Закат [СИ]
Шрифт:
— Нет, не знал.
Он не мог знать. Каждый знает лишь минимум, на случай если его схватят.
Лишь Алан знал все, но его не будут пытаться похитить или взять в плен. Таких как он убивают сразу.
Рядом стояли солдаты и занимались своим делом. Для них почти мертвый человек был обычным делом.
Наконец к нему подошел черногвардеец и доложил.
— Мы наши его в долине в нескольких милях от главной дороги. Он не шевелился. Сначала подумали что мертв, но как только поняли что еще жив, закрыли его куполом и на всех порах сюда.
Только сейчас Алан увидел
— При нем что то было? — спросил Самуэль. Он убил намного больше людей чем живущий в несколько раз дольше его вампир. Поэтому не испытывал к смерти ничего особенного. Алан не удивился бы, поздоровайся сейчас Маршал со стоящей рядом с телом костлявой.
— Одна лишь сумка, — гвардеец снял с плеча грязную планшетку и протянул вампиру. Затем добавил. — И рядом с ним мы обнаружили много следов, следопыт сказа что это был котер.
— Можешь быть свободен, — сказал Самуэль солдату. — Интересно. Ты слышал Алан?
Вампир слышал, но не ответил, он принимал решение.
Он смотрел на подымающуюся грудь и думал что каждый сиплый вздох будет последним.
— Алан я понимаю, что он был твоим человеком — на самом деле Маршал не понимал. Самузль умел добиваться победы, а для этого подобные вещи знать было не обязательно. — Но он не последний.
Опытному маршалу не нравилось такое состояние вампира, в последний раз он видел его таким после смерти сестры. И ничем хорошим это тогда не закончилось.
— Я слышал тебя Самуэль. Я все слышал. — Алан повернулся в сторону и поискал фигуру своего помощника.
Он передал сумку другу и присел рядом с Лауром.
— Посмотри что там внутри, а я пока займусь человеком.
— Целитель сказал что даже с учетом купола, жить ему осталось не больше четырех часов. — Напомнил маршал, открыв сумку и принялся разбирать содержимое.
— Это я тоже слышал.
Для себя вампир все решил еще в тот момент когда зашел в подвал своего особняка. Решение, окончательное действие которое он совершит сформировалось у него сразу же. Оно было спонтанным, импульсивным, сам Алан назвал бы его "человеческим", что в словах старого вампира означало глупость и презрение. Но тем не менее, решение это было окончательным. Вампир не собирался его менять, оставалось лишь чуть-чуть подождать, пока холодный, расчетливый ум Исполина не оставит попыток его изменить.
Алан вступил в границы пентаграммы, по тело пробежалась легкая волна магии, едва ощутимого движения пласта, магия обволакивала как шелковое одеяло, давала о себе знать но не давила и не старалась оставить намерения вампира. Говорят магия подвластна мысли мага, это не так, она ни кому не подчиняется, она идет на контакт, на встречу, но не пляшет под дудку заклинателя.
Спиной Алана чувствовал напряженный взгляд своего друга. Маршал смотрел не отрывая глаз от фигуры вампира. Самуэль ощутил что тот что то задумал, он этого не знал точно, фактов не было, лишь эфемерное чувство интуиции билось запертое
Вампир опустился на колени, прямо возле тела Лаура. Кровь продолжала выступать из ран, медленно, не уклюже, словно ее заставляли, ее было мало, и с каждым вздохом умирающего человека становилась еще меньше. Лицо перестало бледнеть, на коже стала проступать синева, еще очень слабая почти не заметная в лишенном солнечного света помещении, но вампир прожил слишком долгую жизнь чтобы не предугадать ее появление. Глаза зажмурены, веки трясутся толи от испытываемой боли, толи от ужасного бреда, которым поражено раненное сознание.
Алан провел рукой по лицу человека ощущая холод и уходящую в никуда жизнь. Смерть не привыкла бороться, она знает что все равно рано или поздно человек будет ей подвластен, поэтому нельзя прекращать бороться.
Жизнь слишком цена, чтобы просто опускать руки.
— Освободите помещение, — громко приказал вампир не поворачивая головы. — Майкл останься, мне потребуется твоя помощь.
— Что ты собираешься делать? — спросил Самуэль. Он смотрел как гвардейцы и стражники быстро выходят из подвала, никто не оставил своих вещей, все было быстро сложено и упаковано.
Маршал не последовал за ними, он имел право тут находится.
Что впрочем не давало ему возможности узнать о замыслах вампира.
— Бороться, — коротко ответил Алан. — Майкл мне нужен круг Ривелла, у тебя минута.
Майкл замер на месте. Лицо вампира отражало сковавшее его удивление.
— Вы хотите провести ритуал?
— Да.
Алан так и не повернул головы, он внимательно следил за лицом человека словно отсчитывал оставшиеся у него в часах песчинки.
Помощник Исполина тяжело вздохнул, явно желая что-то сказать, но посмотрев на не подвижную спину командира передумал. Сбросив теплое пальто, он закатил рукава на свитере оголив руки. Затем достал из стоящего неподалеку ящика острую спицу и резким движением проколол указательный палец правой руки.
И только когда он начал выводить своей кровью линии на плитах пола, Самуэль догадался что собирается делать Алан.
Он сделал шаг вперед, собираясь схватить друга за плечи, поднять его да как следует встряхнуть. Но неожиданно не смог переступить контуры пентаграммы. Исполин его не пускал.
— Алан это безумие, — в гневе закричал он стираясь докричаться до разума вампира. — Перерождение запрещено договором.
Маршал мог бы пробиться через защиту пентаграммы, его силы и опыта хватило бы, но что делать потом? Драться с другом?
— Это не безумие — ответил Алан. Он наконец встал с колен и повернулся. Самуэль мог по пальцам пересчитать дни когда видел вампира таким спокойным. — И договор не запрещает, просто это считается запрещенным.
— Это одно и тоже.
— Не скажи, но все же жизнь не стоит запрета каким бы важным он не был.
Майкл закончил задание. Теперь на полу расходясь в разные стороны горел не ровный круг. Ярко-красное сияние, похожие на раскаленные железо дышало жаром и даже кажется шипело от переполнявшей его силы.