Заарин
Шрифт:
— Где дядя Вася? — спросила Джина. Сомнений по поводу очередного мальчишеского хвастовства высказывать не стала, не до того.
Иван не успел ответить, да это сделалось излишним, потому что в комнату вошел сам Василий Шарменев.
— Чего подскочила, егоза? — спросил он племянницу, усаживаясь в удобное кресло у камина. — Спала бы себе, следующая ночь уж точно бессонной будет.
— Выспалась я, дядя Вася, — сказала девушка, а шаман, будто ее и не слышал, повернулся к
— Ваня, ты ближе к вечеру поработай с ней, сними усталость, заряди…
— Хорошо, учитель, — кивнул юноша, а девушка не сдержалась, прыснула. Что она, пушка, что ли, ее заряжать?
— Я вот почему проснулась, дядя Вася, — сказала уже без тени улыбки, — словно меня в бок толкнул кто-то…
Она замолчала, вероятно подбирая слова, дабы выразить, свои ощущения.
— Ну-ну, — подбодрил ее шаман, — говори, девочка, сны — это как раз в тему.
— В общем, я подумала, что, судя по твоим записям, ты умеешь проникать в сновидения твоего деда, а моего прадеда.
— Что ты этим хочешь сказать? — поинтересовался Шарменев. — Продолжай.
— Почему бы тебе снова не войти в сон Гомбо и не поговорить с ним?
— Не все так однозначно, Женя, — вздохнул шаман. — Тогда я лишь подсматривал в щелку, оставаясь невидимым, а чтобы вступить в контакт… Это опасно.
Шарменев смолк, задумался. Ребята ждали и дождались-таки продолжения.
— Во-первых, нужен сновидец-лазутчик, который сумеет проникнуть в чужой сон, а во-вторых, опытный шаман, который руководит процессом и в случае необходимости безболезненно прервет сеанс. Но поблизости нет второго шамана моего примерно уровня, а потому вступить в контакт с Гомбо таким образом невозможно.
— Второй шаман есть, учитель, — подал голос Иван. — В сновидение Гомбо Хандагурова вы отправляете меня, а сами бодрствуете.
— Я уже думал над такой возможностью, ты имеешь некоторые навыки, Ваня, но, уверен, Гомбо не станет с тобой откровенничать. Ты ему никто, посторонний мальчишка.
— А я?! — воскликнула Джина. — Я его правнучка! Со мной он, куда денется, поговорит!
— Ты неопытна, Женя, я не могу рисковать твоим рассудком, а возможно, и жизнью.
— Так отправьте нас двоих, учитель, — предложил Иван. — Я присмотрю за Джиной, а в случае чего вы сумеете вернуть нас в реальность. Риск минимален!
Шаман задумался, затем встал и направился к лестнице на второй этаж, где был расположен его кабинет. Сделав шаг по ней, оглянулся.
— Ладно, через четверть часа я спущусь во двор, а ты, Ваня, разведи костер, поставь чан на треногу… Знаешь, что делать.
— Понял, учитель, — сказал просиявший юноша. — Все как обычно?
— Да. — Кивнув, шаман стал подниматься
— Пошли, поможешь.
— Так согласился дядя или нет? — Девушка не поняла пока, что происходит.
— Меньше вопросов, Джина, пошлина полуденной жаре сухие березовые поленья разгорелись мгновенно. Вода в большом тагане на треноге вот-вот должна была закипеть.
Разведя огонь, ребята ожидали появления Василия Шарменева, и вскоре тот вышел на крыльцо, нарядный, точно шагнул прямиком из кадра экзотического боевичка с Индианой Джонсом. Таким племянница дядю еще не видела. На нем был кожаный кафтан с бахромой и множеством разнообразных подвесок из меди и бронзы, с колокольцами и бубенцами в виде голов жаб. По рукавам кафтана проходила скрученная проволока, заканчивающаяся ладонями из нее же. На груди — пластинки-ребра, как у скелета. В правой руке шаман держал лиственничную колотушку, в левой — большой, почерневший от времени кожаный бубен с изображенными на нем фигурками обитателей Нижнего мира.
— Ни фига себе, дядя Вася, — выдохнула девушка, — да ты, блин, красавец, хоть куда…
На реплику тот не отреагировал. Племяннице вообще показалось, что, надев одежду для камланий, дядя превратился в другого человека. В какой-то мере она оказалась права. Лицо Шарменева было сурово и сосредоточенно. Шутки неуместны, когда шаман отправляется в иной мир или отправляет других, не важно. Но он все равно незримо будет находиться среди путешественников, как иначе?
— Вы готовы? — спросил шаман.
— Да, — прошептала Джина.
Ей вдруг сделалось страшно. Надо ли было вот так с бухты-барахты лезть в чужой сон? А если Гомбо сейчас видит кошмар? Иван успел объяснить ей, что все происходящее будет до предела реально и, скажем, рана, нанесенная во сне, и наяву останется раной, а смерть — смертью…
— Женя, я тебя прошу, — вывел девушку из задумчивости дядя, — никаких твоих приколов и шалостей и во всем слушайся Ивана. — Затем шаман повернулся к ученику: — А ты беспрекословно слушайся меня!
Он указал им место в трех шагах от костра, куда велел лечь на спину и закрыть глаза. Ребята легли. Джина ощутила тепло от огня и услышала, как дядя быстро заговорил на бурятском.
Языком девушка не владела. Мать, выйдя замуж за русского, дома на родном не говорила, так что Джина, не улавливая смысл, разбирала лишь отдельные знакомые слова: Эрлен-хан, Бурхан, тэнгри, эжин… Догадалась, что шаман просит помощи у духов Байкала, небожителей и владыки Царства Мертвых… Просто замечательно. Сердце девушки и без того давно пребывало в пятках.