Западня
Шрифт:
– Возьми-ка, - попросил Веснушка, бросая полевку к лапам Кривушки.
– Понимаешь, Митци никого не подпускает к своим котятам, просто на дыбы встает, стоит ей учуять чужой запах. Я думаю, она будет меньше шипеть, если увидит, что гость пришел с угощением.
Последние слова он договорил на бегу, кубарем скатываясь вниз по склону.
– Иди же!
– позвал он, не оборачиваясь.
Кривушка подобрал полевку и с некоторой опаской потрусил за своим провожатым. Вскоре он очутился на небольшой полянке, со всех сторон окруженной золотыми шуршащими
Четверо крохотных котят возились у нее под животом. При виде полевки, болтавшейся в зубах у Кривушки, кошка сморщила нос.
– Ты кто такой?
– настороженно спросила она.
Кривушка, не приближаясь, бросил ей полевку.
– Меня зовут Кривушка, я из Речного племени. Митци немедленно вздыбила шерсть.
– Что тут делают воители?
– набросилась она на Веснушку.
– Зачем ты привел его сюда? Когда я в последний раз была на ферме, воителями там и близко не пахло!
– Она встревожено огляделась по сторонам.
– Где его сородичи?
– Нет тут никаких сородичей. Он пришел один. Митци повела усами.
– Один? Мне кажется, он маловат для того, чтобы в одиночку бродить так далеко от дома! Ведь воители, если мне память не изменяет, живут на пустоши, верно?
– Мое племя живет на берегу реки, - подал голос Кривушка.
– Это за пустошью.
Митци обхватила хвостом своих котят, прижала к себе.
– И ты пришел оттуда совсем один?!
– Он идет к Угрюмому камню, - вставил Веснушка.
– К Лунному!
– поправил его Кривушка. Крохотная черная малышка выкатилась из-под материнского хвоста и с любопытством поглядела на Кривушку своими круглыми зелеными глазенками.
– Что за Лунный камень?
– пропищала она.
– Там луна живет, да?
– Это еще что такое?
– добродушно заворчала Митци.
– Вежливые котята сначала представляются, а уж потом задают вопросы!
– Ой, простите, - смутилась малышка.
– Меня зовут Сажа!
– Привет, Сажа, - промурлыкал Кривушка. Впервые после несчастного случая на переправе он почувствовал себя большим и сильным.
– Так живет там луна или нет?
– пропищала Сажа.
– В камне?
– Нет, - рассмеялся Кривушка.
– Я никогда не видел Лунного камня, но слышал, что он белый-прибелый, и становится серебряным под луной. Наши воители ходят к нему, чтобы побеседовать с предками.
Митци выбралась из своего гнездышка и с наслаждением размяла затекшие лапы.
– Ты присмотришь за ними, пока я поем?
– спросила она Веснушку.
– Я могу поиграть с ними!
– вызвался Кривушка.
Митци покосилась на брата.
– Он хороший кот, - горячо заверил ее Веснушка.
– Разве я привел бы к тебе плохого?
Митци отряхнула свою черную шерстку.
– Кот, скажешь тоже!
– проворчала она, косясь на Кривушку.
– Он еще котенок, да худой какой! Это ж надо лисье сердце иметь, чтобы отпустить такого кроху одного в такой путь!
– Она ласково кивнула Кривушке и с жадностью
Кривушка подбежал к котятам. Они сначала с писком бросились во все стороны от него, но потом осмелели и подошли поближе, чтобы обнюхать гостя.
Серый котенок, задрав голову, посмотрел Кривушке в глаза.
– А где твоя мама?
– Она осталась в лагере, - ответил Кривушка.
– Как тебя зовут?
– Ой, я тоже невежливый, - смутился малыш.
– Меня зовут Туманчик, вот как!
– А меня - Перчинка!
– пропищала серебристо-серая малышка с белой грудкой и белыми носочками на лапках.
– А еще какие камни бывают?
– пропищал черно-белый котик, расталкивая носом остальных.
– Угрюмый бывает, лунный бывает, значит, еще бывает веселый и солнечный? Возьмешь нас с собой туда?
– Не говори глупости, Сорочонок!
– Митци строго посмотрела на своего расшалившегося сыночка.
– Ты еще мал, чтобы отходить от гнезда!
– Внезапно Сорочонок сипло раскашлялся, сотрясаясь всем телом. Митци напряглась, не сводя глаз с него.
– Все кашляет и кашляем, ума не приложу, что делать, - пожаловалась она Веснушке.
Кривушка повел ушами.
– У нас в племени есть целительница, - осторожно заметил он, - так вот, она дает котам от кашля мать-и-мачеху.
– Поймав вопросительный взгляд Митци, он пояснил: - Это растение такое.
– Мать-и-мачеха от кашля?
– нахмурилась Митци.
– Никогда о таком не слыхала.
Кривушка покосился на Сорочонка, который продолжал давиться сухим кашлем.
– Ежевичинка - так зовут нашу целительницу - говорит, что нужно разжевать листья в кашицу, проглотить сок, а жвачку выплюнуть.
– По-моему, надо попробовать, - взмахнул хвостом Веснушка.
– От мать-и-мачехи худа не будет, а вдруг поможет? Я видел мать-и-мачеху возле дороги у фермы, могу принести немного.
Митци кивнула, и Веснушка опрометью бросился в поле. Когда колосья снова сомкнулись за его спиной, Митци подошла к Сорочонку, подняла его за шкирку и уложила перед собой.
– Как ты, малыш?
– ласково промурлыкала она. Сорочонок задержал дыхание, чтобы не раскашляться, поежился. Митци лизнула его между ушками, потом виновато посмотрела на Кривушку.
– Ох, даже вылизать моего малыша как следует не могу, так во пасти пересохло, - пожаловалась она.
– Веснушка говорил, что вы страдаете от жажды, - торопливо выпалил Кривушка.
– Хотите, я пригляжу за вашими котятами, пока вы сходите напиться?
Митци покосилась на поле, в котором скрылся Веснушка.
– Брат обещал присмотреть за ними.
– Вернется и присмотрит, - не стал спорить Кривушка.
– А я пока научу их играть в моховой мяч, - предложил он, страстно желая, чтобы Митци согласилась. Теперь, когда Кривушка хорошо разглядел ее, он видел, как исхудала и измучилась эта бедная кошка. Шутка ли - одной выхаживать четверых котят, надеясь только на брата, который приносит еду, да отпускает напиться!