ЯССТ 8
Шрифт:
Накануне вечером перед поездкой, Айрис, как и обещала, ткнула наугад в карту нашей области пальцем на экране монитора. Случайно выбранным местом оказался небольшой районный центр в семидесяти километрах от города.
— Надеюсь, у них есть хоть какая-нибудь гостиница? — Я заранее представил уровень сервиса в этой глубинке.
— Нас интересует не гостиница, а природа. Смотри, какая там река и лес. Мы будем жить в палатке, готовить на костре и купаться в реке.
— Замечательно. Не знаю, осилишь ли ты три дня с комарами. — Я посмеялся и ткнул в иконку районного центра, чтобы узнать
— Бродячий цирк? — Айрис попыталась что-то вспомнить. — Давай, заедем.
Глава 2
Хоть семьдесят километров от города это такая ерунда, нам казалось, что мы едем в очень далекое путешествие. Мы по дороге остановились в придорожном кафе, изображая из себя туристов, перекусили и отправились дальше. Районный центр Николаевка находился в стороне от широких трасс и железной дороги. К нему вела узкая асфальтированная дорога с плохой обочиной, обильно покрытая заплатками разных оттенков серого. Однако нам с Айрис по душе была такая дикость.
Автомобилей навстречу попадалось немного, и половина из них являлись грузовиками либо сельхозтехникой. Однажды мы повстречались с комбайном. Хорошо, что работники предусмотрительно сняли жатку, иначе мы ни за что бы не разъехались на узкой дороге. Пришлось встать на самый край обочины, чтобы комбайнер филигранно проехал мимо нас огромным колесом в десяти сантиметрах от зеркала.
Непосредственно перед поселком мы миновали мост через реку. За ним дорога стала шире, с разметкой, появились признаки цивилизации в виде автобусной остановки и огромный придорожный билборд с рекламой гастролирующего цирка. Сделан он был со вкусом, притягивал взгляд и вызывал интерес. Полуобнаженные красавицы с лентами, тигры, лошади, взмывающие в небо мотоциклы. В принципе, в детстве родители водили меня на подобные представления, и не могу сказать, что тогда я получал ни с чем не сравнимое удовольствие. По моим воспоминаниям меня пугали мотоциклисты, гоняющие вверх тормашками по шару. Я боялся, что он свалится и убьётся насмерть, а меня потом будут преследовать ночные кошмары.
— Как интересно, помнишь, мы видели сюжет в новостях о людях, пропадающих после визита таких же аттракционов? — Айрис проводила взглядом билборд.
— Да это же все было не в нашей стране. Мне кажется, даже не в нашем полушарии. Какие там страны фигурировали? Колумбия, Чили, Бразилия, африканские страны, Австралия, Индонезия. Все, что происходит по ту сторону экватора, обычным не назовешь. А в этом Мухосранске даже курицу не получится украсть, чтобы об этом не узнал весь поселок, не говоря про исчезновение нескольких людей.
— Это я к слову вспомнила. Кстати, завтра последний день гастролей.
— По итогам сегодняшнего дня посмотрим, захочется нам посетить цирк или нет. — Пока мне совсем не хотелось этого.
В мечтах у меня было желание поскорее поставить палатку, развести костер и приготовить что-нибудь на нем. Потом, когда обогреет, забраться в речку и вдоволь поплавать. А вечерком
Мы проехали районный центр насквозь. Жизнь в нем кипела. В отличие от города, люди здесь чаще ходили пешком, чем ездили на машинах. Улицы всегда были полны народа. А на выезде мы вообще встретились со стадом коров, лениво переходящим дорогу. Их гнал пастух верхом на лошади, щелкающий кнутом и орущий матом. Одновременно он еще умудрялся не отлипать от экрана телефона. При нем бегала смышленая овчарка, подгоняющая зазевавшихся коров у заборов с обильной зеленью. Прямо картина из моего детства.
— Это так необычно видеть. — Призналась Айрис. — Как будто мы перелетели на другую планету, а не уехали на семьдесят километров от города. Мне уже начинает нравиться наше путешествие.
— Это здорово. Набери родителям, скажи, что мы уже почти на месте. Вдруг у реки не будет связи.
Айрис набрала моим родителям, потом своей матери. Поинтересовалась, как она справляется по хозяйству.
— Полину с Никасом уже накормила завтраком. Они не стали есть кашу, как ты просила, сказали, что обычно ты им даешь шоколадные шарики с молоком и чипсы.
— Мам, они тебя разводят. Я им запрещаю есть чипсы. Это такая гадость.
— Ничего не гадость, мне понравилось.
— Ладно, ешьте, что хотите. Вернемся, снова перейдем на здоровое питание. Как в остальном?
— Зря я им игрушки привезла. — Шепотом в трубку произнесла Вестлина. — Полина не расстается с голограммой. Кажется, она дала ей имя.
— И какое же? — Айрис рассмеялась.
— Азя. Как-то так.
— Да у нее сейчас всего два слова, ази и азя. Ладно, пусть общаются, может, наберется новых слов от игрушки. Она, признаться, очень докучливая. А что Никас?
— Он нашел новый режим, когда рукой ведешь к себе, игрушка притягивает предмет, а когда от себя, отталкивает. Он перепробовал ее работу со всеми предметами в доме. Я заранее извиняюсь, но некоторого количества посуды вы не досчитаетесь. К сожалению, электронные мозги игрушки работают не идеально. Я не думала, что они так завладеют интересом детей. Ты ведь совсем не любила играть.
— Я была слишком придурочным ребенком, чтобы на меня равняться. Разбитая посуда не стоит переживаний, если дети получат настоящее удовольствие от процесса. Ладно, мам, до связи. Возможно, мы будем доступны только завтра, если соберемся посетить цирк.
— Какой цирк?
— Здесь в поселке остановился бродячий цирк. Завлекают яркой рекламой. Если нам с Гордеем станет скучно на природе, мы сгоняем развеяться.
— Хорошо, до связи. За нас не переживайте, отдыхайте со спокойной душой. — Посоветовала теща.
— Пока, мам. — Произнесла в трубку Айрис.
— Пока, мам! — Крикнул я.
— Пока… дети. — Ответила Вестлина с некоторым сарказмом и отключилась.
— Процесс психологической трансформации проходит непросто. — Усмехнувшись, произнесла супруга. — Каждую роль ей приходится выстрадывать.