Закон перемен
Шрифт:
Давно закончили схватки остальные четверо: Прохор и Герцог своих противников пощадили, Железовский и Грехов – нет, убив соответственно К-мигрантов Шебранна и Свиридова. А Ставр и эмиссар, чье имя Джезенкуир переводилось как Добивающийся Милости (что знал только Грехов), все еще продолжали поединок, исполняя танец смерти и ненависти в темпе, немыслимом даже для интраморфов.
Если бы не знание приемов боя, подаренных Габриэлем, Ставр был бы уже мертв, несмотря на Д-прививку и владение полем Сил. Но и Джезенкуир владел всеми системами боя, в том числе и земными, и тоже имел кожный покров, пробить который рукой было невозможно
Прошло десять минут, четверть часа, полчаса, а они все еще крутили спираль дуэли друг возле друга, окруженные кольцом подоспевших к финалу десантников основного отряда. Наконец Ставр начал выдыхаться. Пси-резерв его был на исходе, а на сверхскорости он уже не мог работать в полную силу. Все его удары достигали цели, но практически не травмировали Джезенкуира, тело которого было заковано не только в прочный мышечный каркас, но внутри, под мышцами, имело еще и хитиновый панцирь. В течение всего изнуряющего боя так и не удалось определить уязвимые места монстра.
Тогда Ставр начал отступать, вспоминая все приемы из той системы боя, также записанной Греховым, которые человеку Земли невозможно было изучить и применить из-за специфики строения тела разработчиков этой системы. И он нашел ответ! Правда, когда сил уже совсем не осталось.
Уязвимым местом эмиссара были его ноги! Именно в них прятались главные нервные узлы, защищенные мощными мышцами и костно-панцирным каркасом. Не приходилось теперь удивляться, почему Джезенкуир использует ноги так редко и неохотно, а ведь удар каждой весил не менее двух тонн!
«Молодец, эрм!» – просочилась извне чья-то мысль.
Это сказал Грехов, знавший особенности строения тела эмиссара, но не имеющий права сообщать это своему товарищу во время боя.
Ставр изменил тактику, раз за разом как бы «проваливаясь» в защите и «случайно» попадая по ногам эмиссара то рукой, то ногой. Третий его выпад нашел болезненную точку на колене Джезенкуира, и тот вскрикнул, отпрыгивая назад на добрых четыре метра.
Еще дважды успел попасть Ставр по этому месту, как ни ухитрялся противник защищать колено, а потом нанес сильнейший удар – с выплеском лавины энергии, последней, что оставалась, – по другому колену, точно рассчитав точку приложения силы. Ребро ладони с хрустом смяло бугор над коленной – не чашечкой, как у человека, а вилкой, и Джезенкуир заверещал, упал, откатился с воплем, подхватился на ноги, снова упал и… хромая, бросился бежать к «беседке». Один из камней, лежащих возле нее, вдруг раскрылся, эмиссар нырнул в отверстие, как в воду, но уйти не успел: длинная белая молния разряда компакт-преобразователя догнала его, обдав всех близстоящих волной адского холода, и Джезенкуира, Добивающегося Милости, эмиссара ФАГа в Солнечной системе, не стало!
– Все, – сказал Грехов будничным тоном; стрелял он. – Пора заканчивать с этими детскими игралками в непревзойденных мастеров боя. Тот, кто придет ему на смену, не станет играть с нами на этом уровне.
– Кто придет? – угрюмо поинтересовался Железовский.
– Эмиссар второго порядка, отвечающий за всю Галактику. И боюсь, справиться с ним будет очень нелегко, если вообще возможно. Пора в путь.
– Ку-да? –
Грехов подошел к нему, подставил плечо.
– За помощью, мальчик. Я не знаю, где сейчас Конструктор, да и куда ушли Сеятели, но стоит попытаться обратиться к ним за помощью. Пойдешь со мной? – Ставр закрыл глаза. Сил ответить «да» у него не было.
Часть вторая
ВОЙНА ЗАКОНОВ. ПАНКРАТОВ – ГРЕХОВ
КОМАНДА
Два дня десантники приходили в себя после боя на базе эмиссара. Правда, делали это они в разных местах: Железовский в своем бункере с женой и внучкой, Прохор Панкратов у себя дома, также опекаемый женой, тестем и тещей Анастасией, и лишь Ставр и Герцог остались на базе, где приняли участие в исследовании гигантского корабля эмиссара, захваченного без особых трудов десантом землян. Джезенкуир был слишком уверен в своих силах и не допускал мысли о захвате, поэтому не успел дать команду инку базы на самоуничтожение.
Несомненно, во время боя его поддерживали, подпитывали пси-энергией эгрегоры помощников: Алсаддана, Шан-Эшталлана и Еранцева, потому что сразу после его гибели фоновый «шум» пси-поля, вызывающий у рядовых десантников обмороки и головные боли, ослабел и вскоре сошел на нет. База оказалась в руках людей, и ее решили сделать естественной резиденцией «контр-3», оставить в Солнце, изучить и приспособить для своих нужд. А изучать там было что: база оказалась многомерным объектом и скрывала в себе мир, эквивалентный по объему и массе таким космическим объектам, как системы солнечных преобразователей энергии, опоясывающие Солнце, разве что мир этот был сложнее и таил неисчерпаемые запасы технологических решений, к которым земная наука только подбиралась.
Ставр и Герцог испытали истинное наслаждение в исследовательских походах по базе, удивляясь больше не высочайшему уровню чужой науки и техники, а тому обстоятельству, что все это великолепие было использовано ради негодных целей, во зло. Вопрос: почему эмиссар, существо, принадлежащее данной метавселенной, решил выступить на стороне ФАГа? – остался открытым.
«Если только он лично не встречался с Фундаментальным Агрессором и тот его не закодировал», – сделал резюме Герцог, когда они с Панкратовым вернулись из очередного разведрейда.
Ставр покачал головой.
«Уровень владения полем Сил у эмиссара таков, что внушить ему что-то не представляется возможным. Хотя, с другой стороны, что мы знаем о возможностях ФАГа?»
«Или даже о возможностях эмиссара второго порядка, которым нас пугает Грехов?»
«Едва ли пугает, он знает, Пауль. Габриэль – экзоморф, и его возможности также лежат за гранью моего воображения. Уверен, он и с эмиссаром-2 справился бы, да только видит дальше и желает добраться до главного, до короля. Пешки и другие фигуры его не интересуют».
Герцог хмыкнул, разглядывая лицо Ставра, отливающее металлическим блеском.
«Не буду спорить. Как ты себя чувствуешь?»
«Я быстро восстанавливаюсь, все нормально».
«Он взял тебя в свою команду? Когда вы отправляетесь в путь?»
«Пока не знаю, он даст сигнал».
«Желаю удачи, эрм. Хотел бы и я пойти с вами, да на Земле дел невпроворот. А уж если появится новый эмиссар…»
Ставр встретил взгляд Герцога и поежился. Пауль тоже хорошо видел будущее и знал, какие испытания выпадут на его долю и на долю друзей.