Закон гармонии

– Эй, эй! Что ты там в стенку суешь?!

Гилант испуганно спрятал ложноножки за спину.

– Ое-ае, бачка бригадир! Это великий тайна наша цивилизация.

Анатолий вытер пот со лба.

Обоим было трудно. Оба старались. От того, как гилантские зодчие выстроят земное посольство, зависели отношения между расами. Гиланты нуждались в рассыпчатом земном песчанике, базальте с румяной корочкой, спелых гранитных кочешках. Люди же искали братьев по разуму.

Желательно

меньших братьев.

– Дай посмотреть

В ладонь упала искрящаяся точка. Ее лучики приятно покалывали пальцы. Вот один из них дотянулся до пиджачной пуговицы, и та с треском разлетелась в пыль.

– Что это, Доломит?

– Это ЧПОК, бачка бригадир.

– ЧПОК?

Гилант развел ложноножками: ЧПОК – значит ЧПОК. Анатолий перелистал словарик. Оказалось, что это Чрезвычайно Перенапряженная Область Конструкции.

– Мала-мала ЧПОК везде есть. Гора возьми – ЧПОК. Космолет – ЧПОК. – Гилант взял небьющуюся кружку Анатолия. – Здесь щелкни, бачка бригадир, – ЧПОК будет.

Анатолий щелкнул – совершенно машинально. Кружка взорвалась в руках, едва не отхватив пальцы.

– Да ты что, Доломит? Предупреждать надо!

– Мала-мала не подумал, – самокритично загудел гилант. – Мала-мала башка дурной. Прости, бачка бригадир.

– Ладно. Рано в осадок выпадать… Лучше скажи: этот ЧПОК, он как – дорогой?

– Три тысячи галатов, однако.

– Ого! И в смете, поди, числится?

Доломит растерянно заискрил. Потом полез за диктофоном. Он всегда так делал, когда слышал новое слово.

Гиланты не признавали смет и подрядчиков. Они просто строили дома. Ходили слухи, что среди их стройматериалов есть компонент, создающий вселенскую гармонию. Гиланты называли его “ойвок”. За тайной ойвока охотились все. Ведь благодаря ему гилантские дома идеально подходили заказчикам. Жильцы в них просто блаженствовали.

Из своих методов строительства гиланты тайны не делали. Многие пытались строить по их чертежам, используя гилантские материалы. Антаресцы, проксиман-цы, молдаване… Дома получались обычные. Не трущобы, конечно, но и не райские дворцы. Таинственный ойвок не давался чужакам.

– Ты это, Доломит… А может, не надо ЧПОКа? Еще рухнет что – а мы отвечай.

– Ое-ае, бачка бригадир, – заслоился гилант. – Нельзя! Мала-мала ойвок поломаем.

Анатолий напрягся:

– Так ойвок – здесь? – Он сжал точку.

– Нет. Это ЧПОК.

– А ойвок?

– Не скажу, бачка бригадир.

– Эх вы… – Землянин покачал головой. – Ойвок, гармония… Гоголь вон тоже на гармонии сдвинулся. А “Мертвые души” так и не вытянул. – Он спрятал ЧПОК в карман. – Ладно, Доломит. Заканчивай потихоньку, послезавтра комиссия.

При всей своей открытости гиланты не доверяли чужакам. Земным дипломатам с трудом удалось навязать им своего наблюдателя. Дало это немногое Ни подсобным рабочим, ни тем более маляром или каменщиком Анатолия не брали. Пришлось соглашаться на позорную с точки зрения гилантов

должность бригадира.

Президент Земли вручил Анатолию трудовую книжку. Брыластый полковник напутствовал тихим душевным словом. Началась новая эпоха в развитии человеческо-гилантских отношений.

Вот только началась она плохо. Первую неделю строительства Анатолий промаялся. Он поминутно заглядывал в словарик, бледнел, мямлил. Ответственность не давала вздохнуть свободно. Вечерами бригадир вспоминал Землю: президента, невесту Нюрку, борщ с биточками. Скупая мужская слезинка скатывалась по щеке.

Но скоро это прошло. Работа есть работа; Анатолий втянулся, вошел во вкус. Доломита стесняться перестал. А чего стесняться? Свой же в доску мужик, вернее – в плитку.

Тогда-то и пришла беда. Против Анатолия восстали древние человеческие инстинкты. Он держался сколько мог, а потом руки сами пихнули рулон рубероида под брезент. Пускай, мол, полежит. До вечера. А после работы поглядим, куда его пристроить.

И началось. По всей стройке заревели сирены. Замигали огни, ударили всполохи киберсторожей. Доломит возник из ниоткуда; чешуйки на его шкуре стремительно раскалялись.

– Мала-мала вредим, бачка бригадир?

Вся жизнь пронеслась перед Анатолием. Родинка на плече любимой; мудрые, немного усталые глаза президента; багровые складки на полковничьей шее. “Беда, – подумал он. – Провалил миссию. И так глупо…”

Надо было срочно спасать положение.

– Это фэн-шуй, – объяснил Анатолий. – Древнее земное искусство.

– Фэн-шуй?

Сирены утихли. Киберсторожа убрались в укрытия.

– Ое-ае, – негодующая белизна гиланта сменилась вопросительной бирюзовинкой. В ложноножках появился диктофон. – Бачка Анатолий, словарь, однако.

Впервые за историю общения рас гилант назвал землянина по имени. Впору было ликовать. Но Анатолий не привык останавливаться на полпути.

– Э, нет, – прищурился он. – Шустрый какой. Баш на баш: ты мне ойвок, я тебе – фэн-шуй. Идет?

Доломит огорченно растрескался.

– Нельзя, бачка бригадир. Ойвок – мудрость наша цивилизация.

– Ладно. А рубероид пусть здесь полежит.

– Но ойвок…

– Фэн-шуй.

Назови кто-нибудь Анатолия вором, он бы обиделся. Есть кража, а есть разумное управление ресурсами. По его мнению, гиланты строили барски.

– Доломит! – спрашивал землянин. – Зачем это?

– Это ООН, бачка бригадир.

“Обтрюхиватель Обоев Нормативный”. Чтобы обои старились, значит.

– Я понимаю, что ООН. Зачем?

– Ойвок.

И так всегда. Не раз бригадиру приходилось предотвращать вредительство. Когда он упрятал под брезент Вектор Общепланетного Притяжения (Линейный Искровой), гилант залился лавовыми слезами. Боже мой! Было б с чего расстраиваться. Если вектор воткнуть в пол, то передвигаться можно только по полу. А так – и по стенам, и потолку. Это ж какая экономия пространства.