Шрифт:
Предисловие
Дорогие читатели!
Описанное в данном произведении основно на подлинных событиях, что были, есть, или будут. Пусть вас не вводят в заблуждение эти слова. Если произведение основано на событиях действительных, то сие не значит, что всё в данной книге есть чистая правда и безусловное повествование событий минувших. Основание дома, не есть целый дом. Ровно, как и основание книги не есть вся книга.
Писатель, как и художник – пишет. Писателю, ровно, как и художнику, свойственно добавлять в творение
Но я искренне надеюсь, что вы прочитаете сие произведение полностью и внимательно. Ведь писал я его не для мимолётного прочтения, а для хорошего размышления над написанным. Посему я настоятельно советую вам подойти к прочтению более ответственно. Но и не утруждать себя сей книгой, а спокойно, в спокойной обстановке, сесть и не отвлекаясь на что-либо, прочесть от и до.
Ибо я вложил в книгу не просто слова, строки и время. Я вложил сюда мысли, над которыми, быть может, следует задуматься. Я вложил в сие произведение частички души некогда живших и ныне живущих. Я вложил в книгу частичку и своей собственной души.
Однако уточню, что все имена и названия в произведении изменены, а все возможные совпадения случайны.
Ниже приведён краткий список местных разговорных слов и их обозначения. Дабы у вас не возникало трудностей при их прочтении и понимании. Не использовать сии слова в произведении я не мог. Ибо они лучше передают и отражают описанные события.
Аскёна – учительница
Бубэс – электронная карта, чип
Буфаты – дворец
Вящик – телевизор
Вещатель – телеканал
Готманы – школа
Готманщик – учащийся, ровно как и просто ребёнок школьного возраста
Гундыс – врач
Звеняч – телефон
Зяб – ящерица, в широком смысле любая рептилия
Киных – фильм
Копействовать – экономить
Летач – беспилотный летательный аппарат
Мукпып – базар, рынок
Новощик – ведущий новостей
Попс – автобус
Старик – помимо основного значения, автомобиль, машина.
Сусул – банкомат, автомат
Тёга – змея
Часопис – журнал
Чинщик – ремонтник
Числик – номер
Название месяцев.
Январь – Морозный (морозец)
Февраль – Лютый (лютень)
Март – Талый
Апрель – Цветущий (цветень)
Май – Травяной (травень)
Июнь – Ягодный (ягодень)
Июль – Жаркий (жарый)
Август – Сухой
Сентябрь – Ветреный
Октябрь – Жёлтый (жёлтень)
Ноябрь – Листопад
Декабрь – Тёмный (темень)
Глава 1. Метель
Помню как сейчас, холодная та выдалась зима. Снег выпал ещё осенью, а оттепелей почти не было. Снежный покров не успевал даже сойти, как тотчас выпадал новый. Кому сие было за радость, а кому доставляло одни неприятности. Устали уже наши соседи чистить снег. А я и не понимал, зачем его так усердно чистить? Всё равно потом сам сойдёт. А пока пускай себе лежит, это же так красиво.
После очередного снегопада небо прояснилось
А я беззаботно сидел и смотрел в окошко. Яркое солнце, такое синее ясное небо и белый снег. Ослепительная красота. Так и хотелось тогда пойти погулять. Но вот досада, перед тем я заболел какой-то остудой, посему сидел дома, а родители строго сказали:
– Даже и не думай.
Но не думать о зиме и снеге я не мог, когда он повсюду. Посему сидел и мечтательно смотрел на белоснежные сугробы, свисающие и, блестящие на солнце, сосульки, на сей, покрытый белым покрывалом, город. Такой необычный, непривычный, белый и холодный. Но, одновременно, такой знакомый, тёплый и родной.
Голуби под окнами жадно клевали крошки и зёрна, что щедро рассыпали сердобольные старушки. За сим действом наблюдать можно было бесконечно долго. Ведь сии птицы были словно отражения людей.
Какие-то голуби более сильные, какие-то более опытные и влиятельные, а какие-то просто более быстрые и проворные. Но находились слабые, скромные и больные, что были оттеснены более успешными особями от общей кормушки и вынуждены были довольствоваться малым, или вовсе ничем. Какие-то находили наглости и пытались прорваться и самоутвердиться. Иные же скромно ждали своего часа. А кто и вовсе бежал с поля боя. Хотя, казалось, еды всем хватит, жадничать тут зачем? Зачем эти драки, перепалки?
Вдруг солнечное зимнее небо затянуло серыми тучами, заметно потемнело. В какой-то миг стало так темно, будто уже поздний вечер. А из грузного серого неба посыпались первые хлопья нового снега. Большие, белые хлопья снега ложились на землю так изящно, что мне даже как-то не верилось, что сие происходит на самом деле.
Падающие снежинки можно было разглядеть через окно без особого труда. Они плавно опускались с серого небесного покрывала на белое покрывало земное. Я сидел у окна и смотрел на них, пока последнюю щёлочку на стекле не замуровали морозные узоры. Что оттаивали только днём и только при прямом солнечном свете. Но как только солнце скрывалось, то узоры начинали расти снова, с новой силой. Они вздымались прямо на очах. Похожие на траву, папоротники или даже целые деревья. Эти необычайные нерукотворные изразцы впечатляли меня тогда и вызывали неподдельное детское любопытство.
Я любил наблюдать за их ростом. И я даже не знал, какое зрелище приятнее созерцать. Летящие крупные снежинки, или растущие узоры. Мои очи бегали туда-сюда от любопытства. Ибо и то и другое было для меня тогда весьма занимательно.
Но узоры нещадно закрыли последние зазоры на стёклах. Прервав всё моё удовольствие. Теперь и за узорами смотреть не хотелось, ибо они уже более не вырастут, а снежинок стало не видно вовсе. Перед моим взором теперь была лишь одна большая и непроницаемая бело-серая стена. Но, справедливости ради, стена прекрасно разукрашенная. Вот бы все белые и серые стены были бы исписаны такими прекрасными изразцами.