Запределье 2
Шрифт:
— Очень, — кивнул Хаммер, уплетая жаренного хомяка, — Даже больше, чем когда я убивал стражника Иэна.
Глава 12. Наследство Хаммера. Часть 1
— Чего ты сделал?!?
Я как раз спускался с камня, но забыл даже вытянуть ноги и просто сверзился на четвереньки.
— Ты о чем, странн… бро? — Хаммер отвлекся от тушки синего хомячка.
Сев рядом с костром, я продолжал пялиться на Бога Крови, переваривая услышанное. Хаммер просто прилетел
— Ты убил Иэна? Ты и на Северной Заставе уже побывал?
— Ну да, — Хаммер пожал плечами.
— Зачем?
— Ну, бро, сначала стоит открыть все Заставы и отметить старейшин. У них тут нет жрецов древн…
— Я не об этом! Иэна зачем убил? Его больше нет?
Хаммер покачал головой.
— Нет. Я хотел забрать у него любовь, — он развел руками, — И Девана… Она почему-то повела себя странно.
Кователь выглядел так растерянно, что мне даже стало смешно.
— А ты чего ждал?
— Что любовь перекинется на меня.
Он вытащил откуда-то из-за спины шлем стражника. Обычный и круглый, с мягким подкладом, и свисающей с боков железной плетенкой для защиты шеи.
— Я вот одел даже, думал, в нем дело…
— Так, погоди, — я потер щеки, пытаясь вернуть себе самообладание, — То есть, все твои задания отменяются? Ну, разрушить любовь и все такое?
— Бро, я не мог ждать! Мне нужна сила.
— Ну, и как, получил?
— Нет. Не понимаю, что нужно для этого сделать.
Хаммер раздраженно вросил в костер палочку, оставшуюся от грызуна.
— Так ты влюбился в Девану? — с ходу спросил я.
Я задал вопрос, хотя в душе для меня вся эта беседа была дикостью. Ну, это же компьютер, кому я объясняю? Даже как супер-интеллект, он всегда действовал в рамках своих запрограммированных целей.
Раньше Бог Крови был помешан на жертвах, заключал сделки. Потом, когда с ним наигрались продажные админы, пытаясь натравить на меня, ему понадобилась сила. Откуда он понахватался всего этого, я не знал. Но ему вдруг захотелось познать мощь «дружбы» и «любви».
Гном задумчиво смотрел на меня.
— Влюбился? — он закатил глаза, пытаясь понять, что это значит.
Пятерня гнома исчезла в рыжей бороде, и он вытащил оттуда стрелу. Даже стало забавно, как Хаммер вытаскивает вещи из инвентаря — все время из разных мест.
— Вот стрела Деваны… — показал он мне.
— Она тебя пометила?
— Нет, я вытащил ее из кривоклыка, — Хаммер покачал головой, — Нельзя давать себя пометить.
— Почему?
— Это сила древнего титана, — он потряс стрелой, — Мы, темные эльфары, хоть и боги, но нам не все подвластно.
Я взял стрелу из рук кователя. Помнится, когда я заходил в дом к Деване возле Сафиры, она мотала
— Так что такое «влюбился»?
— О-о-о… — я застонал, хлопнул себя по лбу, и горько засмеялся.
Ну почему мне достался Скайнет, который не коды к ядерным боеголовкам пытается получить, а страдает такой фигней? Я не подписывался вести философские разговоры. Не мое это.
— Смотрю, тебе весело? — спросил Хаммер и потянулся за молотом.
— Та-а-ак, — протянул я, поднимая ладони, — Нельзя же вечно меня убивать.
— Почему?
— Потому что это разрушит силу нашей дружбы.
Хаммер даже испуганно убрал руку от оружия.
— А у нашей дружбы есть сила?
— Еще какая, — усмехнулся я, — Ты вот мне друг?
— Да, бро, — гном мотнул, рыжая борода дернулась.
— И я тебе друг. Так, где наша дружба, покажи?
Хаммер чуть подвис. Я даже понадеялся, что у него сейчас что-нибудь там клеманет, и Бог Крови вернется в обычное свое состояние.
— Не могу.
— Вот и любовь такая же. Ты ее не увидишь, не сможешь в руке подержать, а она есть!
Я выложил это все, как на духу, и замолчал. Все, хватит с меня на сегодня философских разговоров, я выжат как лимон. Кователь же растерянно уставился на стрелу в моих руках…
— А чем же дружба отличается от любви?
— Блин, — вырвалось у меня.
Вот хоть сейчас пиши админам, и пусть приходят и забирают своего пациента. Иначе он мне мозг вынесет.
Я даже закрыл глаза, надеясь, что вот сейчас меня наконец воскресят. Что там на Заставе происходит, интересно? И из группы я вышел, как назло. Где там мой верный служитель? Кракен даже в ус не дует. Уволю!
Хаммер выжидательно смотрел на меня. Его рыжая борода поблескивала в свете костра, а полированные доспехи искрились нулями, которые можно прибавлять к цене на аукционе за них. Бог Крови ждал ответа.
— Так, значит, — я устало потер подбородок, — Друг может быть не один, понимаешь? А любовь, она одна. Для тебя Девана должна быть самая красивая, самая… В общем, самая-самая.
Тут я замялся и понял, что больше объяснить не в силах.
— Понятно, — вдруг ответил Хаммер, — Если она станет самой-самой, я получу силу любви.
— Да, если она станет твоим центром Вселенной, — сказал я и даже мысленно похвалил себя: «Во как завернул!»
— Что? — гном удивился, — А как же я?
— В смысле?
— Мне нужна сила, бро. Я — центр великой силы и власти. Разве это не свобода?
Я засмеялся. До того забавно Хаммер строил фразы, рассуждая о великом, но при этом с такой наивностью.
— Нет, друг Хаммер, — ответил я, — Подписываясь на любовь, ты себя свободным уже не назовешь. В общем, сложно это…
Гном даже встал: