Защитник
Шрифт:
Что это за язык? Не похож ни на один из земных, но Универсальный переводчик его распознаёт.
— Оно говорит!.. — ойкнув, произносит Эрис.
— … И скудоумия, — продолжает Нова. — Вам здесь не рады. Это должно было быть очевидно. И всё же вы пришли. Почему?
В его мутных глазах читается презрительное любопытство. Рот всё так же растянут в зубастой усмешке.
Я чувствую, как по спине ползут мурашки. Аура создания такой мощи давит, заставляя колени подгибаться. Сжимаю кулаки, преодолевая наваждение. Мы не для
— С каких пор монстры могут говорить? — шипит Медичи.
— Чем они сильнее прогрессируют по рангам и рейтингу, тем умнее становятся, — тихонько отвечает ей Ехидна. — Это можно было предположить.
Всё так. Это же говорил мне не то Ваалис, не то Такирам.
— Ты занимаешь наши территории и атакуешь наши поселения, — берёт слово Одиссей. — Мы не могли не прийти. Нужно было это предвидеть.
— Мне не нужны ваши земли… — медленно роняет слова Имир. — Мне нужно спокойствие… Безопасность… Пока вы населяете планету, оно невозможно… Единственный способ избавиться от агрессивной среды, уничтожить источник внешней угрозы…
— Забавно, — говорю я. — Мы здесь с той же целью. Похоже, у нас больше общего, чем ты думаешь.
Нова слегка наклоняет голову, погружаясь в размышления.
Мы находимся в огромной пещере, с морозными стенами, покрытыми сверкающими узорами. От нашего дыхания валят клубы пара. Слышен лишь приглушённый скрежет студёного крошева под ногами. Свет от фонарей на броне причудливо отражается от прозрачных граней льда, заставляя тени прыгать.
Наше дыхание с шипением вырывается сквозь респираторы. Здесь настолько некомфортно, что холод ощущается даже сквозь все системы терморегуляции моей брони и Аспект Комфорта.
В нескольких местах каверны имеются углубления и неровности, заполненные лужами лазурной жидкости, похожей на воду.
Понятия не имею, что это, но выглядит красиво. Над этим киселём в некоторых точках наблюдается марево, в котором преломляются лучи наших фонарей. Оно мерцает и искрится, будто в любой момент готово вспыхнуть. Зрелище завораживающее и пугающее одновременно.
— Сжиженный кислород… — шепчет Ехидна.
Боюсь представить, насколько пришлось охладить воздух, чтобы добиться такого эффекта. Быть может, здесь и вовсе его не осталось. Приложив усилия, ощущаю дуновения ветра в коридоре, который мы покинули. В этом же помещении газа, которым я привык повелевать, нет.
Застывшие в напряжении бойцы знают, что драка неизбежна, но наверняка с радостью бы её отсрочили. Кто-то тихо молится, кто-то поправляет доспехи. Я слышу, как скрипит ладонь на рукояти меча Тая.
Наконец Имир подаёт голос:
— О нет, смертный, ты ошибаешься. Мы с тобой очень разные. Ты застыл в шаге от величия и настоящей силы. В шаге, который тебе не удастся сделать. Всем вам. Ваш путь закончится здесь.
— По-хорошему он должен был оборваться ещё два месяца назад на полу одного горящего сарая, и всё же я здесь. Мы все здесь. Люди гораздо более живучи и настырны, чем тебе кажется. Мы убьём тебя,
— Хватить трепаться! — рычит Гарм.
— И вправду, — отзывается монстр, — довольно слов.
— В атаку, господа! — воинственно ревёт Одиссей, вскидывая автомат. — Альфа, вперёд. Бета, огонь по готовности! Гамма, всё, что есть!!
Мы с дикими криками бросаемся вперёд, рассыпаясь веером. Я расстреливаю Имира, Гидеон мечет огненные шары, Кастер — призрачные копья.
На другом конце зала Нова взмахивает длинными конечностями. Кажется, даже кровь в моих жилах начинает замерзать
Раздаётся треск выстрелов и вспышки плазмы, но все атаки разбиваются о возникший перед Имиром ледяной щит! А затем он ленивым взмахом обрушивает на нас настоящий шквал.
Ускоренный я смещаюсь прочь, и вытянутый в форме веретена снаряд свистит мимо. Рядом кричит раненый боец из клана Кастера, ему с ходу оторвало ногу.
И это только начало.
Нова всё так же сидит на своём троне, не подумав даже сдвинуться с него. Его пальцы выпускают светящиеся ледяные нити, которые хлещут в разные стороны! Я вижу, как одна из них, походя сносит голову какому-то союзнику.
Оглядываюсь на Горгону, но она стоит в стороне, словно её вовсе не касается происходящее. Что-то такое мелькает на моём лицо, заставляя её разродиться репликой:
— Это ваш бой, партнёр. Шанс есть. Не промотайте его.
Медичи пытается дотянуться лучами света до раненых, но тут одна из нитей стегает по ней самой. Герцог в последний момент отдёргивает девушка назад, и в полу остаётся глубокая канава. Зато оказавшийся на пути способности человек с воем сжимает культю на месте запястья.
Группа Альфа во главе с Гармом пытается пробиться ближе к трону, но на их пути встаёт шквал атак. Тут бы выжить для начала. Здоровяка дважды пробивают длинные стрелы, но его животная регенерация позволяет ему мгновенно вырвать их. Корка не успевает распространиться по телу.
Пули по-прежнему отскакивают от ледяного щита врага. Тот лишь щерится, готовя новые сюрпризы.
Не успевают союзники опомниться, как из пещеры мы попадаем прямиком на стол мясника.
Первой жертвой падает Тореадор. Телепортировавшись прочь от одной атаки врага, он нарывается на вторую. Острый ледяной шип сносит его голову с плеч. На автомате пробежав ещё два шага, тело заваливается вперёд. Парень оказался прав насчёт своей судьбы ещё до начала похода.
Следом гибнет пойманный врасплох пришелец из Раздробленных Пульсаров. Его рассекает наискосок от плеча к бедру. Кровь не успевает упасть наземь, мгновенно обращаясь льдом. Лицо соратника застывает, искажённое предсмертной гримасой испуга.
Продолжая стрелять, я едва успеваю откатиться прочь от очередной угрозы. Тай с трудом отбивает мечом очередной снаряд. Ещё один направлен в Гидеона, и мне приходится дополнительно ускориться Глайдом, чтобы добраться до него, и перерубить смертельное веретено плазменным кнутом.