… Мухаметшин мужик толковый, тоже сообразил, что выжить можно только здесь. А за донос ему место в бункере вряд ли выделят. И у него четверо детей. В общем, полковник, это все, что я могу для вас сделать. Оружие, извините, отдать не смогу, самому понадобится в ближайшее время. Если вам повезет, вы сможете все получить из арсенала. – Майор Петров выщелкнул из пистолета магазин, посмотрел на патроны и снова вставил магазин в рукоять. – Я могу покинуть расположение части?
Полковник замешкался с ответом. Ему очень не хотелось выпускать Петрова, тот мог и…
Петров передернул затвор, упер пистолет дулом в столешницу:
– Я могу покинуть расположение части, товарищ полковник? Даю слово, что стучать не буду. – Палец лег на спусковой крючок.
– Иди, майор. – Полковник поспешно встал и протянул руку Петрову. – Удачи!
– Это вам удачи, а мне – счастливого пути. И скатертью дорога! – Майор поставил пистолет на предохранитель, положил его в карман куртки и пожал протянутую руку. – А за дверью у вас кто? Вы же не могли прийти ко мне просто так, без подстраховки.
– Капитан Егоров! – позвал полковник. – Зайди сюда.
Капитан вошел.
Кобура у него на ремне была расстегнута.
– И что, Егоров, выстрелил бы в соседа по лестничной клетке? – с укоризной спросил Петров. – Вот так – бац и насмерть?
Егоров отвел взгляд.
– Ладно, удачи! – Петров махнул рукой и вышел.
– Не сдаст? – спросил Егоров тревожно.
– Не сдаст, – уверенно ответил полковник. – Твой Мухаметшин где? Он в курсе?
– Да, а что? Он на узле связи. Что-то случилось?
– Ничего. Ничего пока не случилось. Ты вот что, Егоров, ты пока аккуратно, по списку вот этому, собери бойцов, скажем, в крайнем капонире. Приставь кого-то из твоих… У тебя кто еще с оружием? Сколько человек?
– Кроме меня – четверо.
– Вот их и приставь. И не давай болтать. Мухаметшина… Мухаметшина не трогай пока. Ничего не случилось. Ясно?
– Так точно, – замешкавшись всего на секунду, ответил капитан. – А вы сейчас куда?
– Не закудыкивай! Дай свой пистолет.
– Но… – замялся капитан.