Защитник
Шрифт:
— Еще не слишком поздно, — сообщил Адика. — Я уверен, наш садовник будет рад помощнику. Только скажи, и работа твоя.
— Нет, нет, — поспешно сказал Илай, — Быть в ударной группе гораздо веселее.
Остальные ударники рассмеялись. Я промолчала, потому что обнимала Лукаса.
— Будь осторожен, — попросила я.
— Эмбер, эта проверка гораздо опаснее для тебя, чем для меня. Когда начнешь читать умы, будь готова прерваться в ту же секунду, как увидишь образы смерти Фран.
— Обещаю.
Я неохотно выпустила Лукаса и стала смотреть, как он с Рофэном уходит
Я прислонилась спиной к грубому стволу дерева, закрыла глаза и потянулась разумом вперед. Адику смущало, как тяжело входит лопата в землю. Илай наслаждался воспоминаниями о детстве. Кейден попытался вытянуть древесный корень и не смог. Тогда он разрубил корень надвое острием лопаты.
Я миновала мысли своей ударной группы, темноту заполненной почвой территории девятнадцатого уровня и скользнула в разрозненные умы на двадцатом. Я искала один, выделяющийся цветом, запахом и вкусом стресса и напряжения. Таких оказалось несколько. Я выбрала один наугад. Мужчина смотрел на содержимое коробки и думал о Фран.
"…посетитель из отряда телепата может вместо нас передать вещи Фран ее семье. Избежим всех проблем…"
"…вряд ли в этой коробке есть что-нибудь особое. Только несколько наград за результативность. Эта женщина была…"
"Так рад, что не придется говорить с ее семьей и притворяться, будто она мне нравилась".
Я передвинулась в следующий наполненный стрессом разум. Женщина сидела за столом, барабаня пальцами по его поверхности, и не отрывала глаз от часов. Еще пара минут, и ей придется идти на встречу. Она сможет выслушать слова того человека о Фран, но…
"Пожалуйста, пусть он не просит меня говорить! Пожалуйста, пусть он не просит меня говорить. Я была начальницей Фран, и скорее всего он попросит меня что-то сказать, но пожалуйста, пусть этого не случится".
Слова звучали на уровне предвысказанного. Я пришла в замешательство, поскольку женщина как будто формулировала их в уме перед тем, как произнести вслух. В комнате с ней никого не было, она не звонила по телефону и не работала над документом, так что… Внезапно до меня дошло, что она неистово, отчаянно молится.
Я поразилась. До сих пор мне не приходилось натыкаться на разум, настолько погруженный в молитву. Улей считал религию необходимой для счастья некоторых людей, но публично признавал только ульизм — поклонение самому улью как коллективному общему. Женщина не могла быть ульисткой, поскольку они не одобряли молитву. Настоящим верующим она не нужна, так как они полностью согласны, что улей знает лучше.
Раз эта женщина молится, значит, должна исповедовать одну из старых религий, запрещенных ульем. Ладно, не совсем запрещенных. Старые религии относились к числу тех организаций, которые улей называл нонконформистскими, но терпел, пока они не привлекали к себе внимание.
Другой
Я вступила в лотерею обычной невежественной восемнадцатилеткой, ожидая, что мне импринтируют все необходимые знания. И вышла из нее одной из немногих, кто никогда не получит импринтинг, потому что искажение разума телепата может повредить его бесценные способности.
Я никогда не получу импринтинг, но уже собрала множество интересных фактов из случайных прочитанных разумов, и мне ясно одно. Улей контролирует информацию, чтобы контролировать людей. Неправда, что импринтинг включает все необходимое для жизни. Импринтинг включает в себя все, что улей готов им сообщить.
Женщина закончила молиться. Она встала и неохотно отправилась в конференц-зал. Верхние уровни ее сознания наполнились мелькающими образами последних нескольких месяцев. Ее повысили из заместителей в командиры отделения, и она еще устраивалась на новой должности, когда Фран заняла освободившееся место. С самого первого дня Фран дала понять, что считает себя гораздо более опытной, квалифицированной и умелой, чем человек, отдающий ей приказы.
"Постоянно говорила мне, что я неправа, говорила всем остальным, что я неправа и как в действительности им нужно поступать. Делала мою жизнь невыносимой."
Это походило на ситуацию Эштона, только наоборот. Там супервизор заставлял страдать подчиненного. Фран спустилась с поста лидера группы связи в отряде телепата на должность простого заместителя в маленьком отряде безопасности и обратила горечь обиды на свою новую начальницу. Лотерея использует оптимизацию, чтобы определить людей на любимую работу, но намеренная травля способна сделать их несчастными.
Я подумала, не дошла ли начальница Фран до предела. Эштон верил в миф о носачах и ограничивался битьем бутылок, но эта женщина знала, что в улье есть лишь пять истинных телепатов. Рискнула ли она пойти на убийство, чтобы освободиться от Фран?
Дальше мысли в ее мозгу были окрашены тяжелым чувством вины. Терзается, что лжет самой себе, будто сожалеет, или же виновна в убийстве Фран? Я вновь углубилась в ее разум, туда, где смешивались сознательные и подсознательные мысли. Здесь царило чистое, честное, благословенное облегчение.
"Хотела, чтобы она просто ушла, а не погибла, но теперь моя жизнь снова обрела краски. Интересно, кто ее убил? Интересно, она портила им жизнь так же, как мне?"
Она не убийца, просто испытывает то же чувство вины, что и я — мол, Фран мертва, а я ее не любила. Я потеряла достаточно времени, вскрывая ее эмоциональные уровни. Женщина уже зашла в конференц-зал. Его заполняли люди, около пятидесяти сгрудившихся умов, и мне предстояло проверить их все.