Юнга

Впервые Март прочувствовал, что отличается от других, в седьмом классе. Жили они тогда где-то на Дальнем Востоке, куда его отца-военного в очередной раз перевели по службе. Таких школ он за одиннадцать лет учебы сменил немало. Обычно у него не возникало слишком уж дружеских отношений с одноклассниками, но не было и вражды. Март, в принципе, не

слишком общительный, так что это не было проблемой, но в тот раз у него появились настоящие враги.

Началось все, в общем, с глупости. Самая красивая девочка в классе – Наташа – однажды запнулась, и оказавшийся рядом Март ухитрился ее поддержать. Казалось бы, что тут такого? Увы, фигура Наташи, в отличие от большинства ее подружек, успела округлиться и приобрести приятные мальчишескому взору выпуклости, за одну из которых имел неосторожность ухватиться пришедший ей на помощь подросток. Продлилось это секунду, не более, но одноклассники успели заметить.

– Гы-гы-гы, – противно прогундусил Савка, которого даже его приятели звали за противный характер не иначе чем «Сявка», – новенький Натаху лапает.

– Что ты выдумываешь! – прошипела на него покрасневшая как вареный рак девочка.

– И ничего я не выдумываю, – заулюлюкав, отскочил почуявший добычу мелкий шакал. – Все видели! Ведь, правда же, видели?

В сущности, никакого веса в классе, равно как и во дворе, Сявка не имел, так что тьфу на него и растереть, но… он принадлежал к компании Сереги Гирина, Гири – довольно рослого парня из параллельного класса, к тому же второгодника. Тот с недавних пор почувствовал себя взрослым и оказывал явные знаки внимания признанной красавице Наташе.

– Ты чего к моей девчонке лезешь? – грозно, как ему показалось, прошипел Сергей, попытавшись схватить своего «соперника» за ворот.

– Отвали, – отбил его руку Март.

– Ты че попутал? – взвился оскорбленный в лучших чувствах доморощенный Отелло.

– Ни к кому я не лез! – четко проговаривая каждое слово, ответил ему новенький, после чего, не совсем подумав, добавил: – Нужна мне она!

К несчастью, эти неосторожные слова услышали все, включая виновницу этой бучи, явно оскорбившуюся таким отношением. К слову сказать, Март самую малость покривил душой. Руки его успели почувствовать гибкость девичьего тела и мягкость не слишком надежно укрытой чашками бюстгальтера груди, отчего в душе пробудились странные чувства, которые он вряд ли смог кому-нибудь описать.

Если бы не это, все закончилось бы без особых последствий. Ну, подрались бы мальчишки, выясняя отношения из-за понравившейся им обоим девочки… Увы, во-первых, Сергей счел, что новичок покусился на его авторитет, а во-вторых, Наташа смертельно обиделась. Неизвестно, что она сказала своему навязчивому кавалеру, но в итоге оба они жаждали крови.

Так что вечером после школы никакой честной драки один на один не случилось. Наоборот, стоило Марту выйти за ограду, как два приятеля Гири схватили его за руки и потащили прочь от чужих глаз.

– Вы что? – попытался он вырваться из их рук, но сразу не получилось, а потом злорадно ухмылявшийся Савка ударил его под дых.

– Не будешь на наших

девчонок заглядываться, – аргументировал он свои действия.

– Откуда у тебя девчонка могла взяться, – огрызнулся задыхавшийся Март.

– Да я тебя…

– Сявка, тебе что сказали: на шухере стоять! – цыкнул на него один из державших Марта за руки пацанов, придерживающийся того же мнения, что и его пленник.

– Да я…

– Быстро! – рявкнул только что подошедший Гирин, и верный подхалим тут же исчез.

– Ну чо, потолкуем? – продолжил Сергей, повернувшись к пленнику.

– Давай, – отозвался Март. – Только один на один!

– Э-э, нет. Много чести, – ухмыльнулся тот и коротко без замаха ударил противника по лицу.

Это было куда хуже, чем просто быть избитым. От пощечин голова мальчишки моталась, на глазах сами собой вылезли слезы, но что самое ужасное, чуть в стороне с отсутствующим видом стояла Наташа и краем глаза наблюдала, как бьют нечестивца, посмевшего усомниться в ее красоте.

– Глядите-ка, он нюни распустил! – обрадованно прогнусавил бросивший пост вечно простуженный Сявка. – Я же говорил, что он баба!

– Тьфу, – картинно сплюнул Гиря. – Фуфло!

При других обстоятельствах это слово могло навсегда уничтожить репутацию Марта в школе, но в этот момент в его голове произошло что-то непонятное. Он как бы с разных сторон одновременно увидел глумливую ухмылку Савки, презрительное выражение лица Сергея и особенно почему-то четко сфокусировался на «вражеском» левом ухе. Самом обычном, разве что слегка оттопыренном.

– Ай! – тонким голосом завопил Гирин, почувствовав, что кто-то запрыгнул ему на спину и вцепился зубами в ушную раковину.

Боль была настолько нестерпимой, что он принялся скакать на месте, отчаянно пытаясь сбросить с себя напавшего, но тот продолжал держаться, не разжимая при этом челюстей.

– Глянь, – ослабил хватку один из конвоиров. – Сявка сбрендил!

То есть сказал он, конечно же, куда грубее, поскольку и взрослые и дети говорили в этих местах исключительно матом, но не все терпит даже бумага. А тем временем самый верный клеврет и подхалим Гирина – Сявка, не понимая сам, что делает, не прекращал сжимать зубы, пока Сергей его, наконец, не скинул и не рухнул рядом, зажимая рукой окровавленную голову.

– Серый, гадом буду… – пробормотал Савка, выплюнув изо рта кусок плоти своего патрона, но его уже никто не слушал.

Несмотря на совсем не атлетическое сложение, кое-что Март умел. Когда один из державших его мальчишек немного ослабил хватку, он боднул противника тяжелой головой и одним рывком высвободил руку После этого, резко повернувшись ко второму, пробил сбоку точно в колено опорной ноги. Не ожидавший такой подлости парнишка рухнул на землю как подкошенный. Затем, порядком озверевший от боли и унижения Март без всяких тормозов добавил с размаха в промежность упавшего. Действовал он интуитивно и по вдохновению, не размышляя и полностью доверившись охватившей его боевой ярости. Затем пришел черед добивания первого, благо тот еще продолжал, приходя в себя от нокдауна, как зачарованный глазеть на происходящее перед ним действо.