За шаг до пропасти
Шрифт:
В пещере находился Гангарон. Держался он бодро, хотя выглядел неважно. Старый эл отметил и перебитое щупальце, висевшее наподобие плети, и множество свежих царапин и вмятин на панцире приятеля.
– Давно ты здесь? – спросил Старый эл.
– Четвертые сутки.
– Мог бы меня позвать.
– Нет, я не захотел ставить под удар ни тебя, ни Ли. И добился чего хотел.
– Не может быть! – вырвалось у Старого эла.
– Смотри сюда, – сказал Гангарон и указал здоровым щупальцем на трещину, которая, змеясь, расколола
– Это сделал ты?
– Это сделала вода. Я давно уже обратил внимание на то, что, замерзая, эта удивительная жидкость расширяется.
– Ты говорил мне. Но неужели вода расширяется с такой силой?
Старый эл осторожно потрогал щупальцем острые края широкой трещины, расколовшей надвое монолит. Неужели такое может сделать мягкая, податливая вода?
– Разуму все под силу, – сказал Гангарон. – Наступит время, и мы не ограничимся астероидами. Мы помчимся к чуждому пределу, умножая мысль на высоту.
– Твоя правда, клянусь коконом! – воскликнул Старый эл. – Но пока давай сообщим о твоем открытии остальным.
– Давай, – согласился Гангарон.
2
Да, это был подлинный триумф. Наконец-то Гангарон получил полное признание среди своих сородичей, и ему была присвоена почетная кличка «Изобретатель».
Поначалу на Тусклую планету отправилась стая добровольцев. Они доставили оттуда воду в старых известковых панцирях, уже никому не нужных, предварительно заделав отверстия. Затем воду залили во все трещины большого валуна и принялись ждать дальнейших событий.
Наступила ночь, вода замерзла, и образующийся лед принялся делать свое дело.
Скала на глазах лопалась, расползалась по швам. Все это происходило в полном безмолвии.
Назавтра в углубившиеся щели снова залили воду… Дело кончилось тем, что валун, рассыпавшись на несколько глыб, рухнул, и ликующие элы принялись за расчистку площадки, которая образовалась.
Гангарон не принимал участия в общих работах. Устроившись на возвышении, он хмуро наблюдал за радостной суетой своих собратьев.
– Разве ты не рад, изобретатель? – спросил, приблизившись к нему, Старый эл.
– Рад, – равнодушно ответил Гангарон. – Но я уже думаю о другом.
Оба замолчали, глядя, как несколько элов безуспешно пытаются стронуть с места огромный по сравнению с их размерами обломок валуна, разрушенного по методу Гангарона. Элы суетились, старались изо всех сил, но действовали беспорядочно, усилия их между собой не координировались. Каждый тянул в свою сторону, и получалось, что один мешал другому.
Гангарон переступил со щупальца на щупальце.
– Послушай, – еле слышно произнес он, – ты сможешь сейчас переключиться на мою волну?
– Смогу.
– Тогда сделай это и следуй за мной.
– Но к чему такая сложная перестройка?..
Не ответив, Гангарон спустился
– Отойдите от скалы, – сказал Гангарон. – Мы справимся с ней вдвоем.
– С кем?
– С ним, – указал Гангарон на Старого эла. Последний опешил от неожиданности.
– Хвастун, – пренебрежительно посмотрел на Гангарона рослый эл, славящийся среди собратьев силой. – Это тебе не водичкой скалы поливать. Тут сила требуется. А вы?
– У одного щупальце перебито! – крикнул кто-то.
– А другой стар! – добавил другой.
– Отойдите, – повторил Гангарон.
– Что ж, отойдем, – охотно согласился рослый эл. – И полюбуемся твоим позором.
Среди элов, которые столпились вокруг, мелькнула взволнованная Ли.
Повинуясь взмаху мощного щупальца рослого эла, остальные отошли от валуна и присоединились к добровольным зрителям, заняв выжидательную позицию.
– Что ты надумал, Гангарон? – чуть слышно просигналил Старый эл на новой частоте.
– Слушай мои радиокоманды и подчиняйся им, – так же тихо ответил Гангарон.
Они приблизились к обломку, который навис над ними огромным монолитом.
И тут Старый неожиданно почувствовал, что в его мозг вторглась некая новая властная сила. Он ощутил себя как бы придатком Гангарона, а лучше сказать – его вторым «я». Он смотрел теперь на мир глазами Гангарона, думал его думами.
И движения их стали синхронными, поскольку подчинялись теперь одному мозгу – их общему, объединенному мозгу.
Остальные элы, образовав плотное кольцо, словно зачарованные следили за их действиями.
Щупальца Гангарона и Старого эла двигались в едином ритме. И действия одного не мешали, а помогали действиям другого.
Согласованные усилия принесли результат: каменная глыба стронулась с места и медленно, словно во сне, двинулась…
Теперь Гангарона узнавали все, даже самые юные элы, совсем недавно вылупившиеся из кокона. Популярность его росла стремительно, словно лавина.
Однажды, после утренней побудки, элы, собравшись в одну стаю, предложили Гангарону стать главным, командам которого подчинялись бы все остальные, Гангарон, однако, уклонился от почетной должности.
– Но почему я?
– Ты самый умный среди нас, Гангарон, – уверенно произнес кто-то из глубины стаи, и остальные поддержали его.
– Это не так, – спокойно возразил Гангарон, когда сила сигналов пошла на убыль.
– Но кто же тогда?
Гангарон медленно обвел взглядом всю огромную стаю, и каждый затаил дыхание.
– Самый разумный среди нас – ты, – указал Гангарон зажившим щупальцем на Старого эла.
– Я? – опешил тот.
– И ты, и ты, и ты. – По мере того как Гангарон переводил щупальце с одного эла на другого, замешательство среди стаи росло.