Заря-2
Шрифт:
Мы обошли электровоз с другой стороны. Там ситуация была получше – пройти было можно, хотя и непросто. Вот только попав внутрь, мы застыли от увиденного...
В длинном, с высоким потолком помещении, повсюду лежали скелеты. Их было много, штук сорок. Все останки лежали как попало и где попало. Кто-то в остатках армейского «ОЗК», кто-то в обносках истлевшей военной формы, кто-то в бесформенном тряпье. У некоторых было оружие.
– Твою мать! Что здесь случилось? – пробормотал Раф, стоя между останков тел и растерянно озираясь по сторонам.
Опять же, плохое освещение делало и без
Я быстро осветил фонарем окружающее пространство, но пока ничего интересного не заметил.
– Кто это? И что с ними случилось? – вслух пробормотал Михаил.
– Охренеть, во дела! Да тут прямо могильник, – голос у Вергилия предательски дрожал.
– Это строители комплекса. Их потравили газом, – произнес я, глядя на стоящие справа большие черные бочки с приоткрытыми крышками. На боковых стенках застыла густая буро-зеленая масса. К бочкам была прикурочена какая-то самодельная установка, похожая на мощный компрессор с широким раструбом.
– Это ты как определил?
Я не ответил, а просто двинулся к стоящим у стены бочкам. Остальные, вертя головами по сторонам,неуверенно двинулись за мной.
– Что это за штука?
– Не знаю, что это, но наверняка с ее помощью и потравили тех людей. В этих бочках был какой-то сильный токсин. Не удивлюсь, если это бочки с того склада химикатов, что мы видели ранее.
– Думаешь, кто-то специально доставил их сюда? Но кому это было нужно?
– Есть один... – тихо произнес я.
Что же получается? Выходит, трусоватый товарищ Картавин сбежал из «Астры-1»намеренно, изначально затевая свою собственную игру? Под творившееся в командном бункере безумие, и преследуя свои интересы, он зачем-то потравил рабочих. А те, что выжили, просто сошли с ума? Но для чего все это было ему нужно? Я считал Зимина и Штрасса амбициозными безумцами, но оказывается и Картавин недалеко от них ушел... Лаптев, Зимин, Шевченко, Картавин... До какой же степени люди, натворившие столько дел, были неадекватны? Жизнь под землей на них так повлияла или причина в другом?
– Нужно идти дальше, – произнес Михаил. – Ничего интересного тут нет.
– А куда?
– Смотрите, там дальше ничего нет! – Раф окинул взглядом помещение.
– Это что-то вроде ремонтной мастерской для электровозов. Здесь куча ремонтного оборудования. Да и выезд тут только один – его-то электровоз и выломал. Похоже, те, кто не откинул копыта от газа, с помощью железнодорожного транспорта совершили попытку вырваться. И, похоже, у них это получилось...
– Уходим!
Мы двинулись обратно, быстро добрались до ворот. Внезапно, с другой стороны послышался какой-то шум.
– Тихо! – Швед среагировал первым и мгновенно вскинул ствол дробовика. – Туши свет!
То, что находилось снаружи, не заботилось о производимом им шуме. Что-то скрипело, грохотало. Слышалось невнятное мычание, хлюпанье.
– ПНВ? – спросил Раф, гася свой фонарь.
Мы
Наёмник первым двинулся вперед, за ним Раф и я. Вергилий замыкал группу.
Я отчетливо увидел впереди людей, облаченных в рваные шкуры.Их было трое.
– Дикари Картавина, – прошептал я, забыв опустить откинутый ранее микрофон.
Мы резко остановились.
– Макс, что делаем? – процедил сквозь зубы Швед, крепко сжав цевье дробовика.
– Пока не стреляйте.
– А это разумно?
– Посмотрим, что они будут делать.
Но узнать об этом, нам было не суждено. Неудивительно, что у людей, проживших столько лет почти в полной темноте, развился острый слух. Едва я успел произнести эти слова, как все трое резко обернулись к нам, взвыли и неожиданно бросились врассыпную. Швед выругался – целиться с прибором ночного видения было очень неудобно. Он торопливо откинул прибор, а затем сделал пару не прицельных выстрелов по тому противнику, что рванул влево.Промазав, наемник бросился в ту же сторону, но через секунду оттуда прилетел увесистый камень, угодивший наёмнику прямо в голову.
Раздался хруст и обломки прибора ночного видения осыпались вниз, а сам Швед от неожиданности рухнул на бетонный пол. Кровь начала заливать глаза и рот.
Раф жахнул из своего «Origin-12», но попал или нет, осталось загадкой. А вот я и Вергилий одновременно открыли огонь из своих «АШ-12». Крупнокалиберные пули накрыли нерасторопного дикаря свинцовым дождем, распотрошив его как кабачок.
Миша, опоздав на долю секунды, тоже вжал курок своего автомата, но из-за неожиданно сильной отдачи, едва не выронил его из рук. Ну, оно и понятно, штурмовой автомат для спецподразделений это совсем не пейнтбольный маркер. К нему нужно привыкнуть.
– Швед! – крикнул я, заметив, что наёмник, держась за лицо, пытается встать.
Раф и Верг бросились к нему и как раз вовремя - второй метко пущенный камень угодил прямо в грудь Шведа. Он охнул и потеряв равновесие, упал на бок.
Одновременно выжав курки, диггеры расстреляли пытавшегося спрятаться за укрытием дикаря – крупнокалиберными пулями ему оторвало кисть и перебило плечевой сустав.
– Не убивайте его! – заорал я. – Не убивайте, он нужен!
Но вот третий дикарь, как сквозь землю провалился. Правда, ненадолго.
В воздухе что-то просвистело. Буквально в паре сантиметров от меня пролетел заостренный кусок арматуры, брошенный на подобии копья.
– Вот тварь! – Раф снова открыл не прицельную стрельбу, но вряд ли попал – дикарь оказался очень шустрым.
Верг решительно рванул вперед, пытаясь зайти с правого бока, но противник ловко выскочив откуда-то сбоку, рванул мимо, успев с силой оттолкнуть диггера в сторону.
В общем-то, это было неудивительно – нужно же им было как-то выживать, а потому приходилось учиться охотиться на ловких и быстрых крыс-мутантов. Странным было другое – возраст строителей и инженеров должен быть как минимум за пятьдесят, а то и шестьдесят лет. Для такого возраста их физическая форма была на высоте. Пожалуй, причину этого еще предстояло выяснить нам позднее.