Застрянец
Шрифт:
— Приготовить крюки! — крикнул Гончий. — Идём на абордаж!
Торговое судно спешило к порту, надеясь проскочить перед пиратским кораблём. Но потом смирилось и повернулось боком. Капитан торговца испугался, что его пробьют на скорости носом. Понял, что бежать бессмысленно, и подставил себя под абордаж. Всё пройдёт как по маслу. Не будет ни драки, ни жертв. Отгрузят половину и поплывут дальше.
Приблизившись к торговцу, Гончий удивился пустотой на палубе. Все сидели в трюме? Или он вообще пустым идёт? А это что?
Прямо посредине корабля стояло сооружение из досок
… … …
Сидя в шлюпке, закрытой брезентом, я увидел, как бочка отскочила от палубы пиратов. Дерьмо, блин. Та раскололась, порох просыпался. Да и хер бы с ним — с порохом. Герметичность нарушена, а значит, взрыва не будет. Криворукий оружейник всё-таки просчитался с длиной фитиля. Осёл!
Фитиль закончился. Но пламя вспыхнуло. Вместо взрыва, вверх и в стороны устремился огромный рыжий факел. На секунду ночь сменилась днём. Порох шипел, трещал и искрил. Быстро выгорел, но зацепился за палубу. А толку? Наш борт уже трещал под напором абордажных крюков. Пираты работали руками и подтаскивали себя к нам.
— План «Б», парни! — крикнул я, вытаскивая мушкет.
— Что ещё за план «Б»? — спросил перепуганный Биба.
— Огненную какашку на своей палубе они нам не простят. Рубимся насмерть!
Подняв брезенты, мы выскочили на палубу из двух шлюпок. Парочка пиратов, которые уже успели перескочить на наш корабль, офигели. Одного проткнул насквозь Архип, а другого Биба и Боба покромсали на двоих.
— Засада! — взревел знакомый голос на пиратском корабле. — Мочи их!
Завязалась драка. Не драка — рубка. Замес. Крошево. Подскочил адреналин. Трясущейся рукой я выхватил меч и почувствовал прилив сил.
Пираты разрядили мушкеты. Боба и Грифель пострадали. Первому прострелили ногу, а второй лежал на палубе и держался за грудь. Я посмотрел на него с холодящим ужасом и понял, что Грифель помрёт. Вот, бл*ть! Вскинул пистолет и пальнул в козла, который перебирался на наш корабль. Попал в бок. Тот оступился и ушуршал в воду.
На палубу обрушился грохот ботинок. Беспредельщики спрыгивали с борта и обнажали сабли. Зазвенело железо, полилась кровь.
Я стоял чуть позади. Ссал? Нет, конечно. Я же, главный. Ну, то есть этот... стратег. Ага. Вот и управлял дракой целиком, так сказать.
Ух ты! Глядя, как Архип разделывает уже второго, я подумал, что, может, мой выход и не понадобится. Фиг там. Архип-то у меня был один. Дела у Бибы, Бобы и Кривоносого шли куда хуже.
Пиратов было штук восемь, а нас осталось пятеро. Они поджимали нас к дальнему борту и замыкали дугой. Темно, хоть глаз выколи. Но некоторые лица показались мне знакомыми.
Боба вскрикнул и рухнул. Простреленная нога подвела. Пират подрезал его сбоку и перерезал шею. Вот, сука! Выскочив из-за спины Кривоносого, я полоснул наотмашь. Высек мечом искру о его саблю и ударил снова. Два сверху, а третий — по ногам. Есть контакт.
Стряхнув кровь с лезвия, я огляделся. Кривоносого и Бибу прижали к мостику, а Архип, отбивающийся от троих, одной ногой спустился в трюм. Дерьмо дело.
Вскочив на бочку, я перепрыгнул прущего на меня пирата. Вскарабкался на ящики и дотянулся до верёвки, которая уходила к парусам. Ухватился левой, правой рубанул по мачте. Сработало. Меня выбросило в небо, как в самых крутых фильмах. Будь я таким же ловким, ни в жизнь не свалился бы с чёртового карниза. Противовес вынес меня к горизонтальной балке. Высоко! Под ногами звенят мечи, орут бандиты, а я шатаюсь вместе с кораблём и размахиваю руками, чтобы не грохнуться.
Вот ты где, говнина! Набираюсь скорость и толкаюсь. Пролетаю добрых четыре метра и врезаюсь в парус пиратского судна. Ткань мнётся, я замедляюсь и соскальзываю прямо на палубу врагов.
Командир пиратов остался на своём корабле. Здоровяк в треуголке. Я вынырнул у него из-за спины и чуть слюной не подавился:
— Оскал?!
Передо мной стоял тот самый наёмник из бара рыбаков.
— Глинский?! — Оскал скривился.
Несколько секунд мы стояли и слушали звон на соседнем корабле. Что делать в такой ситуации? Вроде же знакомы. Вскоре пришло осознание — Оскалу нельзя, чтобы о нём узнали. Он ведь, грешник. Своих же мужиков кошмарил. Сидел с ними в одном баре, разговорчики подслушивал, а ночью, предатель, выходил на охоту.
Оскал вытащил меч и пошёл на меня. Выводы подтвердились. Перемирия не будет.
Мой меч трясся под мощными ударами. В стороны летели искры, а в воздухе свистела сталь. И чем дальше, тем ближе свистела. Как бы намекая, что скоро доберётся до меня. Я мне ведь погибать нельзя. Такой трюк замутил! Нужно же успеть рассказать!
Оскал, матёрый фехтовальщик, прибил меня к борту. Про контратаку я даже и не думал. На полсекунды зазеваешься и без башки останешься.
Он ударил саблей сверху, я споткнулся и завалил корпус. Ну всё… Выбрасываю левую руку. Вот она! Совсем рядом и беззащитная! Оскал ведётся, рубит. Вот только вместо фонтана кровищи разбрасывает в сторону дым, а я ловлю засранца в конечной точке. Опускаю меч с прыжком, и толстая рука Оскала падает на палубу.
Он верещит и хватается за локоть, а я, опьянённый всей происходящей херотой, вдалбливаю ему рукояткой меча в нос. Теперь кровище капает и с морды. Подсекаю по ногам, Оскал валится на спину, прижимаю мечом горло:
— Отзывай своих!
Глава 15. Сходка
На поляне рядом с башней копошились работяги. Шесть человек. Архип сказал, что лучше, чем эти, в городе не найти. Рельеф подровняли ещё на прошлой неделе и два дня как закладывали фундамент. Я сидел на стуле и курил, глядя, как мужики работают. Процесс, конечно, сложный. Вместо клея — глина с примесями, вместо пеноблоков — камни и кирпичи.