Юнглинг
Шрифт:
– Попадание. В сторону, - крикнул рефери.
Один - ноль, малыш. В реальном бою ты бы уже проиграл. Это, кстати, он тоже понимал, как и все, кто участвует в подобных поединках, из-за чего среди юнлингов первый прошедший удар особенно ценится. А еще меня нервирует то, что после каждого попадания по противнику на этом турнире нас разводят в сторону. Ведь если бы не это, я бы уже победил. Если кто не понял, сильный удар по ногам в самый ответственный момент прыжка закономерно привел парня к смачному падению, и если б мне только дали второй удар.... А так, я теперь
– Приготовиться, - произнес рефери, когда парень поднялся.
– Бой.
Ну, русский дух, выручай.
Спустя аж шесть минут я стоял в центре круга и с удивлением слушал рефери.
– Четвертое попадание. Победитель - Рейн Дакари.
Я победил. Офигеть. Со счетом четыре-три попаданец вынес своего противника. Поведя дважды отбитым за этот бой плечом, я вышел из круга, попав в объятья маленькой и очень радостной сефи.
– Поздравляю, Рейн, - похлопала меня по плечу Асока. По тому самому плечу.
– Ты чего морщишься?
– От радости, - процедил я.
– Не знала, что от этого даже морщиться можно, - хмыкнула Джосс.
– Ну, это же Рейн, - заявил объявившийся Сэм.
– Он что угодно может.
– Наш Рейн такой, - подтвердил Палатт.
– Этому плечу дважды досталось!
– сердито заявила Тами. Наблюдательная какая. Из объятий она меня так и не выпустила.
– Ой, и правда, - всполошилась Асока.
– Извини, Рейн, я не хотела делать тебе больно.
Все-таки Асока добрая девочка. Импульсивная, увлекающаяся, но добрая.
А я стоял в окружении друзей, которых не хотел заводить, и купался, по-другому не скажешь, в атмосфере радости. На гране сознания крутилось знание будущего, того пиздеца, что произойдет скоро, но сейчас мне не хотелось об этом думать, и я на удивление легко эти мысли гнал от себя. Гнал, пока мы стояли у круга, гнал, когда мы сидели в сторонке, ожидая моего следующего оппонента, даже когда Приил Сох подошел к нам и, церемонно поклонившись, поблагодарил за хороший бой, даже тогда все было нормально.
– Когда я вырасту, - ни с того, ни с сего заявила Тами, - ты уже станешь рыцарем, а я как раз смогу стать твоим падаваном!
Вот тогда меня и накрыло.
Что ж ты делаешь, мелкая? Ты как будто рождена, чтобы тыкать меня в мою слабость и трусость. Не вырастешь ты. И рыцарем я не стану. И клан мне нахрен не нужен. Кого смогу, того предупрежу, а вот тебя я из Храма вытащить не смогу. Ибо не будет меня здесь.
– Рейн, - произнесла тревожно сефи, беря меня за руку.
– Не плачь, Рейн. Ты ведь сильный.
Сука! Сучья жизнь! За что ж ты меня так, господи? Что я сделал такого? Вот откуда? Откуда у этих долбанных спиногрызов такая жуткая чуйка? От неожиданности я даже ответить ей не смог, только воздух сквозь зубы втянул. Долбанные дети, нах. Долбанный Орден. Долбанная Сила. Долбанная галактика. Весь этот долбанный мир!
– Все нормально, малышка, - произнес я, гладя ее по голове.
– Все будет нормально.
Глава 9
– Сука, сука,
– долбил я ногой по ножке кресла в зале Великого голокрона.
– Блядь, сука, сука, сука...
– Может ты уже успокоишься, наконец?
– не выдержал Страж.
– Успокоиться?
– отвлекся я от сего занимательного действия.
– Успокоиться?! Как тут, блядь, успокоиться? Как вообще в моей ситуации можно успокоиться?! Я покойник! На голову долбанутый покойник! Я знал, знал, что не надо этого делать. Жопой чувствовал, что это плохая идея. Но не-ет, я же геро-ой. Земля-янин. Все видел, все знаю. Гений, блядь! Сука, сука, сука...
– Для начала давай все же решим, так ли плоха ситуация.
– После слов Стража я резко обернулся к голограмме с рукой, протянутой в жесте будто хочу что-то схватить. Его горло, например. У меня в одно мгновение в голове промелькнуло столько матерных слов, что я даже ничего не сказал.
– А для этого, - продолжил он, - мне необходимо знать, что случилось, более подробно. Твоё - "я все рассказал, а меня послали", мне ничего не говорит.
– Эх, - упал я в кресло, которое совсем недавно пытался своротить.
– Да что там рассказывать, - провел я ладонью по лицу.
– Видение мне было. Хреновое. Пошел к Йоде...
– Магистру Йоде, юнлинг.
– Пошел к магистру Йоде, - поморщился я, но не стал спорить.
– А этот долбанный чебуратор послал меня.
– Юнлинг...
– А-а-а...
– махнул я рукой.
– "Ложное видение", так он сказал. "Страшного нет ничего в этом", - передразнил я зеленого человечка.
– Ему-то что, он-то выживет. В отличие от Ордена. Да и Республики. Знаешь, мне плевать на Республику. Если честно. Да и на взрослых джедаев тоже, - разоткровенничался я. Ну а что? Чего теперь терять-то?
– Но дети, Страж! На детей ему совсем плевать, что ли? Плевать, что я сдохну, я готов к этому. Но неужто все это зазря?
– С чего ты взял, что умрешь?
– не понял Хранитель.
– Главный злодей в моем видении - Канцлер. Как только информация дойдет до Палпатина, а из-за того, что во все это не верят, она дойдет до него еще быстрее... конец мне, короче. Этот гадский ситх сделает все, чтобы я сдох.
– Канцлер? Ситх?
– поднялись брови у Хранителя, после чего он нахмурился.
– И ложное видение.
– И немного помолчав, спросил: - Значит слова магистра Йоды тебя не убедили?
– Ха!
– Видимо, он не потрудился объяснить тебе ситуацию. Что ж, позволь мне задать тебе несколько вопросов.
– Валяй, - произнес я заинтересованно.
Убедить меня, что все нормально, у него не выйдет, но мне было интересно, какими словами он попытается это сделать.
– Видение, которое ты видел, оно было четким и понятным, так?
– Ну да.
– В основном...
– запнулся Страж. И покачав головой, поправился.
– Всегда, юнлинг, ложные видения всегда четкие и понятные. Далее у нас идут имена. Вижу, ты не понимаешь. Скажи, из своего видения ты узнал хоть одно имя того, с кем ты никогда не встречался?