Заря
Шрифт:
— Не спи, Юл! Так можно и жизнь проспать или, в крайнем случае, первые уроки. Что сидишь? Я долго ждать не намерена.
— Садистка, — было единственное, что я смогла сказать. Та хмыкнула и молча ушла из комнаты, закрыв за собою дверь. Убить бы того, кто сказал, где я теперь живу! Делать было нечего. Пришлось вставать и идти умываться. Надела серое платье с передником — одежду учеников, свою разрешалось носить лишь по праздникам. Последнее было не удивительно — дядя переодевался в костюм из точно такого же материала, когда работал с разъедающими жидкостями. Да к тому же платье оказалось
Когда я вышла из комнаты, то увидела, как Ната уставилась в окно. При том пейзаж был явно занимательный, так как на меня она даже не глянула.
— На что смотрим? — вместо ответа та издала всхлип, который перерос в истерический смех. И он был настолько силен, что она не удержалась на ногах и сползла по стенке на пол.
— Зан… Зан… Ой, не могу… — Ната закрыла лицо руками, только плечи вздрагивали.
Заинтересовавшись, я выглянула в окно. За ним была видна памятная площадка, на которой группа юношей под присмотром наставника выполняли синхронно упражнения. Ничего удивительного и тем более смешного. Потом я вспомнила слова Наты:
— Кто такой Зан?
Переждав очередной взрыв дикого хохота, я услышала ответ:
— Да брательник мой. Вспомни: тощий такой и рыжий.
— Ну, помню.
— Понимаешь, он всю жизнь просидел в отцовской библиотеке. Мы целители в пятом поколении. Так вот, ума в нем много, а вот «мяса» ни шиша. И сейчас он на тренировке… — взрыв смеха был в этот раз сдержан, — ты бы тоже смеялась.
— Понятно. Кстати, что ты сказала про занятия?
— А-а-а. Ничего. — Ната махнула рукой, — пока они не закончат ничего не будет. Да еще завтрак.
— А зачем ты меня разбудила?
Ответ поверг мой разум во тьму:
— Мне скучно было.
И схватив меня за руку, девушка пошла куда-то по коридору. Я же тащилась за ней, как телка на поводке; по крайней мере, с тем же пониманием происходящего.
Остальная женская часть нашего набора проснулась где-то через час. И было их, не считая нас, в параллели всего шесть человек на восемнадцать мальчиков — все-таки алхимия больше интересовала юношей. К этому времени я еле стояла на ногах, а Ната была счастлива от переполняющих её планов. Мы обегали весь замок и залезли даже на смотровую башню; а редкие люди смотрели на нас, как на умалишенных. Почему смотрели КАК? Так оно и есть: Ната — точно сумасшедшая, да и я после общения с ней тоже не очень. Сглазил меня дядя. Ох, сглазил!
С девушками мы так и не познакомились: подойдя к ним на пару шагов моя (теперь) подруга вдруг сморщила нос и потащила меня в другую сторону, а точнее в столовую.
— Почему ты не хочешь с ними поговорить?
— Имена и так потом узнаем, а фальшивок я не люблю, — поморщилась Ната, — слишком много у них гордости. Парни то хоть не выкаблучиваются.
— А откуда ты знаешь, что я не такая?
— Потому, что мы похожи.
— Чем? — я остановилась и удивленно уставилась на неё. Та хитро прищурилась, опасливо посмотрела по сторонам и ответила:
— Как говорит
Я прислонилась к стене, чтобы не упасть.
— И, так же как и целители, в пятом поколении. Самые живучие, между прочим, — последнее предложение она произнесла с грустной гордостью. Подождав, пока я приду в себя, мы потихоньку (насколько это было возможно для размашистого шага моей подруги) пошли в сторону обеденной залы.
Зана мы встретили уже в столовой. Он же первым делом, подойдя к нам, отвесил Нате подзатыльник:
— Ты чем думаешь?!
— А что? — та невинно похлопала глазами, а я усиленно стала вспоминать, чего она такого сделала, что это задело бы её брата. Но он, похоже, очень даже знал, так как продолжил:
— Ты знаешь, что я почувствовал под носом тренера?! Дура! Не смей больше, все твои заскоки ведь на мне отражаются! Себя не жалеешь, меня хоть пожалей!
Та уже серьезно насупилась: «Извини», а я все никак не могла понять, в чем дело. Зан лишь махнул рукой и ушел к другим юношам.
— Он что имел в виду? — тихо задала я съедающий меня вопрос. Тихо, чтобы стоящий у дверей Страж не услышал (к счастью, двести человек учащихся создавали удобный фон).
— Так мы же близнецы, — ответила Ната но, заметив, что я не поняла, прошептала, — связанные телепаты.
Я подавилась едой, и Нате пришлось похлопать меня по спине. ТЕЛЕПАТЫ. Такой талант был крайне редок. А уж связанные…
Моя подруга, как ни в чем не бывало, продолжала доедать завтрак.
— Приветствую вас на первом уроке травоведения. Здесь вы будете изучать свойства растений, а так же учиться использовать, как сами травы, так и их настойки. Этот предмет является одним из основных и будет фундаментом всех ваших познаний в целительстве… — голос мастера Виароны (так она представилась) журчал весенним ручейком, притягивал к себе мысли всех, кто сидел в зале.
Сама мастер оказалась высокой худой женщиной со строгим взглядом и узким лицом. Волосы собраны в идеальный пучок: ни одного даже самого маленького «петуха», который помешал бы в работе. Она расхаживала взад-вперед перед кафедрой, иногда пристально вглядываясь в аудиторию. Особое внимание заслуживали её тонкие сухие руки. Длинные изящные пальцы с коротко обрезанными ногтями желтоватого цвета от частого использования химикатов. Это было первое, что бросалось в глаза при взгляде на наставницу.
Зал же, в котором мы находились, представлял собой помесь лаборатории, кладовой травника и библиотеки. Единственное, что превращало его в аудиторию, было черной доской, да столы с оборудованием, которое запрещалось трогать без разрешения наставника
— Вы все будете учиться по специальной системе, которая будет составляться в соответствии с вашими способностями и знаниями. Те, кто будут «опаздывать», станут заниматься дополнительно, «идущие вперед» получат отдельные задания. И так, начнем. Запишите тему: «Живая природа; Квалификация»…