Загадочное имя

Леоне Лаура

Зазвонил телефон.

– Алло! – сказала она в трубку.

– Привет, это Люк.

От изумления Нина потеряла дар речи. Он что, ненормальный? А может, ясновидящий? Звонит, чтобы наорать на нее за то, что она не купила его альбом?

– Люк Свейн, – нерешительно повторил он.

– Догадываюсь. Как вы узнали мой номер?

– Вы единственная Нина Ньяньярелли в телефонной книге.

– О да, конечно. Что вы хотите? – спросила она весьма нелюбезно.

– Я был груб вчера…

– Безусловно.

– Я бы хотел

это сказать.

– Это что, извинение?

– Я бы хотел принести его при встрече. Вы не пообедаете со мной?

– Вы, должно быть, шутите…

– Послушайте. Мы действительно как-то плохо начали. Но я не всегда веду себя как бык. Иногда со мной довольно интересно.

– Ну, я не думаю…

– Я угощаю.

– Боюсь, что…

– Выбирайте ресторан.

– Честно говоря, я не думаю… Что, правда можно выбрать?

– Да.

Она на минуту задумалась. Затем лукаво улыбнулась. Она проучит его на всю жизнь.

– Ну что ж. Пойдемте, – протянула она не в меру сладким голосом.

– Правда пойдем? – В его голосе звучало подозрение.

– Конечно. Может быть, в четверг?

– Нет, не могу, у меня свидание. А во вторник?

– Теперь я не могу. У меня спектакль. В среду?

– Не могу. Мы репетируем. А в пятницу?

Она полистала записную книжку.

– Хорошо, в пятницу. – Нина назвала ресторан, и они договорились встретиться там в восемь вечера. Он на всякий случай назвал ей номер своего телефона; в телефонной книге его, конечно, не было.

– Тогда до пятницы, – сказал он и повесил трубку.

Люк ждал Нину у входа в ресторан. Как и многие другие шикарные рестораны Нью-Йорка, «Пресье» снаружи выглядел более чем скромно, на его внутреннее великолепие ничто не намекало. Нина тайно злорадствовала, пока Люк помогал ей выйти из такси.

Совершенно очевидно, что он старался не ударить лицом в грязь. И хотя, посмотрев на ее шубу из шиншиллы жемчужного цвета, слегка прищурился, ограничился вежливым приветствием.

Нина придирчиво оглядела его. На нем была темная рубашка, коричневые брюки и модный пиджак рыжеватого цвета. Он побрился, волосы были причесаны, а башмаки начищены. Выглядел Люк прекрасно. Его фанаты, увидев своего любимца, растаяли бы от удовольствия.

– Неплохо, – сказала Нина, – но, я думаю, вот это вам пригодится. – Она вынула из сумочки черный шелковый галстук.

– Галстук? – удивился он.

– Да, сюда без него не пускают.

Люк держал галстук так осторожно, словно это было произведение искусства.

– У них, конечно, есть подбор галстуков для джентльменов, которые забыли надеть их, но этот шелковый, и я готова вам его подарить, если у вас нет своего.

– Это… это очень любезно, Нина. Я буду его беречь.

Люк начал завязывать галстук, глядя на нее с некоторой опаской, но она опустила глаза. Его длинные ловкие пальцы быстро справились с

задачей.

– Так?

Нина приподнялась на цыпочках и, улыбаясь, затянула узел чуть туже. Великолепно!

– Душит, как петля.

Когда они вошли в ресторан, глаза Люка расширились от увиденной роскоши. Великолепные ковры, французский антиквариат, лощеные официанты – все говорило о высшем шике. Ясно, что ресторан был очень дорогим.

– Мадам Ньяньярелли, мы так давно не имели удовольствия вас видеть. Счастлив приветствовать. – Метрдотель обратился к Нине по-французски.

Она протянула ему руку, над которой он галантно склонился, и ответила тоже по-французски:

– Да, Генри. Несколько месяцев. Я рада снова побывать у вас. Надеюсь, вы оставили нам хороший столик.

– Безусловно, мадам. Самый лучший. Следуйте, пожалуйста, за мной, – пригласил метрдотель.

– Часто здесь бываете? – подозрительно спросил Люк.

– Да так. Время от времени.

Они прошли за Генри к небольшому алькову с мягким освещением. Нина отдала шубу официанту и с удовольствием заметила, что в глазах Люка появилось одобрение. Она оделась очень тщательно. «Исключительно для себя, а не для партнера», – напомнила она себе. Шелковое темно-красное платье с прилегающим лифом и узкой юбкой оставляло открытой ее стройную шею и позволяло любоваться великолепной грудью. Цвет платья удачно оттенял черные, гладко зачесанные волосы. Туалет дополняли простое ожерелье и браслет из белого золота с маленькими рубинами. Люк не мог скрыть восхищения. Их глаза встретились. В его взгляде было что-то пугающее, и она опустила ресницы.

Появился официант. Рядом бесшумно суетилось еще несколько. Нина снова овладела собой.

Она весело болтала по-французски с официантом, а Люк с мрачным видом рассматривал цены в меню. Они сделали заказ, затем Люку предложили карту вин, и Нина посмотрела на него невинными глазами.

Злясь и забавляясь одновременно, Люк протянул карту Нине.

– Наверное, вы сами хотели бы выбрать, – сказал он. – Видимо, догадываетесь, что французские вина не мой конек.

Отлично. Он хотя бы не страдает комплексом неполноценности. Она много раз наблюдала, как мужчины беспомощно вертели в руках карту вин, предпочитая скорее ошибиться в выборе, чем признаться своей даме, что ничего не смыслят в дорогих винах.

Уже зная свой выбор, Нина протянула карту официанту и заказала вино.

– Надеюсь, вам понравится мой выбор. Белое, очень сухое, – сказала она, когда официант принес бутылку.

– Вообще-то я предпочитаю красное, но уверен, что и это придется мне по вкусу, – вежливо ответил Люк. Он сделал знак официанту, наполняющему бокал для пробы, остановиться: – Пусть решает дама.

Вино действительно было великолепным. Когда они остались вдвоем, Люк так посмотрел на Нину, что стало ясно: ситуация его явно забавляла.