Зачем
Шрифт:
Быть наедине с собой значило испытывать одиночество. И она также его ощущала. И даже тяготилась. Но оно выступало частью существования всего живого на планете. Все, что окружало человека, было одиноким. Просто это все не обладало представлением об одиночестве. Как и о любви, как и о потребности в ком-то. Причем и любовь, и привязанность, и потребность порождались человеком, как средства против одиночества. А оно и не пыталось оспаривать напрасность человеческих попыток защититься от данности жизни. Одиночество точно знало, что оно неискоренимо. Оно присутствовало всюду: в шумной компании молодых людей,
И только одиночество знало, что следует что-то принять, как данность, если оно таковой являлось, как боль отступит, притихнет страх и жизнь откроется с широкого ракурса.
Глава 8
– Что ты решила?
– Не торопи меня.
– Ты просто не хочешь.
– Я не могу принять такое решение, не подумавши.
– Мы знакомы много лет, куда дальше тянуть?
– Мы долго не общались.
– Время уходит, – Дмитрий частенько нарекал на время, особенно на последствия, которые то оставляло. На протяжении нескольких лет знакомства с девушкой он называл себя старым.
– Терпеть не могу слышать стенания о времени.
– Оно действительно уходит. Мне уже сорок восемь, и тебе тоже немало лет.
– А знаешь, я решила, – для придания самой себе уверенности Евгения примерила образ женщины, которой не переставала восхищаться, хоть та и не выступала для неё идеалом. Николь точно не позволила бы нацепить на себя ярлык, что норовил сделать Дмитрий.
– Наконец-то.
– Я не заставлю себя быть с тем, кто отравляет жизнь, пусть даже в малых дозах.
– Как хочешь. Я больше не стану предлагать.
Ей не захотелось ничего отвечать. И зачем нужны слова, когда внутри в сердце или в душе не возникает отклика на человека. Внутри была тишина.
Глава 9
Телефон звонил редко. Второй телефон, тот который знали исключительно близкие люди. Их было лишь несколько человек. И когда это происходило, она не пыталась угадать, кто из них нуждался в ней. В таких случаях интуиция могла не вмешиваться в ход событий.
– Слушаю.
Женщина отвечала будто по старинке, причем без наигранной вычурности. Какие-то элементы канувшего в лету дворянского языкового стиля перекочевали из классической литературы в повседневную речь Николь без усилий с её стороны. И ей самой понравилось дополнять осовремененную речь устаревшими словами. Не пафоса ради. Для красоты.
– Не смог удержаться.
– Нисколько не сомневалась услышать тебя так скоро.
– Грустно мне.
– Всего-то настала осень, – Николь редко тосковала по тому, что не имело особого значения, а времена года точно не обладали судьбоносным характером.
– Кажется, в моей душе она пустила корни и давно, – Валерий хандрил с приходом холодов из года в год. Особенно, когда расставался с потенциальной избранницей.
– А чем плоха осень?
– Она
– Лето не лишено своих недостатков.
– Каких?
– Жары.
– А что в ней плохого? – Валерий вспомнил отдых на Средиземном море и пожалел, что родился в стране с неподходящим ему климатом.
– От жары быстрее сгорают, чем угасают от приближения холодов, – Николь не претендовала на то, что друг разделит её точку зрения.
– А зима?
– Замораживает чувства, и становится спокойно.
– И тоскливо.
– Можешь звонить мне и зимой.
За окном, в самом деле, уныло бродила осень, но кое-кому удавалось от неё отмахнуться.
Глава 10
Старость не так страшна, как то, что она собой знаменует. С каждым прожитым годом человек приближается к черте, за которой для большинства располагается неизвестность. Но не для неё – Николь не тешила иллюзий.
По улице медленно шла пожилая женщина, старавшаяся сохранить присущие молодости элегантность, а зрелости – изысканность. У незнакомки вполне получилось справиться с этой задачей. Стильное одеяние, качественная и скорее всего новая обувь, сочетавшаяся с сумочкой, указывали на то, что женщина проживала жизнь полную уважения к собственной персоне. Такие люди ставили старость на место, признавая за ней права, но не полномочия над человеческим достоинством.
Хрупкая старушка все также чинно прохаживалась по улице, останавливаясь перед модными бутиками. Не удержавшись от соблазна, Николь сделала фотоснимок. Ей нравилось запечатлевать красивых людей на фоне домов и машин. Фрагменты жизни не просто пополняли архив фотографа-самоучки, а под псевдонимом отправлялись на территорию искусства, но для этого требовалось получение согласия модели на использование материала.
– Зачем?
– Без разрешения я не смогу показать миру один из дней вашей жизни.
– Полагаете, миру это необходимо?
На лице пожилой женщины заиграла улыбка, и уж точно ей не удавалось подделывать недоумение.
– Мир нуждается в красоте.
– Мне так приятны ваши слова, но красота чаще всего сочетается с молодостью.
– У молодости одни очертания, у зрелости – другие.
– Я не стану скромничать, конечно же, приятно побыть моделью. Используйте фотографии, как пожелаете. Только не ради иронии.
– Ваши фотографии попадут в пространство культурных людей, – Николь и сама становилась уязвимее от набегавших лет, и стала отмечать в женщинах старшего возраста особенную беззащитность.
– Полагаюсь на вашу порядочность, – случайная модель не скрывала радости, порождаемой комплиментами из уст посторонних.
Оставив контакты для улаживания формальностей, пожилая женщина скрылась за добротными дверьми книжного магазина. Такие магазины все ещё не выходили из моды.
Глава 11
– Боюсь, что мне не обрести спутника.
– Зачем же бояться?
– Сложно пояснить.
– Что же произошло на этот раз?
– Все тоже. Мой мир переполнен увлекательными занятиями, но совершенно не воспринимаемыми сторонниками погружения в обыденность.