Западня
Шрифт:
— Решено, вноси исправления, распечатывай и снова тащи сюда.
Лерой забрал документы и ушел.
Ждать майору пришлось недолго, скоро весь пакет был у него.
— Так, запросы, привязка и схема доставки… — бормотал майор, перебирая документы. — Спасибо, Лерой, можешь быть свободен.
Когда оперативник ушел, Гастон положил документы в тонкую серую папку, а ту, в свою очередь, сунул в массивную коричневую.
Затем достал из кармана небольшой диспикер и соединился с сотрудником одного из отделов. Даже в стенах «конторы»
— Это я, — просто сказал майор. — Через три минуты на прежнем месте.
— Хорошо.
Выйдя из кабинета, Гастон поднялся на лифте, прошел по пустынному коридору, остановился и, оглядевшись, толкнул дверь туалета.
Возле зеркала причесывался его агент, который, казалось, даже не обратил на вошедшего внимания.
Майор достал серую папку и положил ее на край раковины. Затем пригладил волосы и вышел в коридор.
Оставшись один, агент еще какое-то время старательно правил свой пробор, а затем, словно утомившись, убрал расческу и, подхватив оставленную майором папку, отправился к себе в отдел.
Войдя в большую комнату, где помимо него работали еще несколько человек, он сел за стол и, приоткрыв папку, увидел вложенный листок с надписью «на вынос». Это означало, что материал содержит дезинформацию и его нужно доставить к «проколотому» сотруднику. Им был один из младших клерков курьерского отдела.
Переложив документы в непрозрачный конверт из плотной коричневой бумаги, агент Гастона поднялся и направился к двери.
— Ты куда, Хейфиц? — спросил его начальник сектора. — У тебя еще двадцать папок не обработано!
— В курьерский отдел! Через минуту вернусь!
Иногда здесь требовалось говорить правду, ведь его могли проверить. В «конторе» все друг за другом присматривали. Иначе было нельзя.
Спустившись на четыре этажа, Хейфиц заглянул в приемную курьерского отдела, но нужный ему «проколотый» приемщик был занят — принимал отчетную документацию хозяйственных служб.
Следовало подождать, Хейфиц остался в коридоре.
К отделу подошел еще один сотрудник с парой пакетов в руках.
— Вы ждете очереди? — спросил он Хейфица.
— Нет, заходите, там есть свободный приемщик.
Наконец хозяйственник, тяжело отдуваясь, вышел из приемной. Хейфиц посторонился, пропуская его, и вошел внутрь.
Белобрысый парень с веснушками скучающе смотрел в потолок, но, увидев очередного клиента, оживился.
— Вот, пожалуйста. Отправьте адресату 1-027Q, — сказал Хейфиц, кладя пакет на стойку.
Клерк тотчас переложил документы в еще один самозаклеивающийся пакет — именно в таких и производилась доставка. Пустой пакет, следуя инструкции, он тотчас сунул в уничтожитель для бумаг. Хейфиц наблюдал, как режущая машинка вздрогнула и выплюнула в прозрачную ванночку бумажную лапшу.
Между тем, даже едва взглянув на документы, клерк примерно понял, о чем там говорилось. Хейфиц заметил, как у приемщика от волнения чуть порозовели
— Распишитесь вот здесь, сэр.
Хейфиц расписался и со вздохом облегчения покинул курьерский отдел.
41
Белобрысый приемщик курьерского отдела знал несколько способов, как добраться до содержимого секретных папок. Один из них заключался в том, что под клеящуюся поверхность пакета незаметно подкладывался листочек вощеной бумаги.
Сверху он ударял по пакету специальным штампом, и у посетителя складывалось впечатление, что документы запечатаны. Однако это было не так.
Если кто-то оставался поблизости, мешая просмотреть документы, злоумышленник оставлял пакет на сортировочном столе — якобы забыл положить его в нужную ячейку, затем, улучив момент, быстро его открывал и просматривал документы.
На то, чтобы запомнить текст о перевозке заключенного и зрительно «сфотографировать» схему доставки, у него ушло чуть более полминуты.
После этого пакет лег в нужное отделение шкафа, а его содержимое осталось в голове клерка. Дождавшись окончания смены, он отправился домой, наслаждаясь хорошей погодой, стоявшей в Селтике вот уже целую неделю.
В небольшой квартирке клерк запер дверь на четыре замка и принялся переносить текст на экран ваквантера. Перечитав то, что получилось, шпион остался доволен своей работой и, порывшись в архивных файлах, нашел подробный план города.
Прямо на него он перенес маршрут следования тюремного автомобиля. Что касалось персоны важного заключенного, то шпион уже догадывался, кто это мог быть, однако решил убедиться в этом и, открыв еще один архивный файл, обнаружил нужное соответствие — «12-534 — Рамон Альварес».
Звезда бернардийской разведки, он попал в руки лигийских контрразведчиков совершенно случайно.
Одно время ходили слухи, что он умер в тюрьме, но теперь становилось ясно, что эти слухи распространяли лигийцы, решив использовать ценного узника, когда бернардийцы свыкнутся с мыслью, что все секреты Рамона Альвареса умерли вместе с ним. Хитро придумано, очень хитро!
Шпион глубоко вздохнул, чувствуя душевный подъем. Он и не мечтал, что когда-нибудь сумеет сделать что-то огромное, глобальное…
Зашифровав файл с информацией, белобрысый клерк присоединил к ваквантеру лазерный передатчик и укрепил его на окне. Затем, сверившись с часами, начал осторожно изменять настройки, чтобы объектив передатчика встал на нужный угол и передача не ушла в пустоту.
Убедившись, что направление выбрано точно, клерк нажал клавишу, и передатчик «выстрелил» сжатым сигналом, который унесся далеко в космос и там запутался в сетях огромной приемной антенны.
Файл тут же был переправлен по назначению, и кодировщики бернардийской разведки принялись за дело. Спустя несколько минут зарегистрированные документы легли на стол начальника отдела.