Шрифт:
Элинор Фарджон
Западный лес
I
Я знаю, ты нежнее,
Чем травка на лугу,
И, как звезда, ты светишь
Попавшему в пургу.
Тоскую я о травке,
Мечтаю о звезде,
А кто ты, я не знаю,
Тебя ищу везде.
Как только молодой король дописал последнее слово в своем стихотворении, горничная Селина постучала в дверь.
– В чем дело, Селина?
– нетерпеливо отозвался король.
– Ваши министры хотят Вас видеть, - сказала Селина.
– Зачем?
– спросил король.
– Они не говорят, - сказала Селина.
– Ну,
– Мне нужно лестницу мыть.
Король тяжело вздохнул, отложил ручку и вышел. Когда он спускался вниз, Селина сказала:
– Пока Вы разговариваете с министрами, я бы убрала Вашу комнату.
– Пожалуйста, только не трогай ничего на столе. Вечно я должен тебе говорить.
Селина сказала лишь:
– О, да ладно. Осторожней на лестнице с прутьями для ковров.
– С какими прутьями? Их же там нет.
– Почему я и говорю, - сказала Селина.
"Порой мне кажется, Селина не в своем уме", - сказал себе молодой король и подумал, как часто думал, не следует ли ее уволить. Потом он вспомнил, как всегда вспоминал, что она была Подкидыш и Найденыш - ее нашли на ступеньках Сиротского дома, когда ей был месяц от роду, там ее и воспитали. Когда ей сровнялось четырнадцать лет, она явилась во дворец с жестяным сундучком для одежды и пробыла здесь уже пять лет, трудами проделав путь от буфетной до Парадных Опочивален. Если уволить ее, другого места ей никогда не найти и придется вернуться в Сиротский дом и провести там остаток жизни; поэтому король просто сердито взглянул на Селину и стал осторожно сходить по ковру на лестнице без прутьев для ковра в Зал Совета.
Королевству требовалась королева, и министры пришли это сказать молодому королю. Но, сказали они, разумеется, она должна быть принцессой.
– Какие поблизости есть принцессы?
– спросил молодой король по имени Джон, поскольку, как сказал старый король-отец, когда он родился, Джон имя дельное и безо всяких шуток. В шутки в королевстве Делувремя не верили и жили, уткнувшись в свое дело носом, так что ничего дальше носа не видели. Но знали свое дело не на шутку; делом министров было женить короля на принцессе, делом же короля было на ней жениться. Джона воспитали с понятиями, и поэтому, когда дело стало за ним, он не стал волноваться, а просто спросил:
– Какие поблизости есть принцессы?
Премьер-министр справился по списку.
– Принцесса Северогорская, в стране, расположенной сверху, если смотреть на карту, от Делувремя. И принцесса Южноморская, из страны, ниже нашей на карте. А вот еще принцесса Восточноболотная, справа от нас. Ваше величество может посватать любую из них.
– А Западный Лес, который слева от нас, у них что, нет принцессы? спросил Джон.
Министры приняли серьезный вид.
– Не знаем, Ваше величество, что там на Западе, на нашей памяти никто никогда не был за забором, который стоит между нами и той страной. Насколько мы знаем, Западный Лес это безотрадная пустыня, где обитают ведьмы.
– А может, это богатый зеленый край, где живут красавицы принцессы? сказал король.
– Завтра я там поохочусь и посмотрю сам.
– Сир! Это запрещено!
– в тревоге вскричали министры.
– Запрещено...
–
– Но почему?
– спрашивал он свою маму.
– Там тебя поджидает опасность, - говорила мама.
– Какая опасность, мама?
– Этого я не могу сказать тебе, потому что сама не знаю, - говорила мама.
– Тогда откуда ты знаешь, что там опасно?
– Это все знают. Каждая мать в нашей стране предупреждает своего дитя об этом, вот и я предупреждаю тебя. В этой Западнолесной стране есть что-то странное.
– Но, может быть, оно не опасное, - сказал он, тогда еще принц; и то странное, что было в Западнолесной стране, чего никто не знал, запало ему в душу и притягивало его так, что однажды он убежал и пытался войти в лес. Когда он добрался до него, он увидел высокий деревянный забор, слишком высокий для ребенка, чтобы глянуть поверх, и слишком частый, чтобы заглянуть сквозь. Забор загораживал всю ту часть Западного Леса, что граничила с королевством его отца. Вдоль всего забора, у которого был вид, словно он стар как мир, дети прижимались носами и старались просунуть пальцы, приседали и вставали на цыпочки, пытались найти щель, пытались вытянуться повыше. Маленький принц тоже прижимался носом и приседал, тянулся и заглядывал. Но все было напрасно: забор был слишком высоким и слишком тесно сколоченным. Принц вернулся во дворец горько разочарованным и отыскал маму.
– Кто поставил забор вокруг Западнолесной страны?
– спросил он.
– О, - вскричала она в отчаянии, - и ты тоже там побывал. Никто не знает, кто и когда поставил забор, это уже не на людской памяти.
– Я хочу, чтобы его убрали, - сказал принц.
– Но его поставили, чтобы защитить тебя, - сказала она.
– Защитить меня от чего?
– спросил маленький принц.
Но поскольку она не знала сама, она не могла сказать и ему, поэтому только покачала головой и прижала палец к губам.
Хотя забор и защищал, все мамы королевства предупреждали своих детей об опасности, поджидающей их за забором; и дети всегда сразу бежали поискать щель в заборе и туда заглянуть. Ни один ребенок в королевстве Делувремя не расставался с желанием попасть в Западный Лес, пока не вырастал, не женился и не заводил своего собственного ребенка. И тогда собственного ребенка он начинал предупреждать об опасности, которую сам никогда не видел.
Не удивительно, что когда Джон объявил, что пойдет охотиться в Западный Лес, министры испугались за своих детей. "Это запрещено!" - снова закричали они.
– Мама мне так сказала, когда я был мальчиком, - сказал Джон, - завтра мы поедем охотиться в Западный Лес.
– Ваше величество, все отцы и матери поднимутся против Вас, если Вы сломаете забор.
– Мы перепрыгнем через забор, - сказал молодой король, - и завтра будем охотиться в Западном Лесу.
Он пошел сказать Селине, чтобы она приготовила его вещи, и увидел, что она стоит около его стола, опираясь на швабру, и читает то, что он написал.
– Не смей читать!
– резко сказал король.