Записная книжка 69

Агутин Леонид

Она

Я написал трилогию,«Трилогику» о любви.В ней персонажа три:Он, она, их любовь.Потом написал двулогию,«Двулогику» потери.В ней персонажа два:Он и его любовь.Затем написал повестьБез логики совершенно.В ней персонаж один —Она.

***

Та дорога, что когда-то глянцевой была,Заплутала, захворала, мохом поросла.Заросла травой зелёной, в поле улегласьИ под небом опалённым в косы заплелась.На дороге-невидимкеУж и не найтиПоворотики-тропинки,Тайные

пути.Там по ним, храня сердечко от всего, всего,Ты бежала до крылечка, прям до моего.Потревожит летний ветерДавнюю печаль,Только до тебя забудет донести,А жаль…

***

Я б узнать хотел однажды,Растворившись в пыль мирскую,Кто мой стих прочёл бумажныйИ теперь сидит-тоскует,И смеётся непременно,И немного греет душу.Может, и пишу я скверно,Можно кое-что послушать,И немножечко корявоАпеллируя словами,Всё же я имею правоВоссоединиться с вами.

Посвящается Булату Окуджаве

Вы глядели хоть раз на АрбатРанним утром, пустым и угрюмым?Он спокойствию вовсе не рад,Хоть давно не является юным.Он лежит посреди тишины —Одинокая кошка на лавке,Словно выжили после войныТолько здания в серости зябкой.Разноцветный талантливый холстСловно смыла осенняя сырость,Как бы бросило войско форпост,Побросало оружье и скрылось.Ты стоишь и глядишь пред собойИ не веришь, что через мгновеньеЗабурлит непослушной рекойДолгожданное столпотворенье.

***

Стихотворение – не уравнение,Не абсолютная аксиома.Лишь субъективное озарениеВ рамках периметра своего дома.

Не спится

Как же я хочу спать,Как надоело это.Передо мной тетрадьИ самое позднее лето.Скоро придут холода,Осень придёт, в общем.Всякая ерундаДелает сон тощим.Всякая ерундаВсячески возникаетИ забирает сон —Лучшее забирает.А я во сне бы смогФильмами насладиться.Только один лишь БогЗнает, зачем не спится.

«Умная» жизнь

Моя жизнь, независимая от меня,Хоть и мною получена, —Я её наблюдаю день ото дня,И посему неразлучны мы.Она тащит упорно меня за собой,Но сберечь не пытается,Словно не понимая, что вместе со мнойСкончается.Я хочу её жить, я один у неё,Мне подаренной Матерью.А она себе думает что-то своёИ ко мне не внимательна.Я смотрю на себя —Я не автор спектакля, который провалится.Но, конечно, меня моя «умная» жизньСлушать не собирается.Я пытаюсь влезатьИ сценарий черкать,Чтобы после не мучиться.Только вот в чём беда:Она знает всегдаНаперёд, что получится.

Шел дождь

Шел дождь.Не то чтоб плакал и смеялся,Не слезы лил, храня девичью дрожь.И не из плена серого на руки крыш сорвался,А просто шел обычный мокрый дождь.Каналы

улиц, стих венецианский —Не то чтоб не до этой ерунды,Но табором спасаясь по-цыгански,Сберечь бы туфли, полные воды.Был город удивительно растерянИ люди так беспомощно малы.Машины, легкоходные доселе,Как танки или, что ли, как мулы.Не стал индустриальный мир гигантовОазисом тропических дворцов,Мечтателей, поэтов, музыкантов,А тупо – дождь и ветер прям в лицо.И ничего в стихии и тревогеНе близко вроде сердцу моему.Но я стоял, промокший, средь дорогиИ сам, дурак, не зная почему.

Пора

Яблоки ног прожилками,В груше руки игла.Лежит человек с дырками,Которому – пора.Более нет пакости,Чем чародейство лет.Лежит человек в статусеЧеловека, которого нет.

Мамочке

Ты меня любила,За меня болела,Молоко варила,На ночь грелки грела.Я под одеяломС видом безнадежнымМямлил что-то вялоИ глотал тревожно.Я хворал исправно,Ты читала книжку.Было очень славноБыть чуть-чуть врунишкой.Жить в своей квартиреСо своей ранимой,Самой лучшей в миреМамочкой любимой.

Вдохновение

Я будто внутренне застыл.На деле – двигаюсь спонтанно.Хватает радоваться силИ грусть становится желанной.Сама усталость не в зачет.Восход – сюрприз и откровение.Кому-то друг – надменный черт,А мне – простое вдохновение.Оно дарует мне любовь,Оно волнует, развращает.Оно приходит вновь и вновь,Хоть приходить не обещает.Оно спускается с небес,Берет тихонечко за душуИ говорит тебе: «Балбес,Закрой глаза и просто слушай».

«Рай»

Мы побывали в раю.Мы – это я и ребята.Ну, я тебе говорю:«Надо же жить когда-то».Рай на земле такой:Море в твоем оконце,Солнце живет с тобой,Личное твое солнце.Турки вокруг снуют,Нам они не мешают.Даже поесть даютИ «искренне» уважают.Странный такой ландшафт:Хвойные горы коржиком,В общем, на первый взглядТворчество чеха Грошека.Мы побывали там,Где надо бывать когда-то.Я говорил это вам?Мы – это я и ребята.

***

Если можешь сказать – говори,Говори – только очень немного.Разве взрослый Сент-ЭкзюпериНам оставил лишь детского Бога?Разве все мы пытаемся жить,Забывая, что ветхи и мелкиИ куда-то решились доплытьНа просрочившей сроки тарелке.Я хотел бы побольше сказать,Но «побольше» не знает прощения.Все пытаемся верить и лгать,И наивно искать искупления.Мы, прощенья пытаясь просить,Собираемся ждать до ответа.Непонятное «быть иль не быть»Нам дороже, чем проблески света.И, не видящий Бога в глазахУ иконы, расписанной Богом,Ты когда-нибудь вправе сказать:«Я ушел, меня нет, меня много».