Шрифт:
* * *
Курт Страйкер сидел, раскинувшись, на заднем сиденье. Водитель не произнес ни слова; молча крутил баранку. Бритый затылок мерцал в полуметре от Курта.
За окном проносилось Гетто, расстреливало ночь тысячами разноцветных огней. Неон, витрины, голограммы. Лица прохожих были похожи на яркие маски, изображающие мифических чудовищ. Если, конечно, в мифах присутствуют популярные торговые марки… Логотипы перетекали с одного лица на другое.
Автомобиль несся сквозь царство потребления. Серый, неприметный драндулет. Малолитражка. В Ордене таких единицы, и все они использовались сугубо
Тут Курт поправил себя: монстром считался бы не транспорт, а тот, кто внутри.
А как его самого можно назвать — после того, что в голове крутился сумбур, пульсирующий и образами. Пулеметные очереди, спешное бегство сквозь «саунд» и слякоть кислотных огней. Но Курт вновь запятнал душу чужой кровью. Сразу нескольких жертв. Бандиты… Мужчины… Что ж, рано или поздно это бы с ними все равно случилось. Но … Это уже слишком. Волк вновь почувствовал Череп. Сволочь. Некстати вспомнились слова из какого-то дурацкого фильма — о том, что убить женщину гораздо труднее, чем мужчину. Теперь Страйкер знал наверняка: не труднее. Иначе. Ему приходилось убивать, но женщину — впервые. И это — сущий кошмар.
«Штатный киллер» чувствовал себя отвратно, словно с ног до головы вывалялся в грязи. Не снаружи — такую грязь легко смыть, — изнутри. Душ здесь бессилен.
Волк поймал себя на мысли, что, наверное, ему было бы легче, не окажись девушка такой красивой. Прекрасный цветок, жестоко сорванный когтистой лапой… Курт думал, что свыкся с убийством — точно дикий зверь. Но теперь он знал, что нет. Пока еще нет. Это обнадеживало и… пугало. Почти исчезнувшая надежда.
Сколько еще ему придется убивать? Сколько кровавых сделок предстоит заключить с собственной совестью? Курт не знал. Догадывался лишь, что
Всегда будут причины, компромиссы и мнения… Убить, чтобы сохранить свою жизнь, спасти кого-то еще. Чтобы получить шанс отомстить — и снова убить…
Мысленно Волк вернулся к тому, с чего все началось.
Тогда он убил впервые. Не ради себя, ради сестры — Джейн. Переступил законы безволосых, наплевал на Заветы Волчьего племени. Пошел против общества — не только общества в целом, но и общества внутри Общества; против Стаи. Что ж, он понимал тогда, что делает, но просто сидеть и смотреть, как умирает сестра, не мог.
Найти заказчика не составило труда. Собственно, пришлось немного потрудиться, чтобы отыскать человека, который, в свою очередь, нашел бы заказчика, «мокрых» дел. Не мог ведь Курт Страйкер объявление (хотя такая мысль у него промелькнула) в Сети! Посредник обнаружился в Клоповнике — трущобном районе, окруженном страшными слухами.
Лысый Хью. Это имя Волк вспоминал с отвращением.
Но в момент заключения контракта он ни о чем не догадывался. Хью назначил ему встречу с непосредственным заказчиком. Тот, насколько Курт понял, был какой-то влиятельной шишкой из Улья. И собирался «убрать» то ли конкурента, то ли соседа. Впрочем, Курта это не волновало, как не волновал тогда и моральный аспект происходящего. Хотя видеть перед собой человека, который, судя по всему, не впервые заказывал убийство, показалось Курту удивительным. А еще его удивил сам вид безволосого — тот одевался и держал себя так, точно всю жизнь прожил в Техасе.
Сказано — сделано. Курт выполнил заказ. Это оказалось не трудно. Во всяком случае, не так трудно, он думал. Ну, несколько трупов: «мишень» и охрана (неизбежные жертвы). Разодранные глотки. Ручьи крови на асфальте… Эти люди никогда не видели живого метаморфа. Даже, вероятно, и не знали, что бывают такие существа. Что же касается Курта, то он впервые попробовал человеческой крови.
Племени гласили, что Волк, сделавший это, впредь не остановится. Будет убивать, чтобы заглушить страшную жажду. В каком-то смысле эти сказки оказались правдивы.
Однако в тот момент подобные вещи Курта не тревожили. Его заботило лишь одно: Джейн ДОЛЖНА ЖИТЬ. Он вернулся в Убежище и, испортив отношения с доброй половиной Стаи, забрал сестру. Так, уставший, с чувством досады, с больной волчицей на плече, Курт навсегда покинул дом. Тогда, впрочем, он еще об этом не догадывался. Запретный город находился на изрядном расстоянии, но путь показался Волку чрезвычайно коротким. Его толкала вперед
Блуждая среди теней, ночных призраков и неясных шумов, они прибыли в Запретный город. Место произвело на Курта неизгладимое впечатление. Если другие районы Гетто (включая даже Клоповник, в особенности Клоповник) с наступлением ночи клокотали, бурлили и пульсировали миллионами огней, то Запретный город более походил на кладбище. Не тихий и смиренный погост, а такое, где бродят неуспокоенные души.
Но именно в этом мрачном месте Курт встретил единственного безволосого, который не стремился причинить ему зло. У этого странного человека один глаз был нормальный, а на месте другого стоял электронный имплантат (вещь, являвшаяся нормой в Запретном городе). Был он то ли хозяином, то ли сотрудником подпольной клиники, вероятно, одной из сотни подобных заведений. Только в таком месте волчице могли оказать медицинскую помощь, за которую следовало платить деньгами, а не своей свободой.
Джейн погрузили в недра машины — электронного чудовища с сотнями огоньков-диодов. Там, в стерильной глубине, началось лечение. Тяжелое время для опухоли.
Пока длилась процедура, Курт решил сбегать в Убежище. Он хотел все объяснить Стае, может, повиниться. Увы, все вышло иначе. Убежище утопало в крови. Кровь была всюду — на полу, на стенах, на потолке. Мертвые волки глядели в вечность слепыми глазами. Кто-то тут побывал, кто-то столь могущественный, что сумел истребить целую Стаю. Курт едва не сошел с ума от горя и ярости. Разгадка нашлась просто: Волк обнаружил у себя на плече крохотного «жучка». Вероятно, он-то и привел убийц в Убежище. Курту вспомнилось, как Ковбой «дружески» похлопал его по плечу.
Все было ясно. Незадачливого киллера обвели вокруг пальца.
Но скрежетать зубами времени не было. Курт помчался в Запретный город, но опоздал на считаные секунды. Убийцы покидали клинику — безволосые в форме охраны Ярусов. Волк убил их всех, но его гнев не смог помочь сестре. Ни даже доктору с электронным имплантатом. Их прикончили точно зловредных насекомых.
В голову пришла мысль о самоубийстве, но нет, решил Курт, еще не время. Сначала надо отомстить. И он поклялся отыскать убийц, убить их… Во что бы то ни стало. Даже если для этого потребуется взобраться на вершину Улья.