За горсть монет. Том 2
Шрифт:
Нанять наемника заранее с неясными условиями – самый распространенный способ обойти пресловутый закон Кодекса о «предательстве нанимателя». Ну, если бы большинство авантюристов в принципе его придерживалось. Однако в случае Гэбриэла других вариантов как раз-таки не было.
В привычных обстоятельствах, авантюрист тут же отказался бы от предложения, ведь подобное дело могло втянуть его в еще большие неприятности, чем в Домерланах.
Однако. Даже если предположить, что он намеренно подкинул тот заказ так, чтоб Фалько его заметил и принес, откуда
– Думаю подходит. – кивнул Гэб, – Есть еще какие-то условия, чтоб мы с нанимателем, допустим, немного не разминулись?
– Отнюдь. Можете спокойно путешествовать по всему Гизехайму. – «Он использовал Гизехайм как название страны, или всего острова? Хотя большинство людей чаще говорят о первом, так что эта оговорка – только его проблема», – Когда вы нам понадобитесь, мы обязательно найдем вас. Тридцать процентов от суммы – это четыре термона, что до кодовой фразы… – собеседник приблизился настолько незаметно плавно, и так опасно близко, что рука сжала рукоять клинка изо всех сил, – «Белая ночь сменится карим восходом».
– Понял. К сло… – обернувшись, Гэб не обнаружил незнакомца рядом с собой. Повертевшись на месте, он смог увидеть только пустую улицу и изрядно поредевшую группу авантюристов у Столба. Пара силуэтов мелькнула в переулках, но первый точно принадлежал одоспешеному стражнику, а второй исчез настолько быстро, что лучше было списать его на игры воображения.
Вспоминая разговор с этим человеком, Гэбриэл только сейчас понял, что совсем не запомнил его лица.
Глава 3. Сплетения теней
Растворившись в ночи, силуэт поплыл по лабиринту темных городских улочек. Практически в каждом мелком переходе можно было на кого-то наткнуться: под покровом ночи воры высматривали незакрытые окна, карманники по дешевке сбывали слишком дорогие марки, доносчики передавали информацию своим нанимателям, а стражники усердно пытались искоренить эту погань (в половине случаев успешно).
Тем не менее совершенно никто не заметил, как некий силуэт проплыл мимо них, по направлению к городским вратам.
Светало. Солнце только начинало выглядывать из-за городских стен, растягивая их тени на сотни метров. Стражники как раз начали поднимать герсу, но и они тоже не увидели, как кто-то вынырнул из-за домов и проскользнул наружу под стальной решеткой.
Выйдя наружу, силуэт свернул в бок и полностью скрылся среди цветастых шатров торговцев. Палаточная стоянка пред вратами была столь обширной, что в ней легко можно было заплутать, как в одном из районов столицы, которым она уже по сути и стала. Тем не менее силуэт с легкостью отыскал нужный шатер.
Со стороны это выглядело просто как скопление множества палаток, поставленных так близко, что их цветастые стенки словно сливались в единое полотно. Однако стоило только ступить внутрь, как взору открывалось цельное помещение, по площади способное соперничать с королевскими залами Налгрота или хотя бы
Благодаря все еще действующему закону о вольной торговле, ни один стражник не посмел бы сунуться внутрь «палаточного дворца» и увидеть, что скрывается под пестрыми тканевыми стенами: изнутри весь шатер был роскошно обшит преимущественно красными атласными тканями, а в некоторых местах укреплен досками из древесины дарб; деревянные шесты были заменены на резные каменные колоны, а пол устелен не только мягким сеном, но и дорогими коврами.
Там, где ковров и роскоши не было, стояли рабочие места: в нескольких кузнях во всю плавился металл и чеканились фальшивые монеты, дым с паром исчезали в фаркерском разломе под потолком, переносясь в какое-то другое измирение, а звуки ковки не вылетали за пределы шатра, сдерживаемые звуковым куполом; на столах вытачивались поддельные печати и переписывались текста указов; а в рядах клеток у стен сидели пойманные за городом женщины и дети, усыпленные наркотиками и готовые к переправе в любой уголок страны.
Большинство рабочих даже не оглядывались на появившегося человека. Каждый знал – если кто-то сумел войти внутрь живым, значит имеет на это право. Ловко виляя между столами и колоннами, фигура дошла до единственной комнаты, выделенной шторой из черной ткани.
Сбоку от входа на старом кресле раскинулся угрюмого вида мужик в широкополой шляпе, закрывающей большую часть лица. Хоть из-под головного убора выступала только заплетенная в косу борода, он будто учуял подошедшего и молча поднял правую руку в останавливающем жесте. Фигура повиновалась приказу.
– Полагаю, мистер Эдмаер вновь разбирается со взятками для стражников? – протянул он, улыбнувшись сидящему.
– Ага. – хрипло ответил тот, только сейчас удосужившись поднять глаза. Его глубокий и томный взгляд словно затаившийся зверь выпрыгнул из-под шляпы и вцепился в пришедшего. Однако, в отличии от подавляющего большинства, этот человек не начал покрываться мурашками от необъяснимой тревоги. Или по крайней мере не подавал виду.
С тем, что он никак не может запомнить лица новоиспеченного доносчика, охранник смирился уже давно. Эти два качества в частности раздражали его и, будь его воля, он бы никогда не пропустил этого человека к главарю. Однако работу свою он исполнял исправно, да и главный ему пока доверяет. В чем в чем, а в интуиции своего руководителя телохранитель не сомневался.
– Если ты собираешься тут до конца их беседы торчать, то можешь рассказать все мне и выметаться отсюда.
– вновь прохрипел охранник, ожидая реакции доносчика.
– Увы, но сегодняшние сведения предназначены исключительно для мистера Эдмаера. – с привычной улыбкой ответил пришедший.
– Ты забыл? У членов Нового Смеющегося Кошмара нет секретов от своих соратников. – в назидание сидящий обвел рукой полностью лишенное стен пространство.
– Но ведь не зря же есть именно эта перегородка? – собеседник кивнул на черную штору.