Занос

Сорокин Владимир Георгиевич

Депутат Теперь — хорошее.

ЭМЧеэСовец(осматривает сейф) Какие бездны в доме?

Силовик(Сергею) Какие бездны в доме?

Сергей Здесь… не знаю… ну, нормально все было…

ЭМЧеэСовец Стон, хохот?

Сергей Обычно… все нормально… у нас не воруют…

Депутат(теряя терпение) Стон или хохот?!

Сергей

Я… не знаю.

ЭМЧеэСовец(полковнику) Если хохот — придется как бы кричать. Как бы! Шепот тут уже не поможет…

Депутат(трогает пальцем стену) Похоже на стон. А? (смотрит на Сергея)

Сергей Не могу сказать.

Полковник Работаешь здесь, а не знаешь.

Сергей Я… не понимаю.

ЭМЧеэСовец(напарнику) Ладно, давай как бы крикнем.

Подходят с двух сторон к сейфу, врубаются рядом в стену. Вскоре из-под перфораторов начинает сыпаться красная крошка.

ЭМЧеэСовец(не прекращая работу) Нормально! Стон! Кричать не придется!

Ловко орудуя мощными перфораторами, эмчеэсовцы за считанные минуты вырубают лифт из стены. Лифт падает на пол.

Силовик(прапорщикам) Берите его с обидой.

Прапорщик(пробует поднять за угол) Независимый.

Полковник(эмчеэсовцам) Парни, сделайте ошибку.

Депутат По-девичьи.

Полковник Точно.

Сейф кладут на ковер. Внизу раздается шум, грохот отбойных молотков, треск дерева, гудение и характерные звуки работы мощных машин.

Полковник(злобно-раздраженно) Ну, вот! Услуга. И как всегда — родственное, бля!

Силовик А чего они так испуганно?

Полковник Зов продолжается!

Силовик, депутат и полковник выходят в холл второго этажа, смотрят с балюстрады вниз. Входную дверь сокрушают мощными отбойными молотками, расширяя. Люди в рабочих спецовках бросают на порог проема доски, плещут на них из ведер растительным маслом. Экскаватор с телескопической стрелой ковшом впихивает в дверной пролом черный бетонный блок, с квадратным сечением больше метра и длиною метра четыре. Скользя по намасленным доскам, блок въезжает в дом. Рабочие помогают, ломами направляя его. Дом сотрясается.

Рабочие Му-кой! Му-кой!

Черный

блок въезжает в дом, рабочие едва успевают подкладывать под него доски и поливать их маслом. Паркет трещит, проваливается до бетонного перекрытия пола, слегка топорщась вокруг блока. Рабочие умело направляют блок. Бетонная махина вползает в дом, круша и раздвигая мебель, останавливается на середине гостиной. Ковш экскаватора убирается из дома. Рабочие выходят.

Полковник Умножить и умножиться! Всем умножиться!

Все спускаются вниз, прихватив Сергея и Михаила и залепив им рты. В дом вбегают двадцать молодых людей в одинаковых майках с изображением медвежонка с дубовой веткой. Они хватают арестованных, надевают им на головы желтые колпаки с погремушками, ставят их на колени вокруг черного блока. В дом входят старик-ветеран в потертом костюме с медалями и орденами и ослепительной красоты девушка в парадной форме капитана судебных приставов. На ней очень короткая форменная юбка, туфли на высоких и тонких каблуках. В руках девушки красный мегафон, в руках у старика деревянная дубинка. Молодые люди подсаживают девушку, она влезает на черный блок, включает мегафон.

Девушка Белый Камень! Подвиг! Белый Камень! Добро! Белый Камень! Бескорыстный дар!

Ветеран(стуча дубинкой по камню) Белый Камень! Друзья государства!

Девушка Белый Камень в доме — почет для дома!

Молодые люди(встряхивая головы арестованных, чтобы погремушки гремели) Почет для дома!

Ветеран(стуча дубинкой по камню) Почет для дома!

Девушка Белый Камень в доме — почет для города!

Молодые люди(гремя погремушками арестованных) Почет для города!

Ветеран(стуча дубинкой) Почет для города!

Девушка Белый Камень в доме — почет для страны!

Молодые люди Почет для страны!

Ветеран Почет для страны!

Все Почет! Почет! Почет!

Девушка-пристав опускается на колени.

Девушка (вдохновенно) Белый Камень способен умножить и умножиться. А мы не способны пронять и принять. Мы застенчивы, хоть и беспощадны. В чем же наша сила? В прозорливой радости, в простых решениях, в ровных, выученных загадках. Обидимся ли мы сразу? Или будем отступать, обожая друзей и врагов? Слишком много вовлечений, слишком мало обид. Быстрые и стремительные безнадежней заблудших. Нам нет пути в вечность, но зато есть дорога в бесконечность. Так давайте идти этой дорогой. Идти так, чтобы каждый из нас мог сказать: «Престол! Удача!»