Загадай число
Шрифт:
— Вообще-то…
— Он на плите. Не забудь съесть.
— Ты куда-то собралась?
— Да.
— Куда?
— Я тебе на той неделе дважды говорила.
— Помню какие-то разговоры насчет четверга. Но подробности…
— …выскользнули из памяти? Это не ново. Ладно, счастливо.
— Ты мне даже не скажешь?..
Но в ответ из кухни донесся звук удаляющихся шагов и затем — хлопок задней двери.
В телефонном каталоге не значился Ричард Карч, проживающий в 349-м доме по Кверри-роуд в Созертоне, но сайт, ищущий телефоны
Низкий мужской голос, который ответил из дома 329, сообщил, что никакого Карча не знает, не знает, на какой стороне улицы дом 349, и не помнит, сколько времени сам там живет. Говорил он так, словно находился под воздействием алкоголя или опиатов, а может быть, просто врал — в любом случае толку от него не было.
Женщина из дома 369 по Кверри-роуд оказалась разговорчивее.
— Вы ищете этого отшельника? — Последнее слово прозвучало как неприличный диагноз.
— Мистер Карч живет один?
— Если не считать крыс в его помойке. Его жене повезло, что она успела сбежать. Вообще не удивительно, что вы про него спрашиваете, — вы же полицейский, верно?
— Следователь по особо важным делам из офиса окружного прокурора. — Он знал, что следовало назвать также штат и округ, но решил, что подробности можно будет сообщить позже.
— Ну и что он опять натворил?
— Мне об этом ничего не известно, но, возможно, он сумеет помочь нам в одном расследовании, поэтому мы хотим с ним связаться. Вы не знаете, где он работает и во сколько возвращается с работы?
— С работы? Не смешите меня!
— Мистер Карч безработный?
— Он к работе не способен, — ответила она, и в ее голосе был яд.
— Похоже, вы его недолюбливаете.
— Да он настоящая свинья! Тупой, грязный, опасный сумасшедший, от него воняет, он вооружен до зубов и, как правило, в стельку пьян!
— То еще соседство.
— Врагу не пожелаешь! Вы не представляете, каково это — показываешь свой дом потенциальному покупателю, а тут этот орангутанг — ходит без майки, трясет своим пивным брюхом и стреляет для забавы по мусорным бакам!
Уже догадываясь, каким будет ответ, он все же решил спросить:
— Вы не согласитесь передать мистеру Карчу сообщение?
— Вы издеваетесь? Лучше попросите меня передать ему пулю в лоб!
— Когда его проще всего застать дома?
— Да когда угодно. Я еще не видела, чтобы этот псих куда-то выходил со своего участка.
— На его доме есть номерная табличка?
— Ха! Вам не нужна табличка, чтобы узнать его дом. Он недостроенный — с тех пор, как жена ушла, так и стоит. Без обшивки, без газонов, без ступенек перед дверью. Идеальный дом для полного отморозка. Без ружья туда лучше не соваться.
Гурни поблагодарил ее и закончил разговор.
Что же дальше?
Стоило сообщить о новостях нескольким людям. Во-первых, Шеридану Клайну. И разумеется, Рэнди Клэму. Уж не говоря про капитана Родригеса и Джека Хардвика. Оставалось решить,
Ему ответил дежурный сержант, мрачный человек с фамилией Калкан. Гурни представился и сообщил, что жителем округа по имени Ричард Карч интересуется полиция Нью-Йорка в связи с делом об убийстве и что этот человек, возможно, находится в опасности, а поскольку у него нет телефона для связи, было бы разумно обеспечить его телефоном или доставить его самого к телефону, чтобы Гурни мог задать ему несколько вопросов и предупредить о возможной угрозе.
— Мы хорошо знаем Ричи Карча, — отозвался Калкан.
— Судя по вашему голосу, вы знаете его не с лучшей стороны.
Калкан промолчал.
— У вас на него дело заведено?
— Кто вы, говорите, такой?
Гурни повторно представился, на этот раз подробно.
— И что вы там расследуете?
— Два убийства: одно в Нью-Йорке, другое в Бронксе. Одна и та же модель. Убийца отправлял жертвам определенного рода сообщения незадолго до убийства. У нас есть доказательство, что Карч получил от него по крайней мере одно аналогичное сообщение, и это делает его возможной третьей мишенью.
— Значит, хотите поговорить с безумным Ричи?
— Чем скорее — тем лучше, желательно в присутствии одного из ваших офицеров. После телефонного разговора, скорее всего, мы захотим поговорить с ним лично в Созертоне — при поддержке вашего управления, конечно.
— Мы отправим к нему машину, как только сможем. Оставьте номер, куда вам позвонить.
Гурни назвал ему свой мобильный, чтобы городской оставался свободным для звонков Клайну, криминалистам и Клэму.
Клайн уже ушел домой, равно как Эллен Ракофф, и звонок автоматически был переведен на другой номер, где подошли через шесть гудков, когда Гурни уже собирался вешать трубку.
— Штиммель.
Гурни вспомнил человека, который сопровождал Клайна на встречу, — он был похож на немого военного преступника.
— Это Дэйв Гурни. У меня сообщение для вашего начальства.
Молчание.
— Вы слушаете?
— Слушаю.
Гурни решил, что более подробного приглашения ждать не придется, и рассказал Штиммелю о доказательстве, подтверждающем связь между убийствами, и о третьей потенциальной жертве, а также о попытке связаться с последним через полицию Созертона.
— Записали?
— Записал.
— Когда вы сообщите об этом окружному прокурору, вы затем передадите все криминалистам, или мне самому поговорить с Родригесом?
Последовало недолгое молчание, которое Гурни трактовал как попытку Штиммеля вычислить последствия одного и другого варианта. Зная о мании контроля, присущей большинству полицейских, он был практически уверен, что получит тот ответ, который в итоге и получил:
— Мы справимся, — сказал Штиммель.