Защитники людей
Шрифт:
Усталость испарилась из тела, в мышцы вплелась кипучая сила. Он вскочил, расшвыривая засыпавшие его камни, – и тут же скакнул в сторону.
Враги только начали заторможенно разворачиваться, когда он настиг ближайшего. Вырвал автомат из рук и, действуя им как дубинкой, с размаху влепил прикладом в висок обезоруженного. Приклад разлетелся осколками полированной древесины. Голова противника – взорвалась снопом кровавых брызг. Кепи, кувыркаясь, отлетело в гущу тумана.
Ион прыгнул к следующему. Ребром левой ладони размозжил кадык, едва напрочь не снеся голову. Перемахнув через обмякшее тело,
Четвертого (тот пытался убежать, комично увязая в пропитанном туманом воздухе) капрал без труда догнал, прыгнул на спину и с отчетливым хрустом шейных позвонков развернул его голову лицом назад.
Когда вокруг остались одни мертвецы, ярь повлекла Иона дальше. Вперед по тропе, к выходу из ущелья. Туда, где, по его прикидкам, располагались основные силы устроившего подлую засаду противника.
Он несся сквозь туман, с удивлением осознавая, что тот становится все темнее и темнее. Он бежал довольно долго, но почему-то никто не попадался ему навстречу.
Стало совсем темно. Ион остановился, чтобы прислушаться и оглядеться.
Никого. Ничего.
Он сменил направление, пробежал несколько десятков шагов – но так и не наткнулся на стену ущелья. Опустил взгляд и понял, что исчезла и каменистая тропа под ногами. Теперь Ион стоял на ровной поверхности, гладкой, как асфальтовое покрытие. И уже не туман окружал его. А непроглядная липкая темнота. Капрала охватило до жути странное чувство, что он попал в совершенную пустоту. Вокруг не было ничего. Не за что было зацепиться ни взгляду, ни слуху. Он потянул носом. Только запах… Пахло почему-то нефтью.
А спустя секунду Ион сделал еще одно ошеломляющее открытие. Ион вдруг заметил, что он абсолютно голый. Причем исчезло не только обмундирование, но и жетон с личным номером, висевший на шее. И электронный компас, ремешком крепившийся к левому запястью.
Кажется, впервые в жизни капрал растерялся. Возможно, он бы и испугался в тот момент, но ярь, хоть и начала уже иссякать, все еще не отпускала его. Находясь в яри, никто не может испытывать страх.
Он двинулся дальше. Куда? Какая разница… Двигаться – даже не понимая направления и цели – всяко лучше, чем стоять на месте.
Ярь взбурлила в Ионе. Он перешел на бег.
И вскоре над головой капрала зажегся слабый огонек. Потом еще один. Потом еще… Звезды?
По голым ногам Иона хлестнуло холодным сырым ветром. Он бежал дальше, опасаясь, что, остановившись, вновь окажется в пустом и темном, пахнущем нефтью безвременье.
Внезапно откуда-то обрушился оглушающий звуковой ком; человеческие крики, выстрелы, треск и грохот переплетались в нем тесно и липко.
Ион резко остановился. Но не из-за того, что так неожиданно оборвалось беззвучие. Прямо перед ним возник мужской силуэт. Какой-то лысый грузный мужик в длинной куртке (кожаной, что ли?), расставив ноги, целил в капрала из ружья совсем не армейского вида, вроде как охотничьего…
Находящийся еще в режиме яри
Капрал метнулся вперед и вниз, сшиб врага, изумленно ойкнувшего, с ног. И, схватив за мощный загривок, с силой приложил лицом о земную твердь, отозвавшуюся глухим ударом.
Вскочив, Ион огляделся.
Тьма превратилась в сумерки, и сумерки эти тревожно колыхались внутри громадного помещения с очень высоким потолком, сквозь дыры в котором виднелось темно-синее небо с поблескивающими звездами. Ион подумал, что оказался на территории какого-то завода, явно заброшенного. По бетонному замусоренному полу бежали рельсы, над головой переплетались толстые трубы, тут и там закрывали обзор здоровенные – в два человеческих роста – металлические мощные конструкции… станки, вероятно…
Куда он попал? И каким образом? Что вообще произошло?
Ответов у Иона не было. Единственное, что он сейчас понимал совершенно определенно, – в этом странном месте он был не один. Отовсюду неслись крики ярости и боли. То и дело грохотали выстрелы.
Вот из-за одного из станков появился еще человек. Бритоголовый, одетый в синие бесформенные брюки и синюю же свободную куртку (одеяние это, скорее всего, предназначалось для занятий спортом), человек, размахивая большим черным пистолетом, выбежал прямо к Иону. Увидев у ног капрала распростертое тело с расплющенной головой, вокруг которой расползалась лужа темной крови, спортсмен испустил свирепый вопль.
Конечно, он не успел выстрелить. Ион поднял ружье, оказавшееся двустволкой, взвел курки и нажал сразу на оба спусковых крючка еще до того, как спортсмен вскинул пистолет.
Двойным зарядом дроби с расстояния в шесть-семь шагов спортсмену разворотило нижнюю часть туловища. Выронив свое оружие, бритоголовый со стоном схватился за живот, погрузив ладони с растопыренными пальцами в черно-красное месиво, откуда ручьями хлестала по ногам кровь.
Ярь покидала Иона – явственно тяжелело тело, окружающий мир уже не воспринимался замедленным. Услышав шорох за спиной, капрал развернулся. Еще один бритоголовый… Высокий, светловолосый, в таком же спортивном костюме, как у секунду назад застреленного, только не в синем, а красном. Этот мужчина отшатнулся от Иона, все еще держащего в руках двустволку, хотя сам был вооружен: странного вида ружье без приклада и со стволом всего в ладонь длиной. Незнакомец, кажется, не спешил пускать свое оружие в ход. Что было весьма кстати. Патронов в двустволке не осталось, а сил, чтобы справиться с противником врукопашную, вряд ли бы уже хватило.
– Э! Э! Братан! – осторожно отводя куцый ствол в сторону, хрипло проговорил мужчина. – Все нормально! Все нормально!
Обращение «братан» несколько приободрило капрала. Он так понял, что «братан» – это зачем-то искаженное слово «брат».
– Брось волыну! – попросил блондин. – Чего ты?.. Волыну-то брось!
«Волына»? Хотя это слово Ион слышал впервые, он догадался, что речь идет о двустволке. В конце концов, кроме ружья, он ничего другого сейчас бросить не мог. Капрал разжал пальцы. Двустволка брякнула о бетонный пол.