Заклинатель 2
Шрифт:
В этот раз молчание длилось дольше. Следопыт серьезно обдумывал предложение. В альтернативу быстрой казни он уже не верил, что совершенно зря. Идея по-быстрому избавиться от наглеца, пытавшегося меня ограбить, не уходила полностью, став мыслью, отправленной про запас.
— То есть никаких гарантий, — задумчиво проронил Нильс, словно рассуждая сам с собой. — Только слово, что все так и будет.
— Да, но ты должен понимать, что такие как я, словами не разбрасываемся.
Следопыт ответил долгим взглядом, но не выдержав, отвел в сторону.
— Хотелось бы, конечно,
Я рассмеялся.
— А ты наглец. Забыл, что твоя жизнь в моих руках? Или думаешь, мы торгуемся? — я наклонился чуть вперед, позволив капюшону полностью скрыть лицо. — Все очень просто парень: я ставлю условия, ты либо соглашаешься, либо нет.
Голос прозвучал шелестом опавшей листвы. Нильс вздрогнул. Вкупе с наброшенным на голову капюшоном сцена выглядела зловеще.
— Но имей ввиду, — продолжил я. — Если ты соглашаешься, то соглашаешься без условий. А если предашь…- на вытянутой вперед ладони зажегся шарик лилового пламени. — Скажем так, умирать ты будешь очень долго.
Пленник сглотнул, не отводя зачарованных глаз от сгустка колдовского огня.
— Так мы договорились?
Последовал судорожный кивок. Не знаю, насколько искренний, но выглядело правдиво.
— Твои ножи и арбалет пока останутся снаружи, — сказал я, сделав знак повернуться спиной. Резкий удар кинжалом и перерезанная веревка опала на землю двумя обрывками.
— Не вздумай делать глупости, — предупредил я. — Помни о призе в конце пути.
Полагаю предательства со стороны пленника пока можно не ждать. По крайней мере в ближайшее время. За шанс стать если не полноценным магом, то хотя бы приблизиться к этому, он на многое пойдет. Главное не перегнуть палку и не требовать невыполнимого
Нильс медленно, не делая резких движений поднялся на ноги, потер запястья и кивнул на лагерь разбойников на первом этаже башни, где в окружении вещей тихо тлело кострище. Едва заметный дымок поднимался вверх, устремляясь в отверстие, ведущее на верхние этажи и дальше к ржавой решетчатой конструкции, сквозь которое проглядывало голубое небо.
— Вы уверен, что они не вернуться?
— А ты бы вернулся? — задал риторический вопрос я и добавил: — Не волнуйся, как минимум время до завтра есть. Потом беглецы опомнятся, придут в себя, начнут соображать. Скорее всего пошлют одиночного разведчика, посмотреть издалека что происходит. Но нас к этому моменту уже здесь не будет.
— Не хотите ночевать в башне? Несмотря на то, что она дает хоть какое-то укрытие? — слегка удивился Нильс.
— Не хочу, — подтвердил я. — Понятия не имею каким целям служила эта конструкция в прошлом, но энергетические остатки до сих пор видны в магическом фоне. Думаю, именно поэтому трава вокруг башни пожухла, а ниже по склону нормальная.
Следопыт задумался, вспоминая наружный ландшафт.
— Считаете это сделала магия? — он недоверчиво нахмурился.
— Возможно, — я уклонился от прямого ответа. Рассказывать про радиацию и другие вредные излучения не стал. Не поверит и не поймет. Но еще Га-Хор знал, что напитанные по максимуму высокоэнергетические конструкты, способны оказывать негативный
Я отступил на шаг, махнув рукой в сторону первого яруса-этажа.
— Ладно, хватить болтать, пойдем осмотримся. Может найдем что-нибудь полезное.
— Думаете, после мародеров что-нибудь осталось? Наши сбежавшие друзья явно здесь были не первыми, — засомневался Нильс, но послушно ступил в указанном направлении, где начинался зал первого этажа, с выложенной по центру пентаграммой.
— Скорее всего нет, — признал я. — Но надо проверить. Вдруг они пропустили что-нибудь. Они могли не знать куда смотреть.
Следопыт недоверчиво скривил губы, но возражать не стал. И мы двинулись изучать заброшенное строение времен расцвета имперской эпохи. В конце концов может действительно удастся найти что-нибудь интересное.
Глава 4
4.
На импровизированной стоянке мародеров ничего особенного. Обычное барахло, грязное, вонючее. Какое не тронешь рукой, без острой необходимости. Даже разбросанные бытовые мелочи, вроде потертого котелка, выглядели мерзко, словно его не мыли, а вылизывали, оставляя до следующего раза. Что такое гигиена бандиты не знали.
Даже у Нильса на лице отвращение. А когда подошли к дальней стене, оба одновременно поморщились. Следопыт не выдержал и сплюнул. Разбойники устроили внутри башни сортир.
— Грязные животные, хоть бы снаружи устроили выгребную яму, гадили где жрали и спали. Ублюдки, — проговорил Нильс, брезгливо оглядываясь.
Не поспоришь, ароматы вокруг соответствующие. Зрелище донельзя мерзкое.
— Подонки, — буркнул я, как бы объясняя подобное поведение.
Следопыт помедлил, покосился, кивнул. Если живешь, как свинья, то и будешь свиньей, против не возразишь.
В одном месте ворох окровавленного тряпья. Я поворошил носком сапога, так и знал — смятая мужская и женская одежда, судя по разрезам и красным пятнам, снятая с трупов.
— Похоже наши друзья промышляли не только сбором металла, -задумчиво обронил я.
А вот здесь на лице Нильса мелькнуло равнодушие. Деятельность на большой дороге вызывала у него большее понимание, чем привычка гадить в нескольких метрах от места сна и принятия пищи.
Брезгливый, но не по части крови. Непонятно, хорошо или плохо. Думаю, в нашем случае все же хорошо. Получить в спутники слюнтяя, падающего в обморок от вида крови, хуже, чем если станет морщить нос, уловив запах выгребной ямы.
— Здесь рисунок, — указал следопыт, ткнув пальцем в центр зала.
С моей стороны последовал неспешный кивок, выложенную цветным камнем пентаграмму я приметил в первую очередь. Она располагалась в стороне от лагеря разбойников, прямо под проломом, ведущим к верхним уровням, где виднелась ржавая металлическая конструкция с проглядывающими кусками чистого неба.
Судя по идеально ровной форме, отверстие делали при строительстве изначально, оно не явилось следствием разрушений, как перекрытия и перегородки. Следовательно — пентаграмма и решетчатая «антенна» между собой связаны.