Загадочная личность
Шрифт:
После уроков снова все собрались в актовом зале. Мы сели с Геней рядом.
С докладом выступила Тамара Фетисова.
— Прошел месяц, как мы взяли шефство над шестым «В» классом, — сказала она. — И результаты налицо. Успеваемость в шестом «В» классе поднялась и стала почти стопроцентной. А в нашем девятом «Г» стала стопроцентной.
Потом Тамара перешла к рассказу об индивидуальной работе. Особенно долго она рассказывала
— Опыт Игоря Забродина должен стать достоянием всех, — сказала Тамара. — К сожалению, не все наши шефы отнеслись к своей работе добросовестно. Вот, например, Дубровский. Правда, учиться он стал хорошо. У него даже мало троек. — Тамара призадумалась, она явно не знала, как проанализировать создавшееся положение, ведь Дубровский всегда числился в неподдающихся. — Дубровский может учиться на «хорошо» и «отлично», — заверила Тамара, — и в то же время он не проявляет активности и заражает своим пессимизмом Веткину, которая легко поддается дурному влиянию. Я думаю, нам нужно сделать соответствующие выводы.
Я очень внимательно слушала Тамару и ждала, какие будут выводы. Но Тамара села. А потом снова встала и сказала:
— Вначале поговорим о положительных примерах, а потом Дубровский расскажет нам о проделанной работе.
Положительных примеров было много. Особенно восторженно говорила моя подруга Таня.
— Я хочу быть такой, как моя старшая сестра Тамара Фетисова, — закончила она свою речь. — Тамара подает мне положительный пример во всем. Я даю слово, что мой портрет тоже будет висеть на доске Почета!
Все зааплодировали, а Капустин даже «ура» закричал.
Таня была счастлива, как будто ее портрет уже висел на доске Почета.
Мы с братом Геней вели себя скромно.
— Чего шуметь-то? — сказал он.
Когда аплодисменты стихли, Тамара сказала:
— А сейчас пусть расскажет о своей работе Дубровский.
Геня вышел на сцену, спрятал руки за спину и стал смотреть в угол, где висел портрет Менделеева.
— У тебя есть план шефской работы? — спросила Тамара.
— Нет. А зачем он?
— Вот видишь. А мы тебе доверили воспитание.
Я очень волновалась за Геню, но никак не могла придумать, что бы такое убедительное сказать.
— Ты, Дубровский, опять не справился с общественным поручением, — вздохнула
— Справился! — крикнула я. — У нас дома чаепитие было!
Все засмеялись, а Геня чуть заметно улыбнулся.
— Иди, Веткина, сюда, — безнадежным голосом сказала Тамара. — Может быть, ты нам чего-нибудь расскажешь, дополнишь отчет Дубровского.
Я вышла и встала рядом с Геней. Он мне показался таким высоким, что надо было запрокидывать голову, чтоб взглянуть на него.
— Геня Дубровский мой брат, — сказала я. — Настоящий. Только я об этом сначала не знала, и он не знал, а потом уже узнали.
Все затихли.
— Как это настоящий? — спросила Тамара.
— Потому что настоящий, — сказала я. — Спросите мою сестру Дусю.
— Фантастика какая-то! — Большие серые глаза Тамары смотрели на нас недоуменно.
— Сочиняет она все! — громко сказала подруга Таня.
Тамара посмотрела на меня так осуждающе, как будто я ее в чем-то жестоко обманула.
— Рассказывай о работе, Веткина, — голосом, не допускающим возражения, сказала Тамара. — Какие мероприятия у вас были еще, кроме чаепития?
— Мы ездили в старый парк, — сказала я.
— И что вы там делали?
— Смотрели в небо.
По залу снова почему-то прокатился смех.
— Хватит, Веткина, сочинять, — сказала Тамара. — Садитесь оба на место.
Мы с Геней сели.
— Дубровский не справился с общественным поручением, — сказала Тамара. — Я думаю, мы дадим ему что-нибудь попроще. А у Веткиной есть сестра, поэтому другого брата назначать ей не будем.
— Вот ты и осталась без брата! — сказала Таня.
— Я же сказала, что это мой настоящий брат. Спросите папу и маму! — громко сказала я.
— Чего шуметь, — сказал Геня. — Конечно, ты моя сестра.
— Это ваше дело, — доброжелательным, спокойным голосом сказала Галя Яковлева. — Лично я вам верю. Такой случай вполне возможен.
Мы с Геней улыбнулись, полные благодарности Гале Яковлевой.
А на улице было тепло, сухо, солнечно.
Не сговариваясь, мы с братом поехали в старый парк.
По озеру, как лодочки, плавали листочки. Красные, оранжевые, желтые.
Небо было высоко-высоко. Земной шар, на котором мы лежали, раскинув руки, мягко покачивался и плыл в пространстве.