Юнга
Шрифт:
— Сию секунду, — с дежурной улыбкой потянулся к деньгам племянник господина Хвана.
В этот момент началась пальба. Главарь бандитов не стал вынимать свое оружие, а выстрелил в стоящих за его спиной охранников прямо через пиджак. Его сообщник тоже не терял времени даром. Выхватив свой бульдог, он выпустил пару пуль в приказчика и его дядю.
Все это заняло какие-то мгновения. Вроде-бы, только что Гофман отчитывал купюры, а теперь на полу ломбарда валяются четверо корейцев, а в воздухе остро пахнет сгоревшим порохом.
— Господи Иисусе, — успел
— Я уже стал беспокоиться, что ты и впрямь заплатишь этой старой обезьяне, — нервно хохотнул поляк, убедившись, что директор приюта уже покинул этот бренный мир.
— Я еще не выжил из ума, — хладнокровно ответил ему Гофман, легко, словно всю жизнь этим занимался, перескочив через прилавок.
— Кажется, тут еще есть чем поживиться, — обратил внимание на витрину сообщник.
— Мало времени, — отмахнулся немец, обшаривая тело хозяина заведения в поисках шкатулки.
— Черта с два я уйду отсюда с пустыми руками, — не согласился Цыбинский и, разбив ударом рукояти бульдога стекло, принялся собирать лежавшие там ювелирные изделия.
За этим занятием его и застала смерть.
Убедившись, что стрельба внутри ломбарда стихла, Март уже привычно вошел в измененное состояние и мысленно осмотрел место трагедии. Четыре трупа, один раненый и двое бандитов, занятых сбором добычи. Неслышно проскользнув внутрь, он не стал никого давить силой, сосредоточившись на том, чтобы скрыть собственное передвижение. Добравшись до увлекшегося грабежом Цыбинского, он, не долго думая, вогнал ему под лопатку одолженный в кафешке нож и тут же мысленно перекрыл дыхание.
Не ожидавший подобной подлости поляк несколько раз дернулся, но ни стон, ни хрип не смогли вырваться из его парализованного горла, и он медленно опустился на засыпанный стеклянным крошевом пол.
— Вот она! — обрадованно воскликнул, найдя шкатулку с энколпионом Гофман, после чего рявкнул сообщнику. — Поторапливайся, пока здесь не собралась вся местная полиция! Да где ты, черт тебя подери?
— Здесь я, — ломающимся от волнения голосом ответил ему Март, завладевший револьвером бандита, и спустил курок.
Короткоствольный «бульдог» оказался тяжеловат для мальчишеской руки, но на таком ничтожном расстоянии промахнуться Вахрамеев не смог и вогнал в грудь главаря одну за другой три оставшиеся в барабане пули.
В другое время убийство себе подобного, вероятно, могло вызвать шок у юноши. Да и Мартов в своей прошлой жизни вовсе не был душегубом. Но теперь, чувствуя зов артефакта, он почти не обратил на трупы ни малейшего внимания. Пусть они и образовались при его участии. Отбросив разряженный револьвер, он перебрался через прилавок и, буквально выдрав из холодеющих рук Гофмана шкатулку, схватил энколпион.
Стоило кресту прикоснуться к коже молодого человека, как по его телу прошла дрожь, глаза широко распахнулись, дыхание стало прерывистым, словно не хватало воздуха, а сердце забилось так сильно, будто хотело выпрыгнуть из груди. Впрочем, продлилось это состояние недолго,
— Теперь я вижу, это ваш крест, — слабым голосом прошептал оказавшийся еще живым Хван.
— Что с вами? — подскочил к нему парень.
— Не беспокойтесь, — неожиданно хихикнул старик. — Пуля этого мичинном [20] ударила в мой талисман. Так что можете без опаски забрать свою вещь. Теперь я не смогу противостоять вашей мощи.
20
Мичинном — сумасшедший ублюдок (кор.)
— Поберегите силы, — помог приподняться хозяину ломбарда Вахрамеев. — Может быть, стоит вызвать врача?
— Когда будете уходить, нажмите вон ту кнопку под витриной. В полицейском участке получат сигнал и кого-нибудь пришлют.
— Простите, господин Хван, но мне не хотелось бы фигурировать в их отчете о произошедших здесь событиях.
— Вы можете на меня рассчитывать, молодой господин. Клянусь, я не стану ничего говорить о вашем участии в этом деле.
— Благодарю, — кивнул Март, после чего, деловито обшарив обоих грабителей, забрал их деньги, не тронув только оружие и документы.
Затем, отсчитав сто рублей, вернул хозяину залог.
— Кажется, мы в расчете?
— А вы далеко пойдете, — слабо улыбнулся ему на прощание ростовщик.
Первым, что увидел, выходя из ломбарда Март, было перекошенное от ужаса лицо Витьки, крепко сжимавшего в руке обломок кирпича. Судя по всему, верный друг собирался броситься ему на помощь, но, к счастью, не успел.
— Слава богу, ты жив! — облегченно выдохнул он. — Что там такое случилось?
— Ничего особенного, — пожал плечами Вахрамеев, просто нам нужно как можно скорее убраться отсюда.
— Бежим! — с готовностью согласился Ким.
— Ну, зачем же ноги бить, — непонятно отозвался Марик, обратив внимание на автомобиль преступников. — Лучше плохо ехать, чем хорошо идти!
Замучившись с капризным пуском, грабители просто не стали его глушить и он все еще урчал, время от времени стреляя и выбрасывая в воздух клубы вонючего сизого дыма.
Если бы не это обстоятельство, Март и не подумал бы связываться с незнакомой конструкцией самобеглой повозки, но будучи в прошлой жизни инженером, он решил, что разберется.
Устроившись на сиденье, парень выжал педаль сцепления и вопросительно посмотрел на совершенно обалдевшего приятеля.
— Ты едешь?
— А ты умеешь этим управлять?
— Не боги горшки обжигают, — хмыкнул Вахрамеев и дернул за один из рычагов.
На самом деле это оказалась вторая передача, но предвидевший нечто подобное Марик успел газануть, и взревевшее, как раненый слон, чудо техники рвануло с места в карьер.
Глава 3