Ярость неба
Шрифт:
– Саша, это я. – Генерал по давней привычке без особой надобности старался не называть во время телефонных разговоров свое имя. – Как поживаешь?
– Здравствуйте. Спасибо, неплохо. Кстати, хотел вам кое-что сообщить. Буквально сегодня вечером собирался позвонить.
– Вот видишь, у меня прямо какая-то телепатия, – Генерал принужденно рассмеялся. – Информация нетелефонная?
– Конечно. Давайте я подскочу на угол Ленинского. Около гастронома, где в прошлый раз. Когда вы там будете?
– Часа через два, пожалуй. Постараюсь не опоздать.
Их
Впрочем, Саша и в страшном сне не мог допустить, куда уходят добытые им сведения. Он был убежден – банк секретных и полусекретных данных Генерал собирает исключительно для того, чтобы упрочить свое служебное положение. Ведь многим в Министерстве обороны было прекрасно известно, к кому в случае чего можно обратиться за помощью и советом. «Ходячая энциклопедия» – уважительно называли там Генерала. К тому же он допускал, что Генерал из-под полы может сбывать сослуживцам горячую информацию, компромат, тем самым получая весомые преимущества в конкурентной борьбе, весьма напряженной на верхах оборонного ведомства. Но хоть это было не очень опрятно с моральной точки зрения, но в принципе безвредно для безопасности государства.
Когда «Опель» Генерала вырулил с проспекта на небольшой пятачок перед магазином, связной уже находился на месте. Выскочил из своей бежевой «девятки», резво пошел к машине резидента, держа в руке кожаный портфель. Они поздоровались и устроились в салоне иномарки.
Данные, которые Генерал получил через несколько минут, действительно стоили того, чтобы стремительно приехать в Москву. Саша рассказал, что ГРУ вышло на крупную базу чеченских боевиков за границей, ведущую подготовку подрывников для совершения терактов на территории России. Но главное было в другом – на базе имелась картотека чеченских агентов в России. И разведка планировала захват этих материалов с использованием сводного подразделения спецназовцев ВДВ.
– Саша, это сверхсекретная информация, – медленно произнес Генерал, стараясь не смотреть на своего связного. По лбу скатилась капля холодного пота, сползла по щеке, упала за воротник. – Откуда ты ее раскопал?
– Да я сам занимаюсь этим делом, – улыбнулся грушник. – Как раз формирую соединение. Приказано сформировать в течение нескольких дней.
– Здорово. – Генерал тоже через силу улыбнулся, потом протянул руку для прощания. – Если хочешь, могу порекомендовать тебе двух отличных спецов. Звери, а не люди. Отвечаю, сделают все на высоком уровне. Возьмешь?
Было заметно, что Саша колеблется. Он закурил, задумчиво выпуская клубы дыма. Потом повернул голову:
– А что, давайте! Тут как раз некоторые напряги. Режим секретности, будь он неладен. Обратились в Генштаб, ищут через командующих родов войск. Проще было бы, конечно, пошерстить в дивизиях.
Генерал чуть было не добавил: «Вот и я то же самое говорил!» Но вовремя сдержался. Сказал, когда Саша уже выбирался из машины:
– Я сейчас позвоню в два полка. Думаю, что к завтрашнему утру у тебя будет пара толковых «спецов». А один гарантированно.
Распрощавшись с агентом, Генерал позвонил жене и постарался как можно быстрее замять вчерашний скандал. Потом сообщил, что через полчаса будет дома, и вежливо осведомился, купить ли продуктов.
Зашел в гастроном и неторопливо поехал домой. Уже припарковав машину у своего подъезда, Генерал сделал еще один звонок. Очень короткий. Он вызвал человека, который им был обязан очень многим, если не всем. Этот человек завтра должен был поступить в распоряжение грушника, формирующего сводный отряд спецназа...
Глава 4
Транспортный самолет, приписанный к дивизии воздушно-десантных войск, сделал круг над военным аэродромом и резво пошел вниз с такой неожиданной скоростью, которая и не снилась гражданским лайнерам. Мгновение, другое – шасси открылось, и вытянутый фюзеляж легко подпрыгнул на асфальте взлетной полосы.
«Мягко садится», – отметил про себя Ястребов. Он давно не летал ни на каких других машинах, кроме десантного «Ил-76» (если не считать еще и «вертушек»), поэтому легко мог сравнить технику приземления. Пилоты авиадесантных подразделений отличались определенной бесшабашностью. Это и понятно – они возят в рейсы крутых парашютистов, способных сидеть в кабине хоть вверх ногами, а транспортники – неодушевленный груз, часто очень ценный, а иногда к тому же еще и взрывоопасный.
Ястребов летел в одиночестве. В Грозном с вертолета его сразу переселили в «попутку». В течение двух часов он коротал время в компании объемных коробок и тюков непонятного назначения, откуда исходил устойчивый запах машинного масла. Видимо, на подмосковный аэродром из Чечни везли какую-то технику. Странно – обычно бывает наоборот. Впрочем, Ястреба это совершенно не касалось, а запах был даже по-своему приятен – напоминал о прошлом, о войне и боевых машинах пехоты.
Однако, когда пилот отворил дверь, выбрасывая наружу трап, капитан поторопился к выходу и с наслаждением вдохнул свежий смолистый воздух подмосковных сосняков. Да, Михаил Родных успел отвыкнуть от него в чеченских горах и долинах. Как давно он не был в лесах средней полосы России! Целую вечность...
Его встречал невысокий майор в форме ВВС заурядной армейской внешности. А рядом стоял человек в гражданском костюме. Скользнув взглядом по его лицу, Ястреб сразу определил профессионала спецслужб: у него была невзрачная, «стертая» внешность. Один из серой толпы, один из многих, тот, кто не выделяется. Любые разведчики обычно легко распознают своих – как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Ошибиться можно разве что в оценке ведомственной принадлежности – скажем, вместо ГРУ назвать ФСБ.
Ястреб спустился по трапу. Встречающие шагнули навстречу, протянули руки:
– Здравствуйте.
– С приездом.
Рукопожатия крепкие, улыбки естественные, искренние. По-другому нельзя. Собеседник моментально определит малейшую фальшь.
– Майор Данилец, начальник военного аэродрома.
– Капитан Стопкин. Я представляю Главное разведуправление Генштаба. Мне поручили проводить вас на базу ВДВ.
– Отлично. Время у нас есть?
– Немного. Особой спешки нет, но... – Стопкин красноречиво развел руками.