За Императора!
Шрифт:
Я заключил, что делю свое укрытие с каким-то мелким вредителем (в принципе на проверку это оказалось достаточно верным определением). Почти сразу вслед за этим звуком мое внимание привлек легкий звон в ухе, который становился все громче, пока я, наконец, не смог идентифицировать треск статики. Мой вокс снова работал, а это могло означать только одно – кто-то не очень далеко вел передачу на командной частоте. Более того, я знал, кто это мог быть, и вскоре пришло подтверждение – едва различимый, но, несомненно, женский голос, который то появлялся,
– …слышите ли меня… комиссар… ответьте…
Я испытал облегчение, которое было подобно удару под дых, – воздух из моих легких словно выбило. Разведгруппа, возможно, и отступила, как того требовала задача миссии, но они, кажется, не списали меня в расход.
– Инквизитор? – осторожно спросил я.
– Как бы не так.
Голос был близким и жестким, и, если бы Келп сумел удержаться от насмешки, последовавший удар прикладом, вероятно, проломил бы мне череп. Но так как дезертир оказался достаточно глуп, чтобы предупредить меня, я легко уклонился и ткнул ему кулаком под ребра. Конечно, пробить панцирную броню я не смог, и ничего, кроме содранных костяшек, это мне не принесло. Впрочем, Келп все-таки потерял равновесие, так что я подставил колено и попытался произвести бросок, но он вывернулся как раз вовремя, чтобы не попасться в захват. Для такого крупного мужика он двигался весьма быстро, это я должен признать.
В моем сознании ярко пронеслась сцена потасовки в столовой, так что я пригнулся, и тот удар ногой с разворота в голову, который едва не убил Требек, прошел мимо, и Келп упал. «Одно очко в мою пользу, – подумал я, – это научит тебя не играть в пятнашки в туннелях с уроженцем улья». Я начал вынимать цепной меч, чтобы поскорее покончить с мерзавцем.
В результате я оказался совершенно не готов к удару по ногам, сбившему меня на землю.
– Вы были правы, – рассмеялся Келп. – Неприятностей куча. Только не у меня, не так ли?
Он несколько раз пнул меня, лежащего, но броня под шинелью служила мне верой и правдой, и удары по ребрам были не более чем досадными тычками. Полагаю, у Келпа получилось бы лучше, если бы он сосредоточился на деле, вместо того чтобы болтать. Я молчал и при первой возможности перекатился в сторону, сумев все-таки вытащить цепной меч.
– Если собираешься драться, дерись,– произнес я только для того, чтобы звук моего голоса заглушил подвывание раскручивающегося лезвия. – А не произноси тут речи.
Он, вероятно, решил, что я у него в руках, потому что бросился в атаку с победным ревом, опуская приклад ружья на то место, где, как он полагал, находилась моя голова, но я к тому времени уже убрался оттуда, перекатился и полоснул его по ногам мечом. Я надеялся укоротить грязного предателя по колени, но жужжание лезвия предупредило его, и он в последний момент отпрыгнул, так что я только лишь хорошенько порезал ему бедро.
– Кишки Императора!
Впрочем, теперь он отступал. Внезапно по глазам ударил свет десятка фонарей, как ручных, так и примотанных
– Комиссар. – Эмберли кивнула мне, приветствуя меня так, словно мы просто столкнулись на улице.
– Инквизитор. – Я поднялся на ноги и пошел на Келпа, лицо которого было перекошено паникой. За ним тянулась кровавая дорожка. – Будьте добры, подождите минутку. Сейчас я закончу с этим и присоединюсь к вам.
– Не подходите. – Келп поднял свой хеллган, целясь мне в грудь. Удивительно, но он, кажется, до сих пор не понял, что у меня под шинелью надета броня, иначе он предпочел бы выстрелить мне в голову. – Еще шаг, и я убью вас.
Я остановился, мне еще не хватало несколько метров, чтобы достать его цепным мечом. Он понял это и злобно ухмыльнулся:
– Что вы можете мне сделать оттуда?
Я пожал плечами.
– Юрген, убей его, – скомандовал я.
На лице Келпа появилось выражение почти детской обиды на те полсекунды жизни, которые у него оставались. Затем он разлетелся небольшим облачком легонько дымящейся требухи. Я обернулся к своему помощнику, который опускал мелтаган, и благодарно кивнул, добавив:
– Спасибо.
– Всегда пожалуйста, сэр, – ответил он, будто оказал мне не большую услугу, чем если бы налил чаю.
Я повернулся к Эмберли.
– Какой приятный сюрприз, – сказал я, старательно играя невозмутимого героя. – Я не думал, что увижу вас прежде, чем доберусь обратно до наших казарм.
– Я тоже так не думала. – Она одарила меня улыбкой. – Но я засекла частоту вашего вокса, и мы попросту направились в ту сторону, где сигнал был сильнее.
– Рад, что вы так поступили.
Я кинул взгляд на Требек, которая соскребала с ботинка липкий кусочек Келпа. Улыбка Эмберли стала шире.
– Кажется, ситуация была у вас под контролем.
Я пожал плечами:
– Бывали противники и посерьезнее.
– Не сомневаюсь. Но в некотором смысле он оказал вам услугу. – Я, вероятно, выглядел в этот момент озадаченным, потому что она пояснила: – Благодаря ему найти вас было легче. Когда мы подошли ближе, нам оставалось только идти на звук.
Ее слова были как ушат ледяной воды (или вальхалльский душ, который я, кстати, не советовал бы пробовать без предварительной тренировки).
– Стройся, – сказал я солдатам. – Мы выдвигаемся.
– Одну секунду, сэр. – Холенби рылся в своем медпакете. – Я бы хотел сначала зашить вас!
Клянусь, что только тогда я вообще осознал, что получил в драке какие-то повреждения, а может, еще в перестрелке в большом зале. Костяшки пальцев были залиты кровью, мне поделом досталось за удар кулаком в панцирную броню, но сами пальцы были целы (а имплантированные вообще не пострадали). Кровь текла главным образом из здоровенного пореза на лбу, который, когда я его, наконец, заметил, тут же начал чертовски болеть. Но нашего юного медика, который начал поливать его каким-то спреем, я отогнал.