Заслуженное бессмертие

Кэт почему-то считала, что я разрываюсь между желанием выжить и покончить с собой. Она стояла в нескольких шагах от меня, на узком карнизе. Кинь ей спасительную капсулу, и она мигом ее задействует – перенесется в наш мир, где нет этой чудовищной пропасти, в которую мы угодили. Оттуда сквозит холодным ветром, тянет смертью. Я и сам держался чудом, вжался в скалу, и замер – вроде бы, все нормально, опасность мне не угрожает.

Кэт надеется,

что я проявлю благородство, а сама, заполучив капсулу, не станет рефлексировать. Выпускник высшей школы Боевой Исследовательской Группы – сокращенно БИГ, офицер Арцыбашева действует всегда рационально, согласно инструкции. В ее голосе, даже когда она говорит с друзьями, сквозят холодные нотки. На таких, как я, она смотрит свысока. Только не сейчас – сейчас глядит жалобно. Голубые глаза просят – отдай мне капсулу. Ну, пожалуйста, отдай.

Нас забросили мимо цели. Небольшая погрешность в настройке терминала, которой занимался я, и вся группа лежит на дне обрыва, включая юного сталкера Виталика, еще одного офицера БИГ Олега Капицу и Лану, девушку-лингвиста.

Лане я всегда симпатизировал. Мне казалось, она мне тоже. Иногда я даже думал: что если бы мои жизненные обстоятельства сложились иначе, кто знает, быть может, мы были бы вместе.

В группе я отвечал за инженерное обеспечение. Проще говоря, был наладчиком приборов и механиком. К тому же, таскал на себе все оборудование. Олег не считал возможным обременять себя дополнительным весом. Тщедушный Виталик не поднял бы даже аккумулятор от ультразвукового топографа. Девушки само собой отпадают. Оставался я. Тягловая лошадь в группе.

– Сергей, – позвала Кэт: – Что ты собираешься делать? Ты же меня не бросишь, правда?

– Не знаю, – откликнулся я, и сбросил в пропасть дорогущий топограф – еще немного, и он утянул бы меня вниз.

– Зачем?! – крикнула Кэт.

– Попробуй, повиси с ним, – огрызнулся я, откинул крышку наручных часов-контейнера, и уставился на капсулу. Инженерам так до конца и не удалось погасить радиоактивное излучение. Поэтому капсулу тоже носил на себе я, самый никчемный член группы, остальные старались держаться от меня подальше.

– Ты… ты хочешь ее задействовать?

– Не знаю.

– Погоди немного, – голос Кэт задрожал, – давай хотя бы поговорим пару минут.

– О чем?

– Ты же знаешь, если я не буду рядом, в радиусе метра, она не подействует на меня. И я… я останусь здесь.

Раньше она как-то не горела желанием оказаться со мной рядом, а теперь – пожалуйста. Что ж, стоит мне только ткнуть капсулу, терминал откроется, и мы больше никогда не встретимся с сержантом Арцыбашевой.

– Сережа, ты помнишь Сириус?..

Сентиментальность – ужасное свойство человеческого характера. Иногда оно заставляет нас медлить с совершением какого-либо поступка, и начинаются проблемы. Я вспомнил, как после Сириуса Кэт помогла

мне избежать серьезных неприятностей с начальством. Я тогда всерьез повздорил с Виталиком, и едва не вышиб из него дух. Всего один удар в подбородок, но для сталкера и он может оказаться роковым – сместится что-нибудь в хрупком организме, дар уйдет, и карьера его будет закончена. Потому сталкеры берегут себя. Да, эпизод после Сириуса на время изменил меня в отношении к Кэт. Правда, потом оказалось, что она, выгораживая меня, просто в очередной раз последовала инструкции – проявила командный дух.

– Помню, – буркнул я.

– Я думаю, если бы я смогла закрепиться вон в той щели, потом взяться за тот камень и прыгнуть – я бы оказалась рядом. И тогда ты задействовал бы терминал.

– Не знаю, – протянул я. – А если ты сорвешься?

– Но попробовать, все же, стоит. Мне нечего терять. – В голосе ее прозвучала такая решимость, что я понял – как бы то ни было, а она попытается преодолеть эти несколько метров, отделяющие ее от спасения.

– Ладно, давай, – согласился я, – задействую терминал, как только ты прыгнешь.

Кэт вдруг вскрикнула.

– В чем дело?

Я проследил направление ее взгляда, и в первое мгновение не поверил своим глазам. От этих сталкеров, конечно, можно ждать чего угодно. Говорят, самые сильные могут даже левитировать. Но Виталик, тщедушный паренек, вечный подросток, с землистым лицом и водянистыми голубыми глазами – и вдруг такие способности. Не скрою, он очень меня удивил.

Сталкер нашей группы карабкался по отвесной стене, аккуратно переставляя руки и ноги. Вид у него при этом был такой же сосредоточенный, как у ребенка, собирающего свою первую модель космического корабля.

– Виталик, – столь хладнокровная обычно Кэт едва не запрыгала на уступе от радости. – Мы здесь, сюда, сюда.

Тише дура, подумал я, ты же его испугаешь. Он сорвется вниз, и тогда уже наверняка разобьется об острые скалы. Или снова выживет? Да, наш сталкер Виталик полон сюрпризов.

Вскоре он подобрался совсем близко. Повис между нами, выбирая к кому присоединиться. Затем медленно-медленно пополз к Кэт. Ну, конечно, как же иначе. С Кэт в отличие от меня у сталкера сложились теплые, доверительные отношения. Виталик ступил на карниз, припал к стене, тяжело дыша.

– Как тебе удалось? – Спросила Кэт. Этот вопрос я тоже не прочь был бы прояснить.

– Повезло, – коротко ответил сталкер. Он всегда говорил мало.

– А остальные? – в голосе Кэт прозвучала надежда. Хотя я был уверен, что надеяться не на что.

– Их нет. Будем выбираться.

Очень в духе Виталика – говорить загадками. Интересно, как он думает «выбираться»?! Кэт – не сталкер, по стенам ползать не умеет. Девушку очевидно придется оставить.

– Попробуем перебраться, – сообщил Виталик.