Ювента
Шрифт:
Заслуженный отдых
Короче слушайте. Или читайте? Не знаю, как правильно.
Я вами горжусь. Всеми! Вы красавцы. Я не особо помню, что там было у остальных отрядов, но
Я уехал на два дня. Не звонить. Не писать! Я серьезно!
Слушайтесь
Макар.
P.S. Ваня, помни про мои подзатыльники!
– Миленько – улыбнулась Настя, отдавая Зарине тетрадный листок, исписанный неровным почерком Макара.
– Странно, что он вообще решил это написать – сказала Нина, доедая уже третий шоколадный йогурт, оставшийся после второго ужина.
– Да я и сама удивилась. То из него и слова не вытянешь, то его внезапно прорывает на целое письмо. Ну ладно – на записку, а не на письмо, но всё же. Человек загадка этот Макар – ответила Зоря, аккуратно складывая листок и убирая в свой ящик. – Я когда утром увидела, что письмо к нашему уголку пришпандорено, сама его сорвала, чтобы поскорее прочесть. Боялась, что он там хрень какую-нибудь напишет с бодуна…
– А вот такому я бы уже не удивилась – кивнула Настя, поглаживая и рассматривая свои ноги без всякой на то надобности. – С ним бы я уже вообще ничему не удивилась. У него уже столько выкрутасов было, мама не горюй. У некоторых за всё лето столько не наберется.
– А то и за все смены.
– Ага. Ну а потом, когда раз пять прочла, решила всё-таки оставить. Человек старался, всё-таки…
– Что будете готовить на завтрашний концерт? – спросила Карина, которая до этого не очень активно участвовала в беседе. Казалось даже, что она нарочно постаралась сменить тему разговора.
– У меня есть девчонки гимнастки, у них даже выступление готовое есть – первой отозвалась Настя, наконец оставив свои ноги в покое и прикрыв их подолом платья. – Его и покажем.
– Я, Некитос и наши индивидуалы будем танцевать. У нас уже кое-что из готового материала есть. Минуты на две, вроде – отчиталась Нина. – Оля сказала, что если всё будет ярко, то две минуты сойдет.
– Мы поём – ответила Зоря, не дожидаясь своей очереди. – На что-то масштабное нет ни сил, ни времени. Сегодня вот свободный день был, без вечерки, еще и Макар свалил – вообще благодать. А толку? Туда отряд своди, туда отведи, на дневном по станциям с ними отбегай. Завтрак, обед, полдник, ужин – вот и день прошел. А после огонька они улеглись, может, только с час назад. Когда было думать?
– Ну да, в одно лицо работать всегда не круто, ты ж знаешь – сказала Нина, всё-таки прикончив третью порцию йогурта. – Погоди – а разве с тобой Элина Вадимовна не должна была стоять?
– Только завтра. Сегодня она мне не особо-то нужна была, сама справилась, не первый же день работаю. И опять же – готовить на вечер не нужно было ничего. А у нее перед родительским днем и так дел выше крыши, куда ей еще думать про наши номера…
– Ну блин, девочки, давайте не будем о работе, а? – выдохнула Настя, развалившись на кровати рядом с Кариной. – Честное слово – слушать тошно. И так целый день в этом варимся. Что, других тем уже нет?
–
– Конечно, всего два осталось – их сношу, и придется по второму кругу надевать. Печаль…
– Кошмар, трагедия какая!
– Не говори. Так это я еще два платья закупила в мае. Должно было быть четыре, но одно мне дошить не успели. Обидненько… Бедная я несчастная – носить мне нечего.
Девушки издали сдержанные смешки, но даже эти потуги сейчас были для них вершиной человеческих усилий.
Всё это время, что прошло после отбоя, они болтали о разном – о своем, о девичьем. Им не хватало этого общения. Не хватало того, чтобы вот так спокойно и никуда не торопясь поговорить о простых вещах. То есть сделать то, чего в будний день из-за бурлящей работы и графика сделать у них чаще всего не получалось.
Им очень не хотелось забывать о таком простом, таком банальном общении. Но даже на такую беззаботную болтовню они тратили последние свои силы. Силы, которые за целый день, к вечеру, иногда успевали испариться, выветриться и иссохнуть. Всё чаще им приходилось делать выбор – побыть немного живым человеком и попытаться хоть немного отдохнуть и развеяться, или же просто рухнуть на кровать и перенестись в завтрашний день, проспав лишний час в надежде, что он придаст им чуть больше сил, чем вчера.
Пока что, в начале лета, этот выбор чаще всего делался в пользу отдыха, а не сна. Но Зарина за годы вожатской работы уже успела понять, что чем больше смен работает вожатый летом, тем больше ему хочется спать. А это значило, что уже к третьей смене вожатики всё чаще начнут предпочитать именно кровать с подушкой, а не поход в домик, игру в карты и разговоры о чём бы то ни было.
Но всё это было нормально и давно уже стало привычной закономерностью, от которой никуда нельзя было деться. Поэтому теперь им оставалось только ловить этот момент и наслаждаться им по мере сил. Ловить минуты единения и живого человеческого общения, пусть и обремененного усталостью и желанием выспаться.
– В домик идет кто-нибудь? – поинтересовалась Нина, нарушив ненадолго установившуюся тишину в комнате. – Сегодня, вроде, будет покер. Если народ соберется…
– Не-е-е, ну нафиг – сморщилась Настя, не открывая глаз. Казалось, что вожатая вот-вот уснет, и тогда Карине действительно пришлось бы делить с ней кровать. – Спать охота. Недавно же только играли. Надо было тогда сразу идти, а не здесь просиживать.
– Я тоже не хочу – отозвалась Карина. – Валера уже спит, да и у меня глаза слипаются. Ой блин, мне ж еще мыться. И маме я позвонить забыла…
– Ну вы чего, черёмушки? – удивилась Зарина. – Первая смена только, а вы уже никакие? Ну даете… Я бы пошла, но я и так одна на отряде. Сама понимаешь, Нин…
– М-да, девки – тоскливо тут с вами – протянула Нина, окинув девушек скучающим взглядом. – Хотя я тоже не хочу. Некит пошел, вот пусть за двоих и отдувается.
– Никита куда-то пошел без тебя? Один? И ты его отпустила? У вас вообще всё хорошо? Вы еще вместе? Нина, ответь! – съязвила Зоря, и спустя мгновение получила от хореографа карательную тычку в бочину.