Западня
Шрифт:
– Что случилось?
– Идем!
– вместо ответа повторил Желудь.
– Да скажи нам, в чем дело!
– воскликнула Верболапка.
Желудь, не отвечая, подхватил в зубы одного из валявшихся на гальке карпов, и помчался в сторону лагеря.
Криволап пожал плечами.
– Ладно, идем!
– сказал он Верболапке.
– Сейчас сами все узнаем.
Они тоже взяли по рыбе и побежали следом за Желудем.
Когда рыболовы выскочили из зарослей осоки, то увидели, что все племя уже в сборе. Запыхавшийся от бега Желудь стоял возле Ракушечника,
Криволап бросил рыбу в кучу добычи, Верболапка сделала то же самое и села возле сестры. Криволап протиснулся между Ракушечником и Желудем.
– Что случилось?
– шепотом спросил он.
– Слушай!
– оборвал его глашатай.
Оказывается, Ледозвезд уже начал свое обращение.
– …поэтому в самую темную ночь этого месяца мы вернем себе Нагретые камни!
«Наконец-то!»
Желудь хлестнул себя хвостом, Ракушечник взрыл когтями песок, а все племя разразилось одобрительными возгласами.
– А если мы снова потерпим поражение?
– спросил Волнорез, но его вопрос утонул в возбужденном мяуканье и воплях племени. Но упрямый Волнорез выждал время и повторил свой вопрос, на этот раз громче.
– Что если нас снова с позором отправят домой?
Коты разом примолкли, на поляне воцарилась тишина.
– На этот раз не будет ни битвы, ни позора, - громко ответил Ледозвезд. Он задрал голову, посмотрел на белую убывающую луну, с любопытством глядевшую с бледного неба на лагерь.
– Когда луна совсем уменьшится, превратившись в тонкую шерстинку, мы переправимся через реку и установим новые пограничные метки.
– А если Грозовые коты сделают вид, что ничего не заметили, и просто заново пометят наши камни?
– встрепенулся Чащобник.
Коты взволнованно загудели.
– Мы будем помечать Нагретые камни столько раз, сколько потребуется, чтобы наши соседи поняли и приняли нашу волю!
– ответил Ледозвезд.
– Если же они все-таки захотят оспорить это решение силой - что ж, пусть попробуют!
– Он в упор посмотрел на Криволапа.
– На этот раз Речное племя сможет за себя постоять!
Речные коты снова радостно завопили, а Криволап непонимающе склонил голову. Почему Ледозвезд посмотрел на него? Что это значит? Неужели предводитель сомневается в том, что он сможет показать себя в бою?
– Вчера один наш оруженосец спас жизнь своей соплеменнице, - продолжал Ледозвезд, разом заглушив все пересуды и возгласы.
Речное племя притихло. Криволап вскинул голову.
– Мне кажется, речь о тебе, - тихонько промурлыкал ему на ухо Желудь.
– Криволап!
– зычно позвал Ледозвезд, поманив хвостом растерявшегося оруженосца. Глаза предводителя сияли, усы воинственно торчали во все стороны.
– Я хочу, чтобы все племя видело нашего героя! Да, наш Криволап еще не закончил свое обучение…
С бьющимся сердцем Криволап вышел на середину поляны. Ежевичинка мрачно смотрела на него, выпустив когти. Моросинка туго обвила хвостом лапки и отвернулась. Жуконос, презрительно кривясь,
Но Ледозвезд решительно подошел к Криволапу и остановился рядом.
– Но я не желаю больше ни на день откладывать церемонию его посвящения в воины!
Земля покачнулась под лапами Криволапа. Сердце у него подпрыгнуло, затрепетало и забилось где-то в горле. Ледозвезд решил посвятить его в воители! Сейчас состоится его воинская церемония!
– Я хочу, чтобы Криволап вошел в патруль, который первым установит новые пограничные метки на Нагретых камнях!
– продолжал Ледозвезд и вдруг осекся, лукаво поглядев на притихшего Криволапа.
– То есть… что я говорю? Не Криволап, а Криворот!
На этот раз коты вопили так громко и так долго, что, наверное, перепугали всю рыбу в реке.
Криворот! Криворот! Криворот!
Криворот со слезами на глазах смотрел на свое племя. Радость звездами расцветала у него под шкурой. Потом его обступили со всех сторон, все мяукали, хлопали его хвостами по плечам, поздравляли и снова хлопали. Он оглох и ослеп от шума и поздравлений. Верболапка так громко мурлыкала ему на ухо, что он ничего не слышал.
– Вот молодец!
– поздравил его Можжевельник и потерся носом о макушку своего бывшего ученика.
– Я знал, что ты давно достоин этого!
Криворот слабо улыбнулся, расслышав нескрываемое облегчение в голосе Можжевельника.
– Радуешься, что избавился от меня?
– промурлыкал он.
– Думаешь, легко учить кота, который и без меня все знает?
– беззлобно махнул хвостом наставник.
– Ты… извини меня, - пролепетал Криворот, смущенно втягивая голову.
– Я не хотел создавать тебе трудности…
– Да я шучу, дуралей, - весело замурлыкал Можжевельник.
– Ты был замечательным учеником, я горжусь тобой. И очень хочу верить, что все-таки сумел хоть чему-то тебя научить.
– Конечно!
– горячо воскликнул Криворот.
– Я всю жизнь буду благодарен тебе за науку!
– А я уверен, что тебе предстоит еще многому научиться, - сказал Ракушечник, с нескрываемой гордостью глядя на своего сына.
Желудь кругами бегал вокруг брата, урча без остановки.
– Наконец-то мы оба стали воинами!
– урчал он, пихая Криворота плечом.
– Представляю, как тебе не терпится перебраться в воинскую палатку! Я уже поговорил с Чистозубом, он готов подвинуть свою подстилку, чтобы дать тебе место возле меня. Вот заживем!
– Поздравляю, - процедил Жуконос, помахивая хвостом.
– Наконец-то ты тоже чего-то добился!
Криворот, не дрогнув, выдержал его взгляд.
– Надеюсь, ты искренне радуешься тому, что теперь у тебя появится еще один серьезный соперник, помимо Желудя, - сказал он.
– Будет с кем соревноваться!
Неожиданно он заметил знакомую фигуру, мелькнувшую на краю поляны.
Подняв голову, Криворот прошел сквозь толпу и остановился возле Моросинки. Она не шевельнулась при его приближении, только сощурила глаза и сжала зубы.