Ювента

Дмитриев В.В.

Задержки вожатских порций уже давно стали для “Ювенты” привычной нормой. Работники столовой в первую очередь всегда накрывали пионерские столы, что было само по себе справедливо. Однако до вожатых порции доходили крайне медленно. Случалось и такое, что дети уже успевали закончить трапезу и спешили выйти из столовой на улицу, в то время как их вожатые могли так и не дождаться даже первого своего блюда и попросту уходили ни с чем.

Официанткам не хватало рук и они не успевали обслужить всех и сразу – детей было слишком много, а помимо них нужно было накрыть обед еще и обслуживающему и смежному

персоналу, что обедали на веранде. Так и получалось, что вожатые, которым всегда было важно поесть как можно скорее в угоду расписанию отряда, приходилось ждать своей очереди дольше, находясь на самом дне пищевой цепочки лагеря.

Вот и сейчас, пока вожатые ждали свой положенный паек и поглядывали на время, некоторые пионеры уже успевали покинуть столовую, закончив обедать. И чем больше детей уходило, тем чаще голодающие поглядывали на двери кухни, из которых выныривали официантки и шли куда угодно, но только не в их сторону.

– Крепитесь. Сказали, что еще минут десять ждать. Не успевают, типа – сообщил голодным коллегам Вова, вернувшись с разведки.

– Сколько!? – ужаснулась Настя. – Жесть… Нам по времени уже выходить надо. У нас через пятнадцать минут последняя репа хора по расписанию. Ну капец…

Настроение среди вожатых резко пошло на спад. Большинство голодающих понимали, что теперь им было проще вообще не ждать обеда и отправляться по своим делам.

– Ты как хочешь, а я пошла – сказала Зоря напарнику, вставая из-за стола. – У нас тоже репа, сразу после Настиного отряда.

– Серьезно? – удивился Макар. – Нехер. Пусть не расслабляются. Столовским крысам даже лучше будет, если мы вообще свалим. Чё это за хрень?

– А ты чё-то предложить можешь, Макар? – спросил Вова, который тоже принял решение не ждать обеда. – Если они не успевают, как мы их поторопим? Они ж не на двадцать человек готовят, а на весь лагерь.

– Это их проблемы – не сбавлял гонор Мак. – Они этим не первый день занимаются и должны всё заранее делать. Тем более они вон на веранду щас носят, а те как раз могли бы и подождать. Им-то не к спеху. Кто у них на кухне щас главный?

– Разбирайте порции, ребят – возникла у столов вожатых конопатая официантка, держа в руках подносы с тарелками.

– Неужели – снисходительно проговорил Вова, откладывая свой уход.

За стол вернулась и Зоря, хотя вид у нее всё равно был недовольный. Макар же с трудом решил себя успокоить, ведь сейчас, когда еду вожатым всё-таки принесли, устраивать скандал было глупо, да и вообще – поздно.

Однако новая проблема не заставила себя долго ждать.

– Так, я не понял. Это чего такое? – указал пальцем в свою тарелку Мак. – Вы смеетесь, что ли?

– Что не так? – удивленно спросила официантка.

– Да здесь хавки даже для ребенка мало, а уж для нас тем более. Мы ж вам не воробьи. Вы бы еще крошек сюда насыпали. На вот, сама посмотри – сказал Мак, суя тарелку растерянной девушке чуть ли не под нос.

А посмотреть там и правда было на что.

Широкая тарелка с зеленой каемкой, что была сама по себе не самых малых размеров, особенно ярко блистала своими габаритами на фоне скромной порции пельменей. Более того – пельмени эти были не обычного размера, а чуть ли не в два раза

меньше привычного, если мерить их на глаз. Но если ребенку такого количества еще хоть как-то бы хватило, то вот вожатым здесь и правда нечем было кормиться. Особенно учитывая то, сколько им пришлось прождать эти несчастные порции.

Негодование вожатого седьмого отряда быстро подхватили и другие его коллеги по несчастью.

– Ну серьезно, ребят – с каждым разом всё хуже – отозвался Вадим, напарник Насти по шестому отряду, который до этого не участвовал в дискуссии. – Мало того, что ждем долго, так еще и ждать тут было нечего.

– Девушка, ну вот вы сами посудите – это ж реально детские порции – вступила Настя с привычной для себя надменностью. В ее тонких пальцах тарелка с бедным обедом смотрелась особенно характерно. – Сколько тут… Два, три, пять, девять… Пятнадцать штук. Пятнадцать! Ладно я еще девушка, а парням здоровым это как есть вообще? Вы вот сами как думаете – сможет взрослый человек этим наесться?

Вова тоже не остался в стороне, сказав то, что у самого Мака тоже уже давно настаивалось в уме:

– Чё у вас за ерунда происходит в последнее время? То, блин, пересолено, то недосолено. То тормоза прожимаете, что легче не ждать. А щас вот вообще… С салатами вообще отдельная тема – одна маленькая миска на четыре человека. Что за отношение такое?

– Товарищи – мне что дают, я то и разношу. Все вопросы к поварам – спокойно и с достоинством ответила официантка. – Если хотите, я главную позову, с ней и поговорите. А мне работать надо…

– Зови – коротко ответил Макар.

Еще пять минут спустя, когда часть вожатых уже успела покинуть столовую из-за того, что их отряды закончили обедать, свой визит оставшимся голодающим нанесла тучная повариха с марлевой шапочкой на голове. Назвавшись Тамарой Николаевной, она спокойно объяснила вожатым, что порции вполне нормальные и ими можно насытиться. Доказывать толстухе что-либо было бесполезно – она не слушала доводы голодных вожатых, а по итогу и вовсе ошарашила их, предложив тем собирать недоеденные порции детей.

Это была последняя капля терпения в чаше Макара. Да – чаша эта никогда не была глубокой, но в данном случае даже он опешил от такой наглости этой представительницы “жирного класса”.

– Тамарочка – а ты ни чё не перепутала? Может, нам еще на улице побираться? Или жратву в кредит у вас брать?

– Что, простите? – удивилась повариха.

– Не прощаю. На себя хоть в зеркало посмотри – посидела бы месяцок на таких порциях, а там, глядишь, и схуднула бы. Небось пять пельменей в кастрюлю кидаете, а пятнадцать с собой домой увозите. А нам потом жрать нечего…

– Значит так, молодой человек – я вам не хамила, поэтому и вы тон поумерьте – строго перебила его повариха, предостерегающе указывая в сторону вожатого своим толстым пальцем. – Если есть претензии, то, пожалуйста, решайте их через начальницу. А я всё это выслушивать больше не собираюсь…

– Да запросто – бросил ей Макар. – И тарелку заодно возьму. Пусть поглядит на это “богатство”.

– Положьте тарелку, будьте любезны! – надулась повариха, лицо которой начинало краснеть. – Я вам не разрешаю выносить посуду из здания столовой!