Зарисовки

Собко Константин

Спешно выкатив кресло в долину, солдаты отошли на почтительное расстояние.

– Ливлезия, сними повязку с глаз мужа! – прозвучал в динамиках сухой голос.

После того, как команда была выполнена, голос продолжил:

– Теперь, Камлион, ты и твоя «армия» будете жить здесь. Нравится эта планета – Терра?

Главный арестант посмотрел на траву и кусты, на плещущееся вдалеке море, на незнакомые созвездия и ответил:

– Нравится.

– Очень хорошо! Считаю нужным сказать, что эта планета находится на противоположной стороне нашей галактики. На Илмию, не имея средств доставки, вы не сможете вернуться.

Вы получили то, о чём мечтали: полное отсутствие цивилизации!

– Напрасно ты злорадствуешь, Цегеот, – сказал Камлион. – Выгнав нас с Илмии, вы не улучшили, а ухудшили ситуацию.

– Вряд ли.

– Ухудшили, я это точно знаю. Я говорил на суде, повторю ещё раз, в надежде на то, что среди вас есть патриоты Илмии. Да, мы – полувоенная организация. Да, у нас есть табель о рангах. Да, мы ломали громоздкие сооружения и технику, не нанося при этом травм никому из граждан. Мы делали это потому, что слышали, как Илмия стонала и просила не терзать её. Она терпела и ждала, надеясь, что наше движение охватит все материки. Но вы нас выдворили. Истерзанная планета осталась наедине со своими мучителями. Защитников и надежды она лишилась. Что будет дальше? Её терпение скоро закончится.

– Вряд ли.

– Закончится. И вы должны знать, что гнев планеты несравним с нашим сопротивлением. Илмия без сожаления стряхнёт с себя вашу цивилизацию. Мы знаем это, и будем оплакивать и вас, и ваших потомков.

– А мы знаем, Камлион, что ты искусный демагог. Нас твои речи не впечатляют. Ответь, чем вы займётесь после того, как база улетит? Разведёте огонь, чтобы согреться и приготовить пищу? Или нет? Отправитесь искать пристанище, или останетесь на месте, отдав себя на милость природы? Подчинитесь этой планете или подчините её?

– Я чувствую, что планета приняла нас. Вы – её враги, мы – друзья. Она согреет нас и накормит. Отныне мы всегда будем милосердно относиться к нашему новому дому.

– Не всегда! Ты смертен, Камлион! Сколько ты проживёшь, не имея поддержки нашей медицины? Лет двести, возможно, триста. Только создав монументальные статуи, стелы, барельефы с надписями-правилами, можно сохранить память о своём существовании. Ничего подобного вы создавать не намерены? Или же…

– Не намерены, – прервал его Камлион.

– Значит, вы сами вычеркните себя из истории. Пройдёт немного лет, и твои правила будут забыты. Что произойдёт дальше? Чем займутся ваши потомки? Скорее всего, в них заговорит память предков. Они построят города, проложат дороги, создадут воздушные, а затем звёздные корабли. Иного пути к процветанию не существует.

Помолчав, сухой голос продолжил:

– Вам нет прощения за то, что вы упорно подрывали мощь нашей цивилизации. Но почему должны страдать ваши дети? Они несмышлёные. Им нужны комфортные условия, а не те, в которых будете жить вы. Отдайте их нам, проявите благоразумие хотя бы однажды.

Матери прижали детей к себе. Камлион, нахмурившись, не произнёс ни слова.

– Настаивать не имею права, – после долгой паузы прозвучал сухой голос. – Живите, размножайтесь. Это нам на руку, потому что у ваших детей отменное здоровье. Вы сохраните лучшие образцы нашей нации… Запомни, Камлион, наша надзорная служба отныне всегда будет рядом. Мы будем контролировать и вас, и ваших потомков. Уверен, в будущем камляне пойдут нашим путём. Не имеет

значения, сколько пройдёт времени – тысячи или сотни тысяч лет. Однажды, когда мы убедимся, что ваши потомки стали хозяевами планеты, а не её гостями, мы придём и раскроем все тайны. Просвещённые камляне вернутся на Илмию полноправными гражданами. А затем мы – илмиане, – продолжим покорять Вселенную. Именно покорять бесконечную бездну, а не прислуживать ей… Охрана, занять места в отсеках!

Большой трап подняли. База взлетела, набрала высоту и остановилась. Вскоре в неё, осуществив сбросы, влетели крейсеры. База заиграла всеми цветами радуги и стремительно унеслась.

*

Поднявшаяся над горизонтом доминирующая звезда осветила долину и камлян, неотрывно смотрящих в небо.

На Терре – Земле зарождался новый день.

ЗАКОН «ГУСТО-ПУСТО»

Сон Натальи прервал звук, похожий на стрекотание цикады. Она открыла глаза, нажала на кнопку будильника, затем спрятала руку под одеяло. В комнате было прохладно, стоял полумрак. За окном зарождался очередной ненастный осенний день. Моросил дождь. Ветер раскачивал почерневшие ветви ивы. На общей кухне за тонкой стенкой кто-то без устали гремел алюминиевой посудой. В её ушах, перекрывая этот шум, продолжал звучать голос полноватого розовощёкого канцлера:

– Госпожа, завтра вся страна будет праздновать ваш день рождения. Те, кому повезло родиться с вами в один день, получат по одной золотой монете. И, осмелюсь вам напомнить, что завтра…

«Что ещё? Что ещё должно произойти завтра?» – подумала она, напрягая слух, но тонкая нить, связывавшая её со сновидением, оборвалась.

Она часто-часто заморгала и всхлипнула. Бесспорно, жить на планете Диэссолис было намного интереснее, чем в этом мире. Там её боготворили, а здесь…

Наталья вытерла слёзы и обвела комнату взглядом. Тумбочка с будильником и ночной лампой. Кухонный стол с посудой и видавшей виды электроплиткой. Два стула. Старенький комод. Узкий бельевой шкаф. Матерчатый выцветший абажур. Чёрное пятно на стене – радио. Умывальник у двери.

Она тяжело вздохнула, вспомнив сиявшие золотом парадные залы, уютные будуары, услужливых вельмож и проворных слуг. В том мире никуда не нужно было спешить, а здесь…

«Где сон, где явь? – подумала она и откинула одеяло. – Хоть и не хочется, нужно идти на работу».

Надевая новое платье из шотландки, она опять почувствовала прилив жалости к себе и пару раз всхлипнула.

По тротуару шла, надвинув на лицо капюшон синего дождевика, невысокая стройная девушка. Рядом, громыхая, проезжали трамваи; проносились мотоциклы, поднимая фонтаны брызг; утробно рыча, проехала пара чёрных эмок.

Перепрыгивая через лужи, Наталья прошла несколько кварталов и вошла в здание горкома партии. В фойе поздоровалась с пожилым охранником.

– Здравствуй, лесная фея, – ответил тот, пробежав взглядом по копне её светло-рыжих волос, по румяным щекам и алым губам. – Василий приедет на побывку через пару недель. На днях ему присвоили звание старшины.

– О! Это здорово!

– Конечно, – пригладив усы, согласился охранник. – Дисциплинированный и умный парень. Ты ещё не обзавелась женихом?