Забавы ради...
Шрифт:
И уже засыпая, Забава услышала твердый и уверенный шепот любимого:
— С ними все будет хорошо.
Глава двенадцатая притирательная и ревность проявлятельная
…
А вдруг ты перестанешь
Совсем ревновать!
Оставишь, отстанешь,
Скажешь: наплевать!
Рухнут стены крепости, -
Зови не зови, -
Станет меньше ревности
И меньше любви…
Этим всем замотан,
У страха в плену, -
Я
Ладно уж…Ревнуй…"
Р.Рождественский «Ревность»
— Боже, я ужасно голодная! — рассмеялась Ленка, неожиданно подойдя к сидящему за столиком Черепанову сзади и обнимая того за шею.
Парень, приехав в «Барин» раньше девушки, успел сделать заказ и выпить чашку ароматного чая в обществе друга.
— Сейчас уже принесут горячее, — улыбнулся Гера, повернув голову и глядя на свою девчонку, — Привет.
— Скучала жутко, — широко улыбнулась Соколова и потерлась носом о нос Геры.
Извернувшись, Гера перетянул свою Елену-Прекрасную к себе на колени и жарко поцеловал прямо в губы, показывая без слов, что и он сильно соскучился по любимой принцессе.
— Здравствуй, Василий! — копируя Ленкин голос, произнес сидящий за этим же столиком Бася, — Здравствуй, Елена-Прекрасная! — уже обычным, низким и растягивая гласные, — Как твои дела, друг сердешный? — вновь имитируя тонкий голосок, — Зашибись, только никто не завидует!
В ответ на такую беседу по ролям Ленка заливисто расхохоталась.
— Он завидует, — «сдал» Гера друга.
— Васенька, что-то мне подсказывает, совсем скоро наступят и в твоей холостяцкой жизни веселые деньки, — смеялась Елена, на минутку оторвавшись от Черепанова.
— Да упаси Бог! — махнул обеими руками парень, — Ладно, у меня стрелка. А вам приятого аппетита! И вы разлепились бы уже. Смотреть тошно на ваши счастливые морды. То есть я имел в виду, Леночка, на твое милое личико мне никогда не надоест смотреть. А вот эту довольную харю я бы лет сто не видел.
— Грех завидовать лучшему другу, — заметила Ленка с улыбкой.
— Грех не сношаться по праздникам, — хмыкнул Бася, взглянув на наручные часы, — А завидовать Герычу — святое. Ладно, я помчался.
— Знаешь, мне очень хочется посмотреть, как он втрескается в какую-нибудь бойкую девчонку, чтобы нормальную, чтобы потрепала ему нервы, — мечтательно проговорила Ленка с капелькой злорадства в голосе, — А то весь такой циничный и твердолобый, до тошнотиков.
— Коварная ты у меня, — улыбнулся Гера, помогая Ленке пересесть на соседний стул.
— Это ты еще мой план по поиску этой самой девчонки не слышал, — со знанием дела кивнула Елена, благодарно улыбаясь подлетевшему к их столику официанту с блюдами в руках.
— Только не говори, что у тебя уже и кандидатура есть! — изогнул Гера бровь.
— Нет, пока нет, — призналась Елена, — но я совсем скоро начну работать над этим.
И Елена Александровна, хитро улыбаясь Черепанову, принялась
В ответ Герасим, глядя на восторженное лицо своей девушки, только снисходительно улыбался. Нет, его Леночка все же самая замечательная на свете.
— Что ж, Герасим Матвеевич, я припудрю носик и помчусь, — нехотя вздохнула Соколова, бросая взгляд на часы, — Мне нужно успеть к постоянным клиентам на переговоры, у них там сделка горит. А потом, думаю часикам к шести освобожусь и поеду к Забаве. Сможешь съездить со мной в больницу?
— Да, конечно, — улыбнулся Герасим, поднимаясь из-за столика. Видя Ленку в стильном брючном костюме, с белокурыми локонами, спускающимися по плечам и спине, с легким макияжем и сверкающими нежностью и озорством глазками, ему совершенно не хотелось ее куда-либо отпускать. А хотелось абсолютно иного: закинуть в машину, увезти в свою квартиру, и остаться там минимум до утра, максимум лет на сто.
Улыбающаяся и словно читающая мысли Черепанова Елена скрылась в дамской комнате, а сам Черепанов отправился в гардероб за Ленкиным пальто. А когда девушка возвращалась, поправляя рукой волосы и ласковым взглядом смотря на Геру, молчаливо подпирающего зеркальную стену холла ресторана, мысленно Черепанов окончательно решил везти Ленку к себе. Правда, после визита в больницу. Не мог он лишить Забаву, ставшую за последние две недели другом и ему, поддержки близких. Тем более, когда врачи все еще опасаются за жизни родителей девушки, пусть и имелись некоторые сдвиги в их тяжелом состоянии.
Ленка подошла вплотную к своему Черепанову, улыбаясь, привстала на цыпочки и ласково чмокнула в приоткрытые губы.
— Чего? — улыбалась она, чуть отстранившись.
— Ничего, — уголок рта Геры пополз вверх. Но стоило девушке обернуться, просунуть руки в рукава и застегнуть пуговицы, стоя к парню спиной, как Гера тут же накрыл хрупкую талию могучими ладонями, а носом прижался к милому ушку сквозь волосы.
— Хочу тебя, Ленка… — шепнул он хрипло.
— Проказник, — хихикнула Елена в ответ и потерлась виском о хитрый теплый нос своего могучего технаря.
— Угу, — согласился Гера, и, пока не передумал, потащил Ленку на улицу.
А там, усадив в юркий Форд, оставил жаркий и обещающий поцелуй на губах любимой и строго проследил, как она аккуратно выруливает с парковки ресторана. А потом сам уселся в свою Тундру и, вздыхая, чувствуя, как по венам бурлит Ленкин запах и неудовлетворенное желание, отправился в офис «Сокола».
Не успел Черепанов войти в здание фирмы, как ему преградила путь их новенький помощник бухгалтера. Ирочку за первую неделю работы узнал и запомнил весь «Сокол», просто потому, как она общалась с народом. Все у нее были зайками и котиками.